Шанс быть убитым
Марк Турман жил в северо-западной части долины Сан-Фернандо, примерно в миле к западу от Калифорнийского государственного университета, в более старом районе с оштукатуренными бунгало, отделанными сайдингом дуплексами и ухоженными участками. Хотя дома здесь старые, живут в них, как правило, студенты колледжей или младших курсов университета, а также молодые люди, впервые покинувшие родной дом. Множество велосипедов. И маленьких иностранных машин. И музыки.
Я остановился на противоположной стороне улицы, напротив дуплекса с плоской крышей, и посмотрел на подъездную дорогу. На листочке с логотипом «Уоткинса, Оукама и Биля» говорилось, что у Турмана голубой «форд мустанг» 1983 года, но такой машины нигде не было видно, как, впрочем, и коричневого копмобиля. Судя по всему, его хозяин все еще ловит преступников. Или следит за Дженнифер Шеридан. Вдоль живой изгороди высотой в восемь футов шла металлическая сетка, чуть дальше я разглядел небольшие кованые ворота, разделившие дорогу к дому пополам. Турман устроил гараж в задней части двора, за воротами, около живой изгороди. В гараж можно было попасть через стеклянную раздвижную дверь, от нее вдоль изгороди к дому шла выложенная булыжником дорожка. Стеклянную дверь закрывали вертикальные жалюзи. Симпатичное, ухоженное и уютное местечко, совсем не похожее на нору продажного копа. Разумеется, возможно, Марк Турман умен и его дом специально так выглядит, чтобы сбить с толку доверчивого частного детектива. Внутри же его жилище похоже на денежный склад дядюшки Скруджа и вдоль стен высятся ящики с наличными и золотыми слитками. У меня был только один способ это выяснить.
Я вылез из «корвета», медленно прошел по дороге и открыл ворота. Молодая немецкая овчарка лежала у живой изгороди рядом с соседней дверью. Когда я остановился у ворот, пес посмотрел на меня и поднял голову.
— Вуф, — сказал я.
Он встал и пошел за мной. Сторожевой пес. Если Турман вернется домой, мне придется перелезать через ограду. Будем надеяться, что собака не кусается.
В маленьком дворике, отделявшем дуплекс от домика для гостей, три женщины загорали на полотенцах. Одна лежала на животе, две другие — на спине. Та, что была ко мне поближе, опиралась на локоть и крутила ручку настройки радиоприемника. Я сразу обратил внимание на то, что одежды на них не слишком много, а в воздухе пахнет маслом для загара. Та, что занималась приемником, заметила меня и тихонько вскрикнула.
— Привет, дамы, — сказал я. — Марк дома?
«Элвис Коул, Обходительный Детектив».
Девушка расслабилась. Две другие внимательно на меня посмотрели. Одна из них была в маленьких круглых очках от солнца. Девушки, загоравшие на спине, были брюнетками, а та, что на животе, — блондинкой.
Девушка с приемником в руках сказала:
— Он на работе.
Я посмотрел на часы и старательно изобразил разочарование:
— Марк велел мне приехать сюда. Наверное, на службе задержался.
Та, что лежала на животе, спросила:
— Вы тоже коп?
— А я что, похож на копа? — поинтересовался я.
Все трое принялись дружно кивать.
Я развел руками:
— Может, из меня получится отличный агент под прикрытием?
Девушка, что лежала на животе, лениво бросила:
— Ну не знаю, возможно.
Ее подруги рассмеялись. Девушка в круглых очках прикрыла рот рукой и сказала:
— Господибожемой, знаете, на кого он похож? На Мела Гибсона в «Смертельном оружии». Точно?
Она мне начала нравиться. Может, тридцать девять — все-таки не такой уж солидный возраст.
Девушка, занимавшаяся приемником, заявила:
— Если Марк сказал, что будет дома, значит, он уже едет. У него с этим все в порядке.
— Мне надо ему кое-что оставить, — сказал я. — Как думаете, он не будет против?
— Можете оставить нам, — предложила Радиодевушка.
— Не могу. Это по службе. И еще в некотором роде сюрприз.
Девушка на животе явно заинтересовалась:
— Улики, что ли?
— Элли обожает копов. Она хочет взглянуть на ваш пистолет, — заявили Круглые Очочки.
Элли стукнула Очочки по ноге, и все трое принялись хохотать.
Радиодевушка сказала:
— Валяйте. Марк крутой. У него есть запасной ключ, он в маленькой коробочке слева от площадки, за цветочным горшком.
— Спасибо.
Когда я обошел домик для гостей, овчарка уже ждала меня и проводила до самой двери. Коробочка и ключ оказались ровно там, где и сказала Радиодевушка. Отличные соседи у Марка! Я взял ключ и вошел в квартиру. Пес сел, посмотрел мне вслед и заскулил. И сторожевой пес у них отличный.
У Марка Турмана оказалась весьма симпатичная квартирка. Боковая дверь вела в гостиную, из которой была видна кухня, и еще одна дверь — вероятно, в спальню с ванной. У западной стены стоял диван, обтянутый коричневой тканью, а у северной — стеллаж. Восточная стена была сплошь стеклянной. На полках выстроились DVD-плеер, телевизор «Сони», видеомагнитофон и примерно миллиард музыкальных дисков. Однако DVD-плеер и видеомагнитофон были довольно старыми и дешевыми. По обе стороны дивана пристроились два мягких стула, а перед ним кофейный столик из белой сосны под цвет стеллажа. Судя по всему, Марк Турман купил все это на распродаже. Наверняка ему сказали, что мебель импортная. Например, из Дании. Я что-то не заметил моря золотых монет, в которое мог бы нырнуть, или разбросанных повсюду мешков с деньгами, но я еще не успел побывать в спальне. Жизнь научила меня никогда не принимать поспешных решений.
Я заглянул на кухню, затем отправился в спальню. Она оказалась маленькой, с одним окошком и дверью в ванную и совсем не роскошной, под стать гостиной. Сначала я решил обследовать спальню, где стояли громадная кровать без спинки, тумбочка и туалетный столик с большим изогнутым зеркалом, не гармонировавшим с остальной мебелью. Гаражная распродажа. Кровать была аккуратно застелена, на покрывале мне не удалось обнаружить ни одной складки. Я проверил ящики туалетного столика, затем заглянул под кровать и нашел там красный бюстгальтер «Лили Франс». Третий номер. Я достал его и повертел в руках, но так и не сумел понять, кому бы он мог принадлежать.
Вполне возможно, что у Дженнифер Шеридан третий номер, но я как-то забыл у нее спросить. Я вернул бюстгальтер на место, туда, где нашел, и занялся тумбочкой. В нижнем ящике в коробке из-под обуви «Нью баланс» я обнаружил диплом об окончании Полицейской академии на имя Марка Турмана, пару писем от какого-то Тодда, кредитную карту и банковские чеки. У Турмана был открыт текущий и сберегательный счета в Федеральном банке Калифорнии, имелись карты «Мастеркард» и «Виза» плюс дисконтные карты на заправку от «Шеврон» и «Мобил». Чеки «Визы» и «Мастеркард» Турман хранил в конверте, помеченном «ВИЗА». Ни один из них не указывал на недавние покупки на крупные суммы, но самый последний счет был трехнедельной давности. На сберегательном счету значилось шестнадцать долларов и двадцать восемь центов. Я переписал номера счетов «Визы» и «Мастеркард», убрал коробку на место и занялся шкафом.
Летняя полицейская форма и тяжелая зимняя форменная куртка висели рядом со спортивными рубашками, джинсами и слаксами. Форма была практически неношеной. Один-единственный синий костюм, судя по всему, тоже не слишком часто покидал свое место в шкафу. Я обнаружил ботинки, спиннинг и набор клюшек для игры в гольф, которые, похоже, передавались по наследству от отца к сыну. На верхней полке я обнаружил старые выпуски «Спортс иллюстрейтед», новенький мотоциклетный шлем и картонную коробку, где лежал огромный альбом с пожелтевшими вырезками из газет с фотографиями Марка Турмана, играющего в футбол, бейсбол и баскетбол, а также выступающего за «Ланкастерских диких котов» на велотреке. Разносторонний молодой человек.
Марк играл защитника и флангового полузащитника по шестьдесят минут в игре. Здесь имелись газетные фотографии Марка на игровом поле и Марка, празднующего победу со своими товарищами по команде, а также снимки, на которых Марк был изображен один и вместе с Дженнифер, а еще фотографии только Дженнифер. Вот Марк ест мороженое в «Тейсти фриз». Вот Дженнифер смущенно позирует ему на пустом стадионе. Вот они на балу второкурсников, на последнем курсе, на выпускном вечере.