За... Или замуж за дракона (СИ)

— А чем не удобные? — Спрашиваю наблюдая, как она помешивает кашу.
— Так у них застежки слабые. Не нравятся они мне. Да и ее светлость маленькие больше любит. Большие приходилось резать и каждый кусок шоколадом отдельно покрывать. Маленькие удобнее и быстрее получается.
— А могу я взглянуть на эти формы.
— Можно. — Кивает. — Только подожди кашу сниму, а то убежит пока ищу.
— Да я помешаю, что б не убежала.
— А ты сможешь? — Вздернула брови.
— А че тут уметь то. — Улыбаюсь. — Че, че, а помешать то я всегда смогу.
— Ну на ложку тогда. Я сейчас. — Вручает она мне ложку и посмотрев как я начала помешивать кашу уходит в другой конец огромной кухни.
Распахивает шкаф и встав на что-то на подобии стремянки начинает перебирать на верхних полках.
А я помешивая кашу чувствую на себе чей то взгляд. Поднимаю глаза от кастрюли. И точно на меня уставилась мамаша той девицы. Как всегда, замотана в платке.
— Вы что-то хотели? — Опускаю взгляд в кастрюлю.
— Да. — Хрипло говорит она. — Воды.
— Вон там графин с водой стоит. — Киваю на край стола, где стоит графин. — Извините сама не могу подать. Иначе каша убежит, вынуждена ее помешивать пока не свариться. Можете сами взять. Или хотите я вам чуть позже принесу в комнату.
Подходит Леея с формой в руках.
— А хотите и завтрак вам сразу принесем.
— Да. — Ответила дама и удалилась.
Мы переглядываемся с Лееей одновременно обе пожимая плечами.
— Странная она все ж. — Говорю. — Ни здрасте нам ни чего. За чем приходила?
— А так проверить приходила. — Усмехнулась Леея.
— Чего? — Вскидываю брови. — Не отравим ли ее с дочуркой на пару.
Лея улыбнулась.
— Нет. Она проверить приходила тебя.
— Меня? — Я чуть ложку в каше не утопила.
— А черт! — Вылавливаю за кончик черенка.
— Не знаю кто этот самый черт и при чем он, но я тебе точно говорю. Проверить она пришла тебя.
— Да в честь чего? — Удивляюсь я.
— А кого вчера в саду за меня приняли? — Усмехается.
— Ко мне потом девушки забегали, спрашивали, чем я так не угодила претендентке на роль жены.
— Ой, как вот не нравиться мне, что вы все время говорите роль. Жена не должна ни какую роль играть.
— А что же она должна делать? Кашу мужу варить? — Возглас Эуэ застал врасплох и я все ж утопила ложку в каше.
— А черт! — Снова восклицаю я. — Вот же ящер ты облезлый! Ну разве можно так людей пугать? Из-за тебя ложку утопила в каше.
Леея, поставив форму на стол, выуживает ее поварешкой.
Эуэ уставился на меня своими изумрудным глазами в которых явно улавливается вертикальный зрачок. Я моргнула. Зрачок обычный у него. Видать мне показалось.
— Да! — Вскинув голову отвечаю. — И кашу варить тоже! На то она и жена.
— Что б кашу варить?! — Эуэ явно удивлен.
— А кухарка то тогда на что? — Усмехается он.
— Ну это у вас тут у богатых кухарки, служанки… А у нас, в моем мире, все это жена делает для мужа. И в этом нет ничего зазорного. Наоборот. Готовить вообще любая женщина должна уметь.
— И что еще она должна уметь? — Спрашивает Эуэ.
— Да все! — Восклицаю. — Все что для жизни надо. И готовить и детей растить. И огород капать и ремонт делать. Все. Иначе что она за хозяйка в доме, если ничего не умеет. От такой и муж сбежит.
— Почему? — Тут же спрашивает Эуэ.
— Как почему? Если муж все женские дела сам делать станет, нафига ж ему тогда жена то. — Усмехаюсь.
— Женские дела?! — Удивляется Эуэ и Леея тоже.
— Ну да. Готовить, дом удирать, детей растить. Это ж все повседневные женские дела.
— А пастель? — Вдруг выдал Эуэ.
— А при чем тут пастель? — Вздергиваю брови.
— Разве это не единственное женское дело? — Смотрит он как то странно на меня.
— Вы озабоченный что ли? — Вздергиваю брови. — Женщина не может всю свою жизнь провести в пастели ублажая мужчину.
— Почему? — Кажется он вполне искренне удивился.
— Да потому. Она же не секс рабыня мужа. Во-первых. А во вторых у нас в мире нет слуг и все приходится жене делать самой.
— А как же… — Эуэ запнулся. — Ей же не до мужа будет?
 
— Да что вы говорите! — Скрещиваю руки на груди. — Наши женщины не такие неженки как ваши! У наших на все времени и сил хватает.
— И вы тоже? — Вскинул он брови.
— Что я тоже? — Моргаю.
— Ну, сил на все хватит? — Смотрит он на меня в упор.
— Я не поняла?! Это что за пошлые намеки? — Уставилась на него. — Я не ваша жена. И вообще кухня это женская прерогатива. Шли бы вы вон от сюда.
Хватаю форму со стола и снова брякаю ее на стол. Звук получился звонкий. Эуэ как то мельком взглянул на форму в моих руках и вышел молча из кухни.
— Вот же ящер облезлый! Тоже посмотреть на меня явился. — Восклицаю.
Леея стоит, улыбается.
— И ничего смешного тут нет. — Надула я губы. — Нам скоро завтрак с тобой мадамам нести.
— Да каша готова. Сейчас тосты сделаю и пойдем.
— Ага… — Я уставилась на форму в своих руках.
— Это же форма под торт! — Удивленно восклицаю я.
— Под чего? — Леея заинтересованно разглядывает форму, будто бы первый раз видит.
— Под торт. — Отвечаю. — Разъемная форма для торта. Вон дно вынимается. И бортик прямой. Для кексов форма не такая. Как вот маленькие твои формы, только размером больше.
— То-то она не удобная. — Бормочет Леея.
— Да что ты наоборот удобная! И мне сейчас даже для шоколада подойдет. — Улыбаюсь. — Но сначала завтрак в палату!
— Куда? — Вздергивает Леея бровь.
— В комнату. Оговорилась я. У нас комнаты в больницах, где лежат люди, которых лечат, называются палаты.
60 Корзина
— Леея, а в чем вы носите в комнату? — Спрашиваю я.
— Как в че? Мы на подносе носим. Сейчас девушки придут и пойдем. У нас четыре больших подноса.
— А разве в корзинке не удобнее носить? — Спрашиваю я.
— Ну может быть и удобнее было бы, но в нее столько не влезет сколько мы на поднос ставим.
— Почему? — Искренне удивляюсь я. — Она же вон какая высокая. Графин с водой и тот выглядывать не будет.
— Да, но места в ней мало. Поднос шире. — Возражает Леея.
— И что? Вторым рядом модно поставить же.
— Как вторым рядом? — Леея аж замерла с лопаткой в руке.
— Ну сверху еще ряд тарелок поставить. — Говорю.
— Так только грязные можно тарелка в тарелку поставить, когда забирать пойдешь.
— Почему? — Вскидываю бровь. — Вот давай поставлю.
— Доброе утро! — Раздалось от порога кухни.
Две девушки входят улыбаясь.
— Доброе, доброе. — Улыбается Леея. — Как раз вовремя. Сейчас соберу вам.
— А вы новая повариха? — Девушка, что повыше, смотрит на меня.
— Ну можно и так сказать. — Киваю.
— Так это с вами вчера прибывшая девушка ругалась? — Тут же ахают девушки почти хором.
— Э… Ну да… Есть немного. — Опешила я.
— Мы сразу сказали, что не могла Леея с ней ругаться.
Леея усмехается.
— Зато я с вами могу ругаться. — Ставит она большой поднос на стол.
— Не-е, ты добрая. Ты не можешь вообще ругаться. — Улыбается вторая девушка.
— Ладно вам болтать. — Леея стелет салфетку и ставит кашу и стакан с соком.
Затем еще блюдце с хлебом и маслом. — Это его светлости отнесете. — И вот графин поменяете.
И она ставит на стол графин с водой.
— Хорошо. — Подхватывают девушки поднос и графин.
И убегают.
— А мадам то? Кто понесет? — Спрашиваю.
И ее светлости ведь еще надо.
— Да, но ей можно позже. Когда не собираются все в столовой на завтрак. то я ей всегда позже ношу.
— А че сегодня каждый у себя в номере, в комнате вернее, завтракает?
— Да обычно так всегда и есть. Когда надо в общую столовую подать мне заранее говорят с вечера. Раз вчера не сказали, значит, как обычно, все. — Улыбается Леея.
— А-аа… — Теперь знать буду.
— Давай вот каша и гренки и сок… — Леея ставит все на поднос.