Ядовитый Факультет. Фея, которую вы заслужили (СИ)

Я не стала заикаться о том, что за мной и без меня есть кому следить.
Мы стояли в ярком холле факультета. Среди деревьев в кадках чирикали пташки, в солнечных лучах носилась сияющая пыль, и мир был пронизан светом.
– Наконец-то пропал этот дурацкий туман, – сказала Кагата, хватая меня под локоть. – Давай, идём на болото. Нам ещё цветущий сад вырастить предстоит.
– А… Мне… – пробормотала я.
– Объяснительную не надо, – предугадала вопрос та. – Вместо тебя тут один тип приходил, назвался твоим шефом. Ах, ну да, Ли Фаний Орл же. Больничный лист принёс, а с ним заодно и тысячу извинений. Прости уж, не удержалась, подслушала.
У меня глаза полезли на лоб. Коварное драконище снизошло до того, чтобы уладить мои дела на факультете? Чудеса… Впрочем, чего удивляться, когда он мне без околичностей заявил, что любит?
– У тебя уши горят, – хихикнула Кагата. – Вроде же ничего неприличного я пока не сказала. Перестань быть такой непредсказуемой.
Итак, проблема коммуникации номер один: мой актёрский дар развит недостаточно, не умею контролировать эмоции и выдаю себя на ровном месте. Нойта Сарс – находка для шпиона.
Подруга притащила меня на учебное болото, которое с некоторых пор болотом быть перестало и мирно зеленело травкой под голубым небом осени.
– Алгоритм выращивания деревьев, – она покопалась в толстом справочнике, который принесла с собой. – Ага, вот! Страница двести девятнадцать. Прыжок, поворот против часовой стрелки, скрестить пальцы на правой руке – средний и указательный… Эй, чего застыла? Работать будем?
– У меня зелье закончилось, – потерянно пробормотала я и сунула руку в карман защитного комбинезона. Пробирка, на дне которой обнаружилась лишь пара капель, не вызывала ничего кроме тоски.
– Ну так иди к своему Ли Фанию Орлу, – сказала Кагата. – Он, вон, лично в деканат из-за тебя приезжал. У вас, должно быть, хорошие отношения.
Ага, хорошие, как же.
Проблема коммуникации номер два: подруга никогда не сможет тебя понять, и ты не встретишь от неё поддержки, если будешь раз за разом о чём-нибудь умалчивать.
Я злостно умолчала, что мне ни в коем случае нельзя к сыщику по той простой причине, что он назначил мне постельный режим, который, само собой, не соблюдается.
Заявлюсь к дракону в гости – и он меня моментально повяжет, приговаривая, что Нойте нужен отдых, что Нойта не восстановилась. Опять уложит в кроватку, наручниками к изголовью пристегнёт и примется откармливать. А у меня к нему чувства.
Брр. Нет уж. Может, я лучше вторую часть диплома завалю?
– Первую часть Деус Ним одобрил. Всего несколько правок внёс, представляешь, – делилась меж тем Кагата. – А так, говорит, мы неплохо справились. Маг-тестировщик почву проверял, не придрался. Теперь очередь за второй частью. Осилим её – и будет сто из ста, максимальный балл.
Облачившись в рабочую униформу, подруга выразила надежду, что я буду расторопна (одна нога здесь – другая там) и что вскоре я к ней присоединюсь. Отослала меня, короче говоря. Без эликсира силы, мол, не возвращайся.
Сложно иметь дело с человеком, решительно настроенным на успех. На поблажки с его стороны можно не рассчитывать.
На выходе из здания факультета мне вдруг резко захотелось в манеж на Площади Безумцев, сенсорные линзы, виртуального злодея – и рубиться с ним на арене до потери пульса. Передумала я в последнюю минуту, замедлив на распутье двух дорог.
Первая вела в город, к суматошному полудню на всё ещё жарких улицах, к кофейням, где полным-полно народу, и манежу, куда в такой час наверняка будет не протолкнуться.
Другая дорога тянулась к бликующему под солнцем морю. К морю синему, прохладному, беспредельному. Сядешь на берегу у самой воды – и волны с удовольствием слижут налёт с твоего смятенного сердца.
Взяв курс на рекреационную зону, я преисполнилась странного предвкушения, как перед встречей с надёжным добрым другом, от которого без утешения не уйдёшь.
Меня категорически не устраивала зависимость от зелий Ли Фания Орла, и я искренне ненавидела тот факт, что обязана разобраться с дипломом даже после того, как узнала, кем являюсь на самом деле.
 
Мереж и Нойта, Нойта и Мереж – мы чужие друг другу, как ни крути. Скоро я навсегда уйду, и ни облака твои, ни леса, ни моря обо мне не вспомнят.
От этой мысли было досадно и горько. Мысль горчила, и её хотелось запить, заесть чем-нибудь сладким.
Я не хочу отсюда исчезать!
Ох, если бы только можно было стать обычной Нойтой, без крыльев, без дурацкого предназначения, просто жить – и всё. Судьба, ну за что ты так со мной?!
Я шла по торговой площади мимо картинных выставок, аттракционов, поющих фонтанов, прилавков с камнями и ракушками. По ездовым дорожкам бодро гоняли велоциклисты и любители досок фиджимеро. Горланили сумасбродные чайки, играла гармонь, потом скрипка, потом – чуть дальше –флейта. Ветер с привкусом водорослей с каждым шагом крепче дул в лицо.
Впереди показался пирс, уходящий в море Тэсо на добрых два километра, и я ускорилась. На горизонте белели паруса яхт. Пружинили подошвы ботинок, соприкасаясь с нагретым дощатым перекрытием. А вокруг расстилалась лазурь.
Заговорщически шептались волны. Ветер гнал облака. Я шла и шла без устали, пока не достигла самого края, пока не облокотилась о парапет, склонившись над зеркалом воды, и не заметила в нём отражение. Не своё, нет.
Огромные птицы Нигахо стаей летели на юго-восток, раскрыв над Мережем свои белые крылья.
В один момент мне стало тихо. Очень тихо. Беспокойные мысли кто-то словно взял и вымел за порог. А это всего-навсего тенью Нигахо меня накрыло. Большой, спокойной тенью.
Я сделала глубокий вдох – глубже, чем следует. И из глаз вдруг брызнули слёзы. Да что со мной не так? Что ж такое-то?
  
Глава 34. Шпионский штаб
 
Объяснение слезам нашлось довольно быстро.
Я не хотела лишний раз видеться с драконом, потому что привязалась к нему. А нам скоро прощаться, ведь он не отправится со мной к Вратам.
Я не хотела заканчивать диплом, потому что мне нужны, нужны, нужны незавершённые дела в Мереже – как предлог, как причина, чтобы остаться.
Я приняла правила игры и смирилась со своей участью. А надо ли было принимать? Надо ли было смиряться?
Они говорят, без меня, четвёртой, им никуда и никак, и я подведу их всех, если откажусь спускаться в Цитадель Мучений.
Она, должно быть, сотрёт мне память, как когда-то, пять лет назад, её милосердно стёр Мереж. И я забуду. О тебе забуду, Мастер Хаги Тко, о лесе Хвоистых Химер забуду, об Инычужах… Тут у меня вырвался судорожный вздох, и на глаза опять навернулись слёзы.
Не хочу, не хочу забывать.
А по соседству со мной уже толпились вездесущие туристы, чтобы запечатлеться на краю пирса – сделать пару снимков на память, которые будут греть душу в суровые морозные зимы.
А я? Что согреет меня?
Нахлобучив до упора капюшон ветровки, я освободила пространство и медленно пошла по доскам обратно. И чайки захлёбывались истерикой над моей головой, а потом вдруг принимались молча парить в потоках воздуха на расправленных крыльях.
«Дуры, – наверняка думали они. – Что мы за дуры такие? В мире и в море всё для нас, а мы орём и орём».
Сойдя с пирса, я обнаружила на пляже фургончик с мороженым, купила себе рожок – заесть горечь, которая никак не желала проходить. И прикинулась туристкой. Бесцельно блуждать по залитому солнцем курорту, тратить деньги на безделушки, пить на террасах цветочный чай, поддаваться гипнозу морского прибоя и идти, куда глаза глядят. Как по мне, это лучший вид отдыха.
Я пропустила череду велоциклистов, пересекла дорогу и очутилась рядом с лавкой Добрых Примет. Мало кто верил, что табличка с иероглифом, которую ты вынимаешь наугад из дерюжного мешка, содержит в себе настоящее предсказание. Баловство, невинное развлечение – не более того. Но передо мной стояла цель – подурачиться напоследок. Так что я без раздумий опустила монету в чашу для подношений и сунула руку в мешок, чтобы добыть предсказание.