Ядовитый Факультет. Фея, которую вы заслужили (СИ)

Мы с сыщиком остались одни.
– У тебя хаотичный склад ума, Нойта Сарс, – подвёл черту этот доблестный зануда, побарабанив ногтями по столешнице. – Учись систематизировать данные. Пригодится. Кстати, ещё пять минут протирания штанов – и ты гарантированно опоздаешь на занятия. А мне твои прогулы, знаешь ли, не с руки. Очень хочется иметь помощницу с дипломом о высшем образовании.
Его последняя формулировка всколыхнула в моей душе волну надежды. Проявлять к воровке столько заботы, завуалированно сулить новый статус… Неслыханно! Но я всё же сдержала улыбку, погасила сияние глаз, отзеркалила его жест и тоже побарабанила пальцами.
– Помощницу? Не вы ли говорили, что я рабыня?
– Временно. Всего на год, помнишь?
Его потеплевший взгляд вновь превратился в непроницаемый антрацитовый лёд. Похоже, сыщик больше не собирался распространяться на эту тему. Только мрачнел с каждой минутой.
Эй, послушайте, почему бы вам не улыбнуться, господин конспиратор? Ну же, последуйте собственному совету! Улыбки изгоняют тьму и всё такое. Нет?
Я стала опасаться, что, если оперативно не возьму ноги в руки и не помчусь на пары, меня порвут на куски – мысленно. А в реальности поручат какую-нибудь отвратную работёнку вроде копания в отходах жизнедеятельности с целью поиска утерянной улики.
Что ж, прощай, Сио Лантий. И тебе, толстячок, не хворать. Ах, стоп, ему же тоже надо в академию. Прибежал, вон, из уборной, засобирался, шустрый какой.
В любом случае, этому недотёпе за мной не угнаться.
Приласканное полётом птиц Нигахо, утро разгоралось в немом покое. Я вырвалась из кофейни на свежий воздух, секунду-другую постояла на крыльце, с замиранием сердца поглядела вслед удаляющейся стае пернатых миротворцев. И припустила бежать.
Ро Тондий, неуклюже переваливаясь с ноги на ногу (ещё немного – и покатится), довольно скоро отстал. Не ему состязаться со мной в беге на длинные дистанции.
Площадь с манежем, что удивительно, в такую рань не пустовала. Я пронеслась мимо по касательной, однако успела заметить, как какие-то заядлые игроки увлечённо рубятся с виртуальными воителями. Наверняка ведь спать не ложились и о завтраке не вспоминали. Вот так азарт!
Очередной день лета обещал быть чудесным. Высокое небо наливалось синевой. Синева затекала в глаза, нос, уши, до отказа наполняла лёгкие и затапливала тебя ярчайшим светом по самую макушку. Облака, растворяясь, уплывали за море. И казалось, тебе тоже под силу вот так раствориться, уплыть, исчезнуть, чтобы возродиться в неведомом краю.
Я примчалась на спортивную площадку, когда вся группа уже была в сборе, и шокировала коллектив своим прикидом. Первой парой у нас стояла физкультура.
– Нойта Сарс! – громыхнул в мою сторону жилистый тренер Шарк Шакаи. – Шагом марш переодеваться! Если ты к кадаврам свинорылым подпалишь свой костюмчик, то боюсь, парень, который тебе его одолжил, зароет тебя живьём.
По нестройным рядам студентов прокатились смешки, и я с позором удалилась в женскую раздевалку.
Насчёт «зароет», думаю, он загнул. Ли Фаний Орл слишком элегантен для старой моды. А вот подпалить – это да, это очень даже вероятное событие. Потому как наша разминка в корне отличается от общепринятого комплекса упражнений по лёгкой атлетике.
Тренер Шарк Шакаи, чтоб вы понимали, потомственный шаман.
Когда я вернулась, выряженная в традиционный балахон для плясок диких племён, в круг танцующих меня приняли, как родную.
Только здесь, на этих обрядовых танцах поклонения безделью и разгильдяйству, на фоне всеобщего безумства у одногруппников стиралась неприязнь к изгоям и отщепенцам.
В центре спортивной площадки полыхал костёр. На периферии неизвестные мне люди в устрашающих масках били в бубен и задавали ритм тамтамами. Там же из земли торчали зажжённые ароматические палочки.
Барабанный бой разносился на всю округу и пронизывал до костей. Первобытная дискотека в сладковатом дыму костра и благовоний набирала обороты. Оторвёмся, йе! Сколько той жизни!
Мне было нестерпимо хорошо.
 
Хорошо, что съела я всего ничего. Пара ложек салата, чашка воды, никакой тяжёлой пищи. Если б мой желудок был полон, как у Ро Тондия, бешеные прыжки вокруг костра доставили бы мне массу неудобств.
Здоровяку, похоже, действительно поплохело. Он, весь взмыленный, прибежал позже меня, был отослан в раздевалку и поставлен в круг сравнительно недавно. Однако даже столь непродолжительный танец его доконал.
– Ты как?
Слабо отдавая себе отчёт в оправданности своего порыва, я бросилась к напарнику, когда его отнесло на край площадки и скрутило пополам.
– С желудком что-то… – от неловкости алея ушами, выдавил тот.
Я обернулась: Шарк Шакаи кивал ритму в такт и, не прекращая бешеной пляски, махал нам рукой в изгоняющем жесте. Мол, проваливайте к свинорылым кадаврам, нечего сбивать настрой.
Было обидно сворачивать танцы с бубнами и покидать весёлое сборище, но пиявка по имени Ро Тондий Дэш в кои-то веки вызывала сострадание.
– Дуй за мной, обжора! – гаркнула я.
Наверное, стоило произносить эти слова помягче, помилосерднее. «Обжору» не упоминать. Ему же больно всё-таки, пусть и по такой дурацкой причине, как переедание.
«Добрее надо быть, Нойта. Добрее», – вспомнилась мне проповедь Сио Лантия. Но что поделаешь? Некому сейчас выкорчёвывать мои дурные наклонности и преступные намерения. Не-ко-му.
– Дуть куда? – проблеял Ро Тондий, хватаясь за живот.
– В медпункт! – прорычала я и, свирепо чеканя шаг, направилась прочь от шумной спортплощадки.
  
Глава 14. Зелье в действии
 
В отношении Ро Тондия я проявила недопустимый героизм, а ведь могла бы просто проигнорировать и продолжить танец, тренер сам бы отвёл его, куда надо.
Теперь этот клещ вовек не отвяжется!
Благородные поступки нередко приводят к личным трагедиям. И если конкретно этот поступок обернётся трагедией, сама же буду виновата.
Глупая, глупая, глупая…
Тучи надо мной сгущались с каждым шагом.
Жажда крушить всё вокруг нарастала.
Может, призрачные крылья – индикатор моей истинной сущности? Они, конечно, пропали, причём довольно быстро. Но что им помешает возникнуть снова?
И какая сила, интересно, побудила меня вступиться за крылатых перед следователями? Вдруг я и впрямь одна из тех, кто выпивает людей?
Но даже если дела обстояли именно так, Ро Тондий в качестве деликатеса меня бы при любом раскладе не прельстил.
Покинув солнечный факультетский двор, я шагала по плитам сумрачных прохладных коридоров, а напарник с болью в желудке, постанывая, ковылял за мной. Крыло лазарета располагалось на первом этаже, и, когда мы туда добрались, я с чистой совестью передала толстяка в надёжные руки докторов.
До окончания первой пары оставалось ещё много времени, но возвращаться к костру желания не было. Я сменила этническую тунику на пиджак и брюки, после чего предпочла углубиться в лабиринт пустующих коридоров, облюбовала уютный закуток под пальмой в каком-то холле и, повздыхав, опустилась на подоконник.
Что если городские сплетни всё-таки содержат зерно истины, а крылья – признак пробуждения моей маньячной натуры? Пойду, что ли, превентивно сдамся властям?
Будь рядом Кагата, она бы меня отвлекла и не позволила думать такие дурацкие мысли. Но подруга не была замечена ни среди пляшущих, ни в раздевалке, ни в медпункте.
И где её носит, козу такую? Я полезла в сумочку: серк-ри мог знать больше меня.
Он покоился на дне и матово поблёскивал под солнцем, льющимся сквозь окно. Разблокировав гаджет, я ткнула пальцем на иконку «Входящие». Рабовладельца там больше не значилось. Зато был некто под кодовым названием «Лапочка».
Лапочка?! Да он издевается! Совести у него нет. А если Инычужи увидят? А если Сио Лантий? Нет, так не пойдёт. Чтобы не повторяться, я окрестила негодяя «Узурпатором», сохранила контакт под новым именем и принялась листать сообщения. От Кагаты было всего одно.