На краю пропасти. Экзистенциальный риск и будущее человечества

Пока что мы пытались понять, может ли изменение климата стать реальной экзистенциальной катастрофой. Анализируя это, я отбросил вопрос о том, есть ли у нас возможность снизить его риск. Самый очевидный и значимый способ его снижения – сокращение выбросов. Широко признается, что именно это должно играть ключевую роль в любой стратегии смягчения риска. Но существуют и способы ограничить последствия изменения климата после производства выбросов.
Эти техники часто называются геоинженерией. Хотя название намекает на радикальную и опасную схему трансформации планеты, возможные стратегии пребывают в диапазоне от радикальных до тривиальных. Они также различаются по стоимости, скорости, масштабу, степени готовности и уровню риска.
Два основных подхода к геоинженерии – это удаление углекислого газа и управление солнечным излучением. Удаление углекислого газа бьет прямо в корень проблемы, очищая атмосферу от углекислого газа и тем самым избавляя планету от причины перегрева. Это попытка исцелить Землю от ужасного недуга. Радикальным проектом можно считать фертилизацию океана: насыщение океана железом с целью спровоцировать быстрый рост водорослей, которые поглощают углекислый газ, не позволяя ему проникнуть в глубины океана. Более тривиальны такие проекты, как посадка деревьев и очистка воздуха от углеродных соединений.
Управление солнечным излучением предполагает ограничение количества солнечного света, поглощаемого Землей. Для этого можно блокировать свет, прежде чем он попадет на Землю, отражать больше света в атмосфере, не давая ему достигнуть поверхности планеты, или отражать больше света, падающего на поверхность. Это попытка уравновесить потепление охлаждением Земли. Как правило, управлять солнечным излучением дешевле и быстрее, чем удалять углекислый газ, но у этого подхода есть и минусы: недостаточное внимание к другим негативным эффектам углекислого газа (например, к закислению океанов) и необходимость постоянно поддерживать инфраструктуру в рабочем состоянии.
Главная проблема геоинженерии в том, что лечение может оказаться хуже болезни. Сам масштаб проектов способен создавать риск огромных непредвиденных последствий на всей поверхности Земли, что, возможно, сопряжено с более высоким экзистенциальным риском, чем изменение климата как таковое. В связи с этим геоинженерию необходимо тщательно контролировать, особенно когда дело касается радикальных техник, которые достаточно дешевы в применении, чтобы их могли по собственной инициативе внедрять отдельные страны и даже исследовательские группы. Кроме того, не стоит полагаться на геоинженерию как на альтернативный способ снижения выбросов. И все же она может сыграть полезную роль в качестве средства последней надежды или способа последующего восстановления земного климата[305].
 Экологический ущерб 
Экологический ущерб, который человечество причиняет Земле, не ограничивается изменением климата. Можем ли мы столкнуться с другими экологическими экзистенциальными рисками в результате перенаселения, истощения важнейших ресурсов или снижения биоразнообразия?
Когда в 1960-х годах начало набирать обороты движение в защиту окружающей среды, или энвайронментализм, одно из главных опасений было связано с перенаселением планеты. Многие боялись, что из-за стремительного роста численности населения Земле вскоре перестанет хватать ресурсов для питания людей, и пророчили природную и гуманитарную катастрофу. Самый активный сторонник этой точки зрения Пол Эрлих рисовал апокалиптическую картину ближайшего будущего: “Большинство людей, которые погибнут в величайшей катастрофе в человеческой истории, уже родились”[306]. Он полагал, что этот катаклизм произойдет очень скоро и представляет непосредственный экзистенциальный риск. Эрлих пророчил: “Конец настанет в какой-то момент в течение следующих 15 лет – и под «концом» я понимаю полное уничтожение способности планеты поддерживать жизнь человечества”[307].
 
Уверенно прогнозируя погибель, ученые сильно заблуждались. Проблема голода не разрослась до беспрецедентных масштабов, а наоборот, стала значительно менее острой. Число умерших от голода в 1970-х годах составило менее четверти от аналогичного показателя за 1960-е годы, а впоследствии их доля сократилась еще вдвое[308]. Объем продовольствия на человека не снизился до критического уровня, а стабильно возрастал на протяжении последних пятидесяти лет. Сегодня на каждого человека приходится на 24 % больше продовольствия, чем в 1968 году, когда была опубликована книга Эрлиха “Демографическая бомба”.
В значительной степени мы обязаны этим “зеленой революции”, в результате которой развивающиеся страны обрели способность питать свое население. Для этого они модернизировали земледелие: у них появились более совершенные удобрения и ирригационные системы, прошла автоматизация процессов и увеличилось разнообразие выращиваемых культур[309]. Особенно велики, пожалуй, заслуги Нормана Борлоуга, который получил Нобелевскую премию за выведение новых высокоурожайных сортов пшеницы и, возможно, спас больше жизней, чем любой другой человек в истории[310].
Впрочем, прогрессом в сельском хозяйстве объясняется не все. Представления о перенаселении полностью изменились. Ранее считалось, что численность населения растет по экспоненте – на фиксированный процент ежегодно, – но в реальности так происходит очень редко. Примерно с 1800 по 1960 год численность мирового населения росла гораздо быстрее, чем по экспоненте. Темпы ежегодного прироста также увеличились с 0,4 % до беспрецедентных 2,2 % в 1962 году. Такие тенденции по праву вызывали сильное беспокойство о последствиях столь стремительного роста численности населения для человека и окружающей среды.
Но неожиданно ситуация изменилась. Темпы прироста населения стали стремительно падать. К настоящему моменту они сократились вдвое и продолжают снижаться. Численность населения теперь растет более или менее линейно, и каждый год к ней добавляется фиксированное количество человек, а не фиксированная доля. Эта перемена объясняется не опасным повышением уровня смертности, а существенными сдвигами в сфере рождаемости, поскольку во все большем числе стран происходит демографический переход к небольшим семьям. В 1950 году среднее количество рождений на женщину составляло 5,05. Сегодня – 2,47, что немногим больше, чем коэффициент воспроизводства, который составляет 2,1 ребенка на женщину[311].
Рисунок 4.2. Численность населения Земли с 1700 года по настоящий момент (темно-серая область) и прогноз ее динамики до 2100 года (светло-серая область). Черной линией обозначен ежегодный процентный прирост населения, который достиг пика в 1962 году, но после этого стремительно снижается[312].
Хотя мы не можем сказать наверняка, что ждет нас в будущем, текущие тенденции указывают на быструю стабилизацию численности населения. Текущий линейный рост, вероятно, станет переломным моментом в истории численности населения Земли: с этой точки кривая наконец начнет выравниваться. Возможно, мы больше никогда не увидим такого стремительного роста численности населения, как в середине XX века. За последние 80 лет население увеличилось в три раза. Ожидается, что в следующие 80 лет оно возрастет всего на 50 % и достигнет примерно 11 млрд. Каждому человеку, живущему на планете сегодня, придется потесниться, чтобы освободить место еще для половины человека. Это будет непросто, но гораздо легче, чем в прошлом веке.
Кое-кто даже предполагает, что реальный риск вымирания сегодня может быть связан с сокращением численности населения[313]. Уровень рождаемости в большинстве стран за пределами Африки уже опустился ниже коэффициента воспроизводства, и, возможно, это перерастет в глобальную тенденцию. Впрочем, я полагаю, что даже в этом случае у нас нет веских поводов для опасений. Если бы сокращение численности населения стало представлять очевидную и насущную угрозу (а такое невозможно еще как минимум два столетия), государствам достаточно было бы стимулировать рождаемость, чтобы вывести ее обратно на уровень воспроизводства. Доступные рычаги – бесплатный уход за детьми, бесплатное образование, бесплатное детское здравоохранение и налоговые льготы для семей – относительно просты и популярны, а также не требуют принуждения.