Зеленый фронт (СИ)
Цитата / доклад младшего советника гебиткомиссариата Рейхминистерства восточных земель от 21 августа 1941 г.
«… викарный Владимиро-Волынский епископ Поликарп (Сикорский) и архиепископ Александр (Иноземцев) неканонически учредили Украинскую автокефальную Церковь, объединившую 18 православных общин…».
***Город… Ресторан «Валькирия». Только для офицеров. Столик возле самого входа.
Лейтенант Шеер немного волновался, что сразу же было отмечено его товарищем.
— Старина, что ты какой-то неживой, — с некоторой тревогой спросил Курт своего закадычного друга. — Смотрю, к последнему бокалу совсем не притронулся. Я конечно тебя понимаю, пиво здесь просто дрянь. Но, Отто, это же пиво! И, в конце концов, жизнь прекрасна и она достойна того, чтобы ее проживать радостно, а не с такой унылой рожей как у тебя…
— Помолчал бы, — пробормотал Шеер. — Тошно уже от твоих речей! Пойду лучше в часть…
Не дожидаясь ответа, он бросил на стол несколько монет и вышел. Лишь около входа лейтенант понял, что выпитое до этого пиво проситься наружу.
— Господин офицер, господин офицер, вы обронили платок, — он повернулся и встретился глазами с миловидной девушкой, которая протягивала ему небольшой кусок ткани. — Вот. Он выпал из вашего кармана.
Она улыбалась, глядя на него, словно и не было никакой войны. Шеер не удержался и его губы растянулись в ответной улыбке.
— Что разинул рот, господин лейтенант? — вдруг недовольно прошептала, приобнявшая его девушка. — Обо мне что не предупреждали? Бог мой, где они только нашли такого недоумка, — прошептала она последнюю фразу сквозь зубы, тыча в лицо офицеру небольшим серебряным значком с характерной раскинувшей над земным шаром крылья птицей. — Теперь понял?! И, о черт, сделай рожу по приветливей! Мы влюбленная пара! Что скривился?! Давай, пошли…
Гримаса, в которую в мгновение ока превратилось лицо Шеера, была не только от самого обыкновенного страха (внимание службы СД к обычному армейскому лейтенантику это тебе не фунт изюма, а вполне даже нехороший намек на какое-то плохое продолжение), но и непреодолимого желания облегчиться. Рвавшееся наружу пиво помноженное на неожиданный испуг буквально скрутили его внутренности…
— Отто, — на крыльце красовался слегка набравшийся Курт. — Вот ты куда спешил! Ай да, тихоня Отто! Эй, фройлян, у вас нет случайно точно такой же очаровательной подруги? Если да, то я готов! — Он попытался щелкнуть пятками сапог, но у него ничего не получилось.
— Шевели ногами скорее, — шипела в самое ухо, продолжавшая улыбаться девушка. — Железная задница не станет долго ждать! — она буквально тащила его на прицепе, с силой вцепившись в руку лейтенанта.
К счастью, СД располагалось не так далеко от ресторана. Как тихо шутили некоторые из сослуживцев Шеера, такое местоположение было выбрано специально, ибо хорошее пиво развязывает языки не хуже огня и металла.
Значок, который девушка не выпускала из рук, оказался пропуском святая святых организации. Достаточно было его продемонстрировать издоровенные лбы из охраны вытягивались еще больше.
— Герда, что-то вы сегодня совершенно не пунктуальны, — укоризненно проговорил грузный майор, встретив их у своего кабинета. — Вы должны были быть у этих дверей еще час назад.
Та с ненавистью взглянула на по-прежнему чуть не висевшего на ней лейтенанта.
— Господин майор, вот виновник моего опоздания, — сбросив его руку со своего локтя, ответила она. — Лейтенант, которому было поручено меня встретить и незаметно провести через посты в городе, не явился на встречу.
Усталые как сама смерть глаза остановились на лейтенанте.
— Знаете, Отто, когда ваш отец, мой хороший товарищ, дружбу с которым я очень ценю, попросил меня присмотреть за вами, я сразу же согласился, — казалось, он начал издалека. — Я сразу же решил вас забрать к себе… Нам требуются хорошие и преданные офицеры с истинным пониманием задач Рейха. Я долго к вам присматривался. Еще с Франции мои люди следили за вами, потом это продолжилось здесь… Признаюсь честно, сначала вы произвели на меня самое благоприятное впечатление и я уже планировал переводить вас, но что я вижу? Вам было дано задание, естественно неофициальное… Оказана высокая честь внести свой вклад в борьбы с коммунистами вместо пьянства и разгильдяйства. А вы? Что с вами такого случилось, Отто?
Лицо лейтенанта медленно наливалось краснотой. В этот момент он даже расхотел в туалет.
— Дядя Вилли…, - его бормотание было едва различимым. — Господин майор, моя невеста — моя крошка Гретхен… Она…
— Хватит мямлить! — взорвался майор. — Не хватало еще вытирать вам сопли!
Окрик подействовал. Тот вытянулся и более твердым голосом продолжил:
— Мой невеста погибла при бомбежке. Эти проклятые англичане…
— Отто, я понимаю, что у тебя горе, но надо держаться, — майор подошел к нему. — Ты немецкий солдат! Ты должен быть сильным! Все решено, завтра я оформлю тебе перевод в наше ведомство, — отметив удивление на лице лейтенанта, он подчеркнул. — Поверь мне, мой мальчик, гестапо занимается крайне важным делом и успехи на этом поприще отмечаются особо. А сейчас, садись здесь и вникая в том, чем мы занимаемся… Черт, мы и так уже потеряли слишком много времени. Герда?!
Из угла комнаты донеслось:
— Господин майор! — сидевший мышкой лейтенант, взглянув на нее по новому вздрогнул; в нескольких метрах от него стояла не разбитная девица, не прочь прогуляться с немецким офицером, а хищница. — Агент сообщает, что в его приходе катастрофически уменьшилось количество прихожан… Этот svecshenik, — последнее слово она произнесла по слогам и практически без всякого акцента. — Крайне недоволен. Говорит, такая же ситуация наблюдается и в соседних районах, — сидевший в кресле майор утвердительно покачал головой, словно соглашаясь с этой информацией.
Не вставая он кинул на край стола несколько смятых листов с жирно черными орлами на самом верху.
— Вот сводки за последние два месяца. Смотри-смотри, — кивнул он на бумаги. — Из 8 вновь образованных православных общин в скором времени может остаться 3, ну максимум 4. Если в первые дни на воскресные службы собиралось в каждой церкви по несколько сот человек, то сейчас счет идет на десятки… И это при том, что этим варварским культам мы создали режим наибольшего благоприятствования! Дали отобранные у них коммунистами здания, не трогаем их людей… Ты понимаешь что происходит, Герда? — та замерев, внимательно слушала. — Появился какой-то новый фактор — неучтенный фактор…
— Я, кажется кое-что могу вам сообщить, — она положила сводки обратно. — По селам упорно гуляет слух о том, что появилась какая-то новая секта. Я разговаривала с десятком наших агентов и они все твердят лишь одно, что ничего не знают! — в ее голосе мелькнули нотки злости. — Складывается впечатление, что эта какая-то закрытая секта с крайне жесткой организацией и громадными планами по расширению… Вот тут, тут и тут, — она остановилась возле карты, висевшей на стене. — О селениях, расположенных примерно в этом треугольнике, чаще всего упоминают… Территория слишком большая, чтобы действовать напролом. Здесь почти четверть Франции и еще место останется.
Майор что-то молча обдумывал несколько минут. По-видимому, некоторое из сказанного было для него настоящим открытием. Он что-то быстро чиркнул карандашом на бумаге и протянул девушке со словами:
— Это сообщение нужно оставить на старом месте. Думаю, скоро мы будем знать точно об этом культе.
— Это наш новый агент? — заинтересованным тоном, спросила она. — Я его знаю?
— Ты стало себе слишком много позволять, Герда, — недовольным голосом протянул хозяин кабинета. — Или может ты думаешь, что постель тебе дает какие-то новые права? — в кабинете отчетливо потянуло холодком, отчего всеми забытый Шеер заерзал на месте. — Запомни, моя девочка, никто и никогда не может диктовать мне свои правила! Поняла?! Вот и хорошо! Оба свободны.