Зеленый фронт (СИ)
— Деточка, деточка, беги, беги отсюда, — с торчащими во все стороны волосами, в рваном и грязном платье, она схватила в охапку девочку и побежала в сторону лагеря.
Андрей следил за ними некоторое время, незаметно убирая с их пути трухлявые пни с острыми краями, нависшие ветки, упавшие стволы деревьев. И лишь когда серо-грязное платье ворвалось в круг палаток, он вернулся назад.
«Что, в конце концов, здесь происходит?». Вспаханный овраг все никак не выходил из его «головы».
Глава 45
Отступление 6.Реальная история
Город Гданьск. Территория анатомического института. Грязно-зеленый барак на северо-востоке.
Пожилой человек с холеными чертами лицо смахнул пот со лба и отложил в стороны ножовку.
— Сколько раз я вам говорил, — профессор Рудольф Шпаннер в раздражении он выговаривал одному из своих ассистентов. — Мне необходимы только свежие труппы! Понимаете, максимум давностью в несколько дней… Пара дней, а не недель, да еще, пролежавшие в промышленном холодильнике. Вы, Мольке, совсем мне не нравитесь! Куда делось ваше трудолюбие, ответственность?
Юноша, которому были адресованы эти слова, с бледным лицом стоял возле огромного стола и напряженно что-то мял рукой. Негромкий чавкающий звук при этом сопровождал каждое его движение.
— Вы меня слышите, Мольке? — повернулся к нему профессор. — Черт побери, что это вы там мнете? Ну надо же… еще один!
Он приподнял руку отрешенно стоявшего парня и разжал кулак. На пол шмякнулся кусок мяса, сильно напоминавший часть ягодицы.
— Так! — протянул Шпаннер в сторону второго человека. — Видно ассистента я себе пока так и не найду. Давайте, Карл, гоните его отсюда! Это еще что-такое? Я же запретил меня беспокоить!
Сколоченная из крепких досок дверь барак ощутимо затряслась от сильных ударов.
— Господин профессор, господин профессор, — раздался из-за двери чей-то напуганный голос. — Откройте! К вам пришли из полиции.
Недоуменно хмыкнув, Шпаннер отодвинул засов и столкнулся нос к носу с высоким человеком в черном костюме.
— Что-то не похожи вы на полицейского, — пробормотал он, вызывающе разглядывая посетителя. — И какого черта вам здесь нужно? Или вы не знаете в каком ведомстве я состою?
Теперь настала очередь человека в черном костюме недовольно хмыкнуть.
— Я, действительно, не из полиции, господин Штайнер, — начал он, вытаскивая из внутреннего кармана небольшое удостоверение и с укоризненным взглядом предъявляя его. — Вам пакет и предписание явиться вот по этому адресу. Хайль Гитлер!
Оторопело проводив его взглядом, Шпанер быстро разорвал оберточную бумагу и вытащил несколько листов бумаги. Знакомые аббревиатуры, черневшие на шапке документов, сразу же насторожили его.
— «Совершенно секретно»…, - забормотал он, выделяя отдельные фразы и подслеповато щуря глаза. — «Предположительно живой организм». Так, а это что у нас? «В результате инфекции», «быстрое омертвение и разложение тканей»… Бред! — вдруг его левая рука судорожно начала шарить по карману, отыскивая очки. — «Почти не реагирует на внешние раздражители», «не живое»… Похоже мне предстоит командировка.
***Село Береза. Центральная часть. Бывшая зона ответственности ремонтно-восстановительной роты … полка. Закрыта на карантин. Дом, где ранее располагалось колхозное правление.
Прорезиненный костюм был ужасно неудобным.
— О, небо, похоже все-таки это был не мой размер, — пробормотал с раздражением Фриц, с силой почесывая бок. — Говорил же этому толстому борову… Нет! Я не мог ошибиться. У меня просто идеальный глазомер! — последние слова он произнес писклявым голосом, пытаясь скопировать тон своего старинного приятеля, заведовавшего имуществом части. — Урод! Парься теперь в этом.
В очередной раз с силой дернув себя за свободно мотавшийся кусок костюма, часовой осторожно приподнялся и заглянул в окно. Майор, по-прежнему, сидел за столом и что-то яростно писал. Рядом с локтем его правой руки лежал пистолет с высунутым магазином. «Кажется, он тут надолго устроился… Но смотри-ка, скотина, сам то снял маску, — с ненавистью подумал Фриц, заметив не только это, но и небрежно висящий на спинке стула защитный плащ. — Как дома устроился, а тут…». Отвернувшись, он медленно потянул противогаз вверх. Тихо! Никто не орет.
— Я только пару глотков свежего воздуха сделаю и обратно надену, — прошептал он, продолжая стягивать резиновую маску. — Ого, как хорошо-то!
Прямые черные волосы были абсолютно мокрые, словно ему довелось искупаться.
— Фриц, немедленно одень, — раздалось со стороны угла глухой голос, откуда показался его напарник, делавший обход дома. — Не дай бог майор увидит! Замучаешься в сортире убираться!
— Да брось, — подставляя лицо палящему солнцу и не открывая глаз, проговорил тот. — Он весь зарылся в свои бумаги и еще долго будет так сидеть… Расслабься!
Его глаза открылись и взгляд лениво скользнул в сторону колодцы, который одним своим видом манил к себе. Вдруг, возле колодца мелькнуло что-то светлое… Опасность! В горле мгновенно пересохло.
— Вилли! — хрипло позвал он напарника, стягивая карабин с плеча. — Направление — колодец.
Второй среагировал еще быстрее. Затянутое мешковатый костюм, тело дернулось назад к углу здания.
— Что еще это такое? — прищурил глаза Фриц, не осознавая увиденного. — Местный? Здесь же карантин! Приказ 7-12. Тут вообще ничего не должно было остаться… Эй! Стоять! Руки вверх!
Светлое пятно, медленно вылезая из-за колодезного сруба, превращалось в какую-то перекошенную фигуру.
— Женщина, — вырвалось у Вилли, тоже уже снявшего противогаз, и сейчас с недоумением выглядывавшим из-за угла. — Эй, фройляй, остановитесь! Здесь зона карантина и находится категорически запрещено.
Развевающееся на ветру платье, покрытое бурыми пятнами, продолжало свое движение.
— Остановитесь! — Фриц громко клацнул затвором, делая шаг вперед. — Приготовьте документы к проверке!
Фигура сделал еще несколько шагов. Движения были ломанными, словно у подвешенной на ниточках марионетки. Голова опушена и грива спутанных волос полностью закрывает лицо.
— Вили, возьми вправо, — бросил он напарнику, осторожно продвигаюсь навстречу женщине. — Фройляйн, повторяю, вы находитесь на охраняемой территории! Вы должны остановиться и приготовить документы.
Их отделяло с десяток метров, когда она неловко дернулась и копна волос чуть сместилась, обнажив шею.
— Бог мой! — взгляд солдата зацепился за огромную рваную рану, которая словно вгрызалась в женскую шею. — Вили, она заражена! Предупреди господина майора!
— Что? — чуть не выстрелил от крика тот, до которого только сейчас начала доходить вся серьезность ситуации. — Стреляй! Стреляй!
— Отставить! — из окна почти до половины высунулся майор, сверкая безумными глазами. — Взять живой! Мне нужен образец!
Громкие крики словно подстегнули женщину, бредущую до этого в никуда. Голова мотнулась и все тело повернулось в сторону дома.
— Живой, живой…, - прошептал Фриц, нагибаясь к земле и вытаскивая из крапивы обгорелую ручку от лопаты. — Сейчас…
Перехватывая по удобнее длинный черенок, он двинулся ей навстречу. Два шага, замах, и с громким треском деревянная ручка раскололась. Прямо по плечу! Возле кровавой раны! Черенок разлетелся на длинные и острые щепки.
— О, мой бог! — вырвалось у Фрица, оставшегося с обгрызком в руках.
Нескладное тело, лишь слегка покачнувшееся от удара, бросило вперед.
— А-а-а-а-а-а! — заорал солдат, от неожиданности падая назад. — Вили, стреляй! Да стреляй же ты!
Взметнувшее вверх платье обнажило бугристые темные полосы, обвивавшие тонкие женские ноги.
— Нет, нет… Не надо, — бормотал фриц, вытягивая вперед руку, словно пытаясь выстроить перед собой хоть какую-то преграду. — Не надо!
Выстрелы прозвучали резко, отрывисто. Отчетливо послышалось как посыпались на землю гильзы.