Лорд 5 (СИ)

Мне понадобилось два дня раздумий и разговоров с соратниками, чтобы придумать ответный ход. Пусть увидят, что на моей стороне «небесное воинство», которое разит беспощадно и страшно. Я ещё расставлю кинокамеры и фотографов в разных местах, чтобы они запечатлели момент применение амулета. Потом плёнка и фотокарточки окажутся в руках нужных людей, чтобы дальше оказаться на страницах газет и журналов. Мне ещё местные жрецы спасибо скажут, когда к ним в храмы придут всяческие атеисты и прочие безбожники после явления карающего ангела.
Ещё Ростовцева предложила в сёлах на моих землях построить или восстановить церкви и найти для них священников. Это даст мне солидный приток людей и поможет отбиваться от обвинений в сатанизме. Кое-как я дал добро на это. Ну, не хочу я связываться с богами, не хочу. С появлением магии на Земле я боюсь даже представить то, к чему приведёт высокая религиозность и моления. Богов особо не опасаюсь. Куда большую опасность представляют всяческие «святые» и их антиподы. Такие легко устроят религиозные войны, пользуясь открывшимися магическими дарами. Остаётся надеяться на лучшее и держать руку на пульсе событий.
До Берлина моя группа добралась уже к полудню, вылетев поздним утром. Летели не торопясь, глазея по сторонам и примечая полезное. Как, например, несколько эшелонов с танками и солдатскими вагонами в небольшом посёлке — крупной узловой станции. Рельс и железнодорожных стрелок там было больше, чем зданий, включая сараи и деревянные будки уличных туалетов.
В Берлине грифоны опустились в безлюдном широком проулке в нескольких кварталах от нужной квартиры. Просто я захотел пройтись по улицам города, посмотреть, как живут люди, как себя ведут, о чём разговаривают. Также было любопытно поглядеть на улицы и здания. Как-никак, а это столица сильного развитого государства в этом мире. Связь станем держать через передатчики гномолюдов. Небольшие, удобные, с ёмкой батареей и хорошей защитой от помех они мне понравились больше, чем переговорные амулеты.
Среди гражданских на улицах было полно мужчин в форме. Малая часть относилась к патрулям. Остальные были такие же праздные гуляки, как и обычные горожане. Кстати, очень много увидел женщин, больше, чем молодых мужчин. Если не брать военных, пожилых и юношей моложе восемнадцати лет, то представителей сильного пола на моём пути можно было пересчитать по пальцам.
— А ничего фрицы живут, богато, — вслух сказал Прохор, крутя головой по сторонам. — Красиво у них тут. Киррлис, мож захватим городишко ентот, а? Денька на три, — и громко расхохотался.
— Может, и захватим как-нибудь. Через год, например, — ответил я ему.
— Так я же шучу, — мигом закончил смеяться беролак. — Сдался нам ентот Берлин.
— Тогда и я пошутил.
Возле дома, где располагалась квартира Геббельса и его семьи, было полно патрулей и охраны. Ни один солдат или офицер не повёл глазом в нашу сторону.
— Открой дверь, — приказал я охраннику на входе в дом.
— Яволь, — на секунду вытянулся он, после чего распахнул передо мной дверь. Оказалось, что та была просто прикрыта, а не на замке, как я подумал. Внутри подъезда мы увидели консьержа, кажется, так называют подобных работников. На нас он обратил ровно столько внимания, сколько и солдаты снаружи.
Через три минуты наша троица оказалась у цели. Увы, но нашли мы только жену и детей моего врага. Пять девочек и мальчик, среди которых самой старшей было восемь лет. И юноша двадцати с небольшим лет. Он оказался пасынком Йозефа Геббельса, сыном его жены от первого брака. Звали его Харальд Квандт.
— Женщина, где твой муж? — задал я вопрос Магде.
Ответила та сразу же и эмоционально:
— На нашей вилле на озере Богензе. Это совсем рядом к северу от города. Сказал, что будет читать лекцию мальчикам из университета Союза свободной немецкой молодёжи, а потом готовить речь для выступления. Но я знаю, что он там развлекается с очередной актрисулькой из УФА!
— Какая-нибудь карта есть дома? Можешь показать, где именно озеро?
 
Подходящая карта нашлась, после чего мне показали точное местоположение Геббельса. Уточнил я заодно и про университет, чтобы знать, с чем придётся столкнуться. Оказывается, буквально в ста метрах от виллы стояли несколько зданий, где училась молодёжь, состоящая в особой организации, похожей на советских комсомольцев.
«А жаль, что не военное училище, — про себя слегка пожалел я. — Прибил бы там всех, чтобы некому было на фронте командовать».
Уходя из квартиры, я наложил на Магду и её старшего сына метки смерти. Такие же использовал против немцев летом, когда подбирал Грунду учителей-артиллеристов. Харальд служил в люфтваффе, был настоящим врагом, поэтому заслужил кару. Женщина же получила отсроченную смерть… Да за всё и получила! Аура у неё была нехорошая, выдававшая в ней фанатичку, которая ради своих идей собственных детей не пожалеет, лично убьёт или отправит на верную смерть. Прикончить такую — сделать огромное доброе дело.
Пройдясь немного по улицам, я нашёл малолюдный сквер. Находящихся здесь мы «прогнали» при помощи ментальных амулетов, после чего с неба спустились грифоны.
— Не устали? — поинтересовался я у наездников.
— Нет. Мы на крыше высокого дома большую часть времени просидели. Там удобное место, видно далеко, ну и так, в целом интересно, — немного смутился старший из троицы наших крылатых извозчиков.
— Посидели и посидели. Ничего же больше не делали? — я пристально посмотрел ему в глаза.
— Никак нет, Лорд!
— Молодцы, — чуть улыбнулся я. — Полетели дальше, главный гад в другое место перебрался.
— Далеко?
— Нет, буквально рукой подать, вернее крылом.
Сверху место, где сейчас находился Геббельс, выглядело очень красиво.
— Красиво живёт, сволота, — сквозь зубы прошипел Прохор. Беролак отчего-то очень быстро пришёл в ярость. Контролируемую, но всё же, всё же…
— Бойню не устраивать, — приказал я.
— Да я что, Киррлис, совсем не разумею? — обидчиво буркнул он. — Просто зло вдруг напало, когда сюда попал.
Немного странно, местность была нормальная, без чёрной ауры. Впрочем, оборотню мог просто надоесть перелёт, вот и бесится зверь внутри человека.
Охраны здесь было — яблоку некуда упасть. Эссэсовцы с овчарками, замаскированные пулемётные точки, патрули видимые и скрытые. Два крупных поста расположились на дороге, которая вела к городу и к вилле Геббельса. Несколько унтеров и офицеров в доме, пост рядом с гаражом. Кстати, дом был огромным! Чуть позже, когда я по нему прошёлся, то насчитал свыше двадцати больших комнат. В одной гостиной окна доходили до земли, превратив одну из стен почти полностью в стеклянную.
— Красиво живёт, кровопийца, — почти дословно вновь повторил свои недавние слова Прохор. — И зачем одному человеку столько жилья? Это ж половину нашей старой деревни сюда поселить можно.
— У наших старших жриц, первых помощниц Матери, были целые анфилады пещер, где жили только они. Слуги и рабы появлялись там лишь временно, — впервые с момента отлёта из Белоруссии открыла рот Белогора. — В пару пещер из этого ряда можно уместить весь этот дом. А личные покои матери могут вместить все пещеры её помощниц.
— Никогда бы не стал жить под землёй, в пещерах каких-то, — скривился беролак. — лучше уж в небольшой землянке да на чистом воздухе под солнышком, чем там.
— На самом деле там не пещеры в прямом смысле. Скорее огромные залы. Для обычных жителей на… народа дроу в скале вырубаются дома и комнаты. Для низших каст и рабов отдаются плохие пещеры-гроты без обработки. Либо строят бараки в огромных пещерах из обломков породы, которая остаётся при вырубании залов и комнат.
— Да хоть дворец под землю упрячь и предложи мне — не полезу.
— Я не предлагала, — спокойно ответила ему бывшая дроу и замолчала.
Наша троица легко прошла мимо всех патрулей. Не среагировал никто, в том числе и собаки. Грифоны с наездниками остались на большой лужайке чуть в стороне от виллы. Магия — сила!