Полюс моего притяжения (СИ)
- Жуть, – согласилась. – Известно, есть ли пострадавшие?
- Насколько я потом поняла, есть. Посторонних не пускали на территорию. Приехали спасатели, газовая служба, несколько скорых, пожарные. Вокруг творился настоящий кошмар. Так что я вернулась назад.
Мне было понятно её состояние. От услышанного действительно становиться стыдно за свои беззаботные мысли. Пускай обойдется без жертв.
Маша вышла из комнаты, а вернувшись, протянула деньги:
- Катюша, мне будет вас не хватать. Вы отличная няня, и я довольна теми успехами, которые показала Сонечка за время вашего общения. Мне бы хотелось, чтобы вы продолжили занятия. Два-три раза в неделю по часу, я думаю, будет достаточно. Время установите сами. Что скажете?
Неожиданно. Но выпавшей возможностью поправить свое финансовое положение нельзя пренебрегать. Тем более, мне и самой нравилось проводить время с Соней. Что-что, а три часа в неделю у меня найдется.
Договорившись о следующей встрече через неделю, я вместо того, чтобы поехать домой на автобусе, пошла пешком.
Ноги сами понесли в оговоренный квартал к пострадавшему дому. Не так уж и близко. Когда едешь в машине, то кажется, что это рядом, а по факту мне пришлось идти минут тридцать.
Подойти вплотную к пятиэтажке мне не дали. Весь периметр был увит ограждающими лентами. Много служебных машин, много столпившихся зрителей, среди которых слышен плач.
Я подняла голову и оценила масштабы повреждений. Дыхание перекрылось и жуткий спазм страха охватил живот, стянувшись в тугой узел. Сколько видела подобных происшествий по телевизору в выпусках новостей, но никогда бы не подумала, что такое может произойти рядом: из вываливших окон тянулся дым потушенного пожара, две фасадные стены четвертого и пятого этажей были обрушены. Происходила эвакуация людей с соседних подъездов и квартир.
По длинной выдвижной лестнице в специальной люльке перемещались работники спасательной службы, которые осторожно разбирали завал в поиске пострадавших. Неожиданно сердце екнуло. Мне показалось, я увидела на кране Андрея. Пока гадала, он это или нет, спасатель скрылся из виду в обрушенном помещении.
Быстро набрала Веру по телефону. Подруга и сама пребывала в шоке и подтвердила мои опасения:
– Андрей с Колей. Что поделать, такова их работа.
Не спорю, что должны быть те, кто оказывает помощь в подобных ситуациях и это благородное дело, но… до чего же страшно. Страшно, что что-то пойдет не так и под завалом может оказаться небезразличный человек.
Первая машина скорой помощи с пострадавшими с оглушающим ревом сирен покинула территорию.
Опускаю глаза и обращаю внимание на лежащий под ногами обрывок чьей-то шторы. Так и стояла, не контролируя время. Может пять минут, а может, час. Понемногу посторонние начали расходиться. Приближался вечер. У каждого своя жизнь, заботы, проблемы. Возле дома остались только жильцы поврежденных квартир, спецбригады и я. Не смогла уйти, зная, что Андрей там. Безумно волновалась, особенно когда поднимала голову и видела мелькавшие силуэты посреди разрухи. Поступивший звонок от Павловны оторвал от напряженного созерцания. Вынуждено ответила, вспомнив о данном обещании помочь с доставкой безглютенового торта.
На улице все в курсе случившегося и искреннее беспокойство читалось на лицах повстречавшихся соседей. Павловна и себе принялась горестно вздыхать:
- Не дай бог пережить такое. Бедные люди. Что же теперь будет? Не в курсе, сколько квартир зацепило?
Я отрицательно замотала головой. Пребывая в нехилой такой тревоге за парней, на все вопросы отвечала на автомате. Только после звонка Луговой в двенадцать часов ночи, известившей, что большая часть завалов ликвидирована и что с Андреем всё в порядке смогла перевести дыхание, и попытаться уснуть. Только новость о четырех пострадавших, среди которых была восьмилетняя девочка, всё же отравляла.
Не могу сказать, сколько прошло времени, но разбудил меня телефонный звонок, на который я сразу ответила, словно и не спала.
- Да! - вырвалось хрипло. Прокашлялась.
- Катяяя, ик...- послышалось протяжное, - это Андрееей…
Поднесла экран к глазам, действительно, «АНДРЕЙ». Заодно проверила, который час. Не хило так. Скоро рассвет.
- Андрей, ты пьян? Я отключаюсь. – конечно, ко мне по нормальному нельзя позвонить.
- Подожди-подождиии, – затараторил он в трубку и икнул, - Послушай… я… мне плохо. И если честно, мне не с кем поговорить. Мы можем поговорить? Э-э-э… по правде сказать, если бы ты… была… была рядом, я бы не напился, как свинья, а так…
Он отключился, не дав мне сказать и слова в ответ. Что это было? Хотела перенабрать сама, забыв о данном себе обещании держаться подальше и с перепугу подскочила на месте. Кто-то перелез через забор. Вернее, не перелез, а свалился. Я лихорадочно осмотрелась в поиске оборонительного средства. Ничегошеньки. Черт! Окно!.. Быстро подлетела к нему и завизжала, прикрыв ладонью рот - внизу кто-то был.
- Не ории…
- Андрей!!! – свесилась с подоконника, оторопело наблюдая за тем, как он пьяно сполз по стене, опираясь спиной об кирпичную кладку. – Что ты здесь делаешь?
- Не знаю… Слушай, не пригласишь меня во внутрь. А то тут как-то не удобно.
- Конечно не приглашу! Уходи! – зашипела, покосившись на дверь. Вдруг разбудила Павловну? Она конечно тетка современная, но всему есть предел. Это же Андрей. С какого перепугу я буду тащить его в дом, да ещё пьяного, ещё и после всего. Не на ту напал.
- Не мо-гууу…
- Сейчас проснется хозяйка и задаст тебе жару. – ну как ещё до него достучаться?
- Ооо, твою Александру Павловну я хорошо знаю и она меня тоже. Зачем ей меня прогонять? Смотри, как мы хорошо разговариваем? Спокойно…
Спокойно? Да меня всю колотит. Закатила глаза и спустилась с окна к нему, заметив, что он до сих пор в рабочей униформе:
- Значит, ты не уйдешь?
- Не уйду…
- Хорошо. Оставайся здесь. – разозлись, потому что до этого дня он ни разу не позвонил, не извинился за свое скотское поведенье. – Можешь сидеть там до утра, мне всё равно. – а сама присела рядом, с жадностью упиваясь любимым лицом, пока его веки опущены.
- Ладно… не хочешь впускать в дом, тогда остаюсь здесь. Хо-ро-шооо…
На некоторое время Андрей затих, и я уже подумала, что он уснул, но когда, зашевелившись на месте, выбирая более удобное положение, с его губ вяло полились слова, стало понятно, что ему действительно плохо.
- Я плохой спасатель, - начал он устало. - Постоянно не успеваю… постоянно кто-то оказывается в больнице. Я устал… и жутко переживаю.
- Что тебя беспокоит? – стараюсь, чтобы голос звучал ровно и спокойно. Уже догадалась, о ком пойдет речь. Мне стало жаль его. Безумно захотелось обнять. Пришлось сцепить руки, борясь с искушением.
- Восьмилетняя девочка. Боюсь, что она не выживет. Клянусь, если это произойдет, уйду с работы.
- А с чего ты взял, что именно по твоей вине люди оказываются в больнице? Разве ты задерживаешь всех, когда приходит сигнал о помощи или, реагируешь самым последним, работая в общей команде?
Тишина. Скорее всего, его захмелевшим мозгам трудно обрабатывать полученную информацию.
- Нет, - выдает спустя время. – Просто мне постоянно не везёт.
Он сейчас о чем?
- Невозможно везде и всегда поспевать вовремя. Если бы все были наделены сверхспособностями, тогда да. Но ты не супермен и летать, к сожалению, не можешь. Я более чем уверена, что не только у тебя, а у всей команды бывают такие моменты. Скажи, - я подалась чуть вперед, - вы спасли девочку? Передали врачам?
- Да… - устало произнес он.
- Ну вот. На всё остальное ты никак не можешь повлиять. Всё, что было в ваших силах – вы сделали. Выложились на все сто. По этому вы спасатели, а не юристы или преподаватели. А теперь ответь: ты – причина всего произошедшего? – он молчал. - Я не знаю виновных, но ты не должен брать на себя ответственность за состояние пострадавших. Только не ты… Давай будем молиться, чтобы с девочкой всё было хорошо и не будем преждевременно опускать руки. Ты сделал всё от тебя зависящее и всегда будешь так поступать.