Полюс моего притяжения (СИ)

Я не решалась поднять глаза. Так и продолжала стоять, буравя взглядом воротник его рубашки и собирая по частицам приготовленную речь
- Катя-Катерина, - позвал он меня, - я очень рад тебя видеть. Ты даже не представляешь, настолько. С той ночи ты постоянно в моих мыслях.
- Да вы что?! – подняв глаза, я решила всё же держать дистанцию, так легче активировать серое вещество. Если я так запала, то чего не позвонил? Я, между прочим, всё воскресенье пялилась в телефон. – Я к вам по важному делу, касательно Глеба.
- Ты что, обиделась на меня? – он словно прочел мои мысли. Руки скользнули вдоль спины, прошлись по распущенным волосам и заключили лицо в ладони. – Я не смог позвонить. Поверь. Очень хотел, но не получилось.
Чтобы не выдать себя с потрохами и не показать, насколько мне желанны его прикосновения, я отошла от него и присела в кресло.
- Я не отниму у вас много времени. Давайте перейдем к делу?
- Ну, давай, раз так хочешь, – он опёрся об край стола сверля меня взглядом со скрещёнными на груди руками.
- Меня волнует поведение Глеба, – начала я, стараясь смотреть либо куда, только не на него. – Я не знаю, чем занимаются ваши родители, но мне важно, чтобы вы все принимали активное участие в его жизни. Ещё два года назад он был примерным учеником, отличником. Сейчас же съехал донельзя. Я хочу ему помочь, пока не поздно, но без вашей помощи это невозможно, – я долго приводила доводы, примеры с предыдущей работы, где были схожие ситуации, старалась показать, что мне действительно важно благополучие его брата. Прервавшись, я заметила, что Ярослав открыто пялиться на мою грудь. - Вы вообще знаете о его проблемах? Принимаете участие в его жизни? Стоп, - вдруг осенило меня. – Это случайно не он «семейная рутина»?
- Всё хочу спросить – это твой настоящий  цвет глаз или линзы?
Я опешила. Я тут распинаюсь перед ним, рассказываю о проблемах, прощу о помощи для его же брата, а он тупо меня не слушает? Ну, знаешь ли...
- И волосы мои, и глаза мои и сиськи -  тоже мои, – я вскочила с места.
- Да ты прям эко-продукт. – заулыбался он.  - Кать, давай сегодня встретимся, а?
Еле сдерживаясь, я показала ему средний палец и выскочила из кабинета.
- Катерина Ивановна, - услышала я вдогонку его смех. – Куда же вы? Мы ещё не закончили?
Придурок. Чтобы я?!! Ещё когда-нибудь!!..
Остановилась только на крыльце здания.
Дождь не прекращался. И для кого я стараюсь? Всё пытаюсь быть хорошей для всех. Оно мне надо? Глебушке всё равно ничего не будет, родители даже не пожурят, жизнь его и так сплошная малина. Что можно требовать с пацана, если брат не лучше? А ещё говорили, что старший - авторитет для младшего. Щас. Разбежались.
Я разочаровано побрела к остановке, не заботясь о том, что начинаю промокать.
Обогнав на пару метров, впереди притормозила машина. Я упорно продолжала свой путь.
- Катя, давай в машину, заболеешь же. – Ярослав выглядывал с открытой пассажирской двери. – Давай, не упрямься.
Мне захотелось взбрыкнуть и вильнуть хвостом, послать куда подальше. Вот просто так.   Давно меня так не задевало чье-то безразличие. Не ко мне, нет. С этим всё норм. А родителей к своему ребёнку, брата к брату. Не знаю. Наверное, месячные скоро.
- Я долго буду ждать? – прозвучало на взводе.  – Если не сядешь, я посажу тебя сам. Решай…
А вот это мне уже нравиться. Настойчивость. Вот бы он её проявил и в отношении Глеба.  Бесить не стала. Молча села в салон и уставилась в окно.
- До чего же с тобой сложно, Катя-Катерина, – выдохнул Ярослав.
- Со мной как раз всё просто. Это ты мастер всё испортить.
- Снова на «ты»? – улыбнулся он, подмигнув. - Ты уж определись.
Я решила не отвечать.
- Не думай, что я тебя не слышал, – посерьезнев, произнес Ярослав, взяв меня за руку. – Я всё прекрасно понимаю и в курсе происходящего, и мне приятна твоя забота. Честно! – он доверчиво заглянул в глаза. –  Я стараюсь быть с ним рядом в трудную минуту…
- …только в трудную? Ярослав, он нуждается в семье постоянно. Будь ему старшим братом, не только когда он попадает в задницу, а всегда. Интересуйся им, проводи свободное время, не знаю… Есть много способов наладить отношения.
 
Он ненадолго замолчал, словно настраиваясь на что-то, и в результате, решился на откровенность.
Я слушала такую обыденную, житейскую ситуацию, когда родители разводятся и от этого страдают дети. Глебу тяжело далась данная ситуация и с того момента он и начал строить козни.
- А если поговорить с матерью? – я знаю, что к матерям дети прислушаются охотней, чем к отцам.
- Мать не принимает участие в его воспитании с десяти лет. Именно она была инициатором распада семьи.
Вот тебе и счастливая семейка. Только с виду. Всё на публику.
- Кать, только не подавай виду, что знаешь о разводе. Для всех у нас полноценная семья. Хорошо?
-  Я могила.
Он остановился недалеко от въезда в проулок. Дождь практически прекратился. Выходить с теплого салона не хотелось.
Мне вообще-то не понятна такая скрытность. Мог и подвести к дому. Ну да ладно.
- Мое предложение в силе. – Ярослав в последний момент прижал меня к себе и опалил шею горячим дыханием. – Встретимся сегодня?
Тело сразу же отозвалось на его прикосновение волной жара, которая сосредоточилась внизу живота и отдалась пульсацией между ног:
- Во сколько и где? – зачем противится неизбежному? Устоять против него я всё равно не в силах.
Договорившись о встрече, я побежала по улице, свернув возле высоченного тополя в проулок.
Мое внимание привлекли крики, которые доносились со двора Жулепова. Я застыла в нерешительности, не зная, как поступить – вмешаться, мне как раз нужно было переговорить с этим семейством, или пройти мимо и заглянуть в следующий раз?
Кого я спрашиваю?
Чем ближе я подходила, чем отчетливей становился ор.
- Выбирай: или я, или он! – в калитку выскочил Леня, в сердцах сбивая с веток капли воды. – Я так больше не могу… Ты хочешь, чтобы мы покалечили друг друга?
Следом за ним неслась мать, а замыкала процессию Полина.
- Ленька,  стой! Кому сказала!!! А ну вернись в дом…
- Мама, не обижай братика. Леня, не уходи… – Полинка во всю ревела, размазывая слёзы по пухлым щекам.
Заприметив меня, все остановились, вмиг прекратив ссориться.
- Катерина Ивановна? – опешил Жулепов. – Вы что тут делаете? – его глаза забегали. Было видно, что ему стало не по себе.
- Я… тут живу по соседству, – я заметила, как он растерялся и повернулся к матери.
Полина бросилась ко мне и обняла за талию. Света с тревогой переводила взгляд с меня на сына.
Желание говорить пропало напрочь. Меня до глубины души поразила увиденная картина, перенося в далекое прошлое.
Дождь прекратился. Каждый из нас не знал, как поступить. Полина продолжала удерживать, не давая сделать и шагу, Леня – бурно дышал, успокаиваясь, а Света – с опаской посматривала назад.
Нарушая повисшее молчание, на улицу выскочил обозленный пьяный мужик и бросился в нашу сторону:
- Светка-а-а, сука-а, где твой щенок. А ну, иди сюда!!!
Леня дернулся. Я испугалась не на шутку. Нужно что-то делать. Оставаться в стороне от происходящего не позволял страх за детей. Схватив плачущую Полину и подцепив за локоть её брата, я потащила их в дом Александры Павловны.
- Я заберу их к себе ненадолго, – крикнула на ходу Свете.
Она лишь молча кивнула и поспешила успокаивать разбушевавшегося ухажера, орущего во всю глотку и требующего, чтобы сука-Ленька вернулись назад.
- Э-э, а тетя Шура не будет злиться? -  заартачился парень, поняв, куда я его веду. Он до последнего бросал злостные взгляды в сторону матери.
- Нет. Она любит гостей, – по правде, я не знала, как она отреагирует, но оставлять детей без присмотра не собралась.
- Катя, как здорово, что ты пришла. – Полина вбежала в дом первой.
Я разулась и стала ждать, пока моему примеру последуют Жулеповы.