Гнев Севера (СИ)

— В таком случае почему бы не сказать, что Бог привел к Ивару меня?
— Вот об этом я и спрашиваю, — удовлетворенно произнес отец Бернар. — Какой бог привел тебя к риксу Ивару?
— Разве Бог не один? — парировал я.
— Бог един [22], — уточнил отец Бернар. — Но принял ли ты Его, я не знаю.
Я пожал плечами:
— Когда я предложил меня крестить, ты отказался.
— Тогда мне показалось, что ты… — тут он замялся.
— …Уже крещен? — подсказал я.
Отец Бернар удивленно посмотрел на меня:
— Как ты узнал?
— Догадался.
— И что же?
— Не знаю, — я вновь пожал плечами. — Если и так, то я этого не помню. Бури говорит: у меня особый дар оттуда, — я показал на небо.
— Бури мудр.
Неожиданно.
Я бросил взгляд на пристань. Погрузка заканчивалась. Пора убираться отсюда.
— Не юли! — потребовал я. — Говори прямо.
— Ивар — это не твое, — отец Бернар сжал в кулаке висевший на груди крест. — Уходи от него, как только сможешь.
— Даже если он предложит мне стать его здешним вассалом? — осведомился я. — Если я стану графом, сделаю тебя аббатом. Хочешь?
Отец Бернар засмеялся:
— Если бы я хотел стать аббатом, я бы им уже был. Я тот, кто я есть. А вот кто ты, нобиль?
Я тоже засмеялся. «Я и сам толком не знаю». Вот это был бы честный ответ. Так же как и то, что английским эрлом я становиться не собирался.
— Сейчас меня зовут ярл Ульф Хвити, — сказал я на языке викингов. — А что будет дальше… Поглядим, куда меня заведет мой Бог.
— Ducunt volentem fata, nolentem trahunt [23], — пробормотал отец Бернар.
Угу. Попала собака в колесо, пищи, да беги.
Только я пищать не буду. Пусть враги мои пищат.
— Гримар! — крикнул я. — Этого храбреца, — я указал на настоятеля, — мы берем с собой. Остальных ворон раздеть и привязать к деревьям.
— О! — обрадовался Короткая Шея. — Ярл согласен немного повеселиться!
— Не я. И не ты. Они, — я показал на толпу перепуганных монастырских рабов.
— Ты жесток! — ухмыльнулся Гримар. — Я бы, пожалуй, задержался немного. Поглядел, как тощие мышки кушают жирных крыс.
— Обойдешься! — отрезал я. — Мы сделали дело, и мы уходим.
— Они не посмеют, — сказал отец Бернар. — Отвяжут монахов, как только мы отчалим. Это не мужчины, это сервы.
Он оказался прав. Касательно сервов. Но насчет судьбы монахов он все-таки ошибся. Не учел, что у сервов есть жены. И что женщины куда мстительнее мужчин.
Дамы даже нашего отбытия дожидаться не стали. Я их понимал. Нелегка участь простого английского землепашца. Но жизнь женщин в «милосердном» христианском Средневековье — ужас ужасный. Потому и не выйдет из меня английского графа. Не впишусь я в это «высокоморальное» общество.
— Твоя доля, конунг! — Я кивнул, и хирдманы грохнули наземь сундучок.
Я торжественно откинул крышку. Посуда. Не самая дорогая из той, что мы взяли, но достойная. Серебряная и вся — внушительных объемов. Так экономнее. Один большой кубок весит вдвое меньше, чем три — аналогичного объема.
Кивок Ивара, и сундучок уволокли.
— Лундевик. Вы дошли до него? — спросил Бьёрн.
— Я не Тор, чтобы в одиночку разгонять войска йотунов, — усмехнулся я. — Даже с сотней-другой хирдманов за спиной. И вообще: если я, ярл, буду делать работу конунгов, зачем тогда нужны конунги?
— Он не Тор, он точно из детей Локи, — сказал Хвитсерк Рагнарсон.
— Я тоже так думал, — сказал Ивар. — Но сам видишь: он чернявый, а не рыжий.
— Черный, которого зовут Белым. Это очень похоже на Локи. Да и что стоит поменять цвет волос тому, кто может превратиться в кобылу!
— Эй! — возмутился я. — Я не умею превращаться в кобылу! Я даже в жеребца превращаться не умею… Хотя иногда был бы не прочь.
Братья заухмылялись. Да, теперь у меня есть право шутить с сыновьями Рагнара. Правда, осторожно. И когда с нами нет Сигурда. Змееглазый любит только собственные шутки, да защитят меня скандинавские боги от его юмора.
 
Но сейчас Сигурд приводит к покорности какое-то графство на юго-востоке Восточной Англии, а его братья пьют английский эль в тронном зале королевского дворца, а где в это время находится сам король Восточной Англии Эдмунд, я понятия не имею. Но он точно жив. Мы же — «друзья».
— Может, у тебя есть еще какое-нибудь дело, конунг? — спросил я. — Еще немного битвы и чуток серебра нам не помешало бы.
— Скоро у нас у всех будет вдоволь и битв и серебра! — заверил меня Ивар. — Подожди, недолго осталось. 
  
Глава 3 Будни викингов 
 
— Строй! — взревел Медвежонок, и семь с половиной десятков хирдманов Гримара, коренных скандинавов и настоящих викингов, с грохотом сомкнули щиты.
— Стена! — рыкнул мой братец.
Снова грохот. Первая шеренга бойцов рухнула на колено, а вторая, подняв щиты, прикрыла их и себя сверху.
— Вторая вниз! — рявкнул Медвежонок.
Этой команды в традиционном «уставе» викингов не было. Ее ввел я. Для обеспечения взаимодействия тяжелой скандинавской пехоты и моих лучников.
Команд стрелковых у меня две.
В первой четыре десятка дренгов-кирьялов, которыми командовали братья-весяне Комар с Лосенком, еще один весянин Сорока и лучший из кирьялов Меткий. Старшим над ними всеми — варяг из молодых Тулб Огонек, которого я перевел в стрелки из бойцов-универсалов.
Вторая стрелковая группа была поменьше. В ней собралась варяжская молодежь. Численно они вчетверо уступали кирьялам, но если бы им пришлось с кирьялами сойтись, я бы поставил на варяжат. Причем именно в стрельбе, поскольку в рукопашной превосходство и так было очевидно: пятеро варяжат влегкую уделали бы всех кильялов. Впрочем, этот вопрос уже решался. Кое-какие навыки строевого боя бывшие лесовики уже наработали. Где-то на уровне ополченцев. Со временем их можно натаскать до уровня плохоньких дренгов. Выше не надо. Использовать кирьялов в стене щитов я не собирался, так что пусть лучше уровень стрелковой подготовки повышают.
А вот варяжата в строю работали неплохо. Я бы сказал, даже лучше, чем с луками. Исключением был только мой сын, который считался их командиром. В мастерстве дистанционного боя Виги-Вихорек с запасом обгонял всех, кроме своего наставника и командира всей стрелковой команды Бури.
Но Бури — это отдельная тема. Даже я понятия не имел, что он может. Равно как и о том, почему он со мной. Надо полагать, это было одним из проявлений моей везухи.
— Вторая вниз! — рявкнул Медвежонок.
Вторая шеренга четко отшагнула назад и присела, прикрыв головы щитами, а мои лучники дружно произвели три залпа, истыкав стрелами мешки с сеном на противоположной стороне луга. Дистанция была невелика: метров пятьдесят, так что промахов не было.
Не скажу, что такая тактика была идеальной. Я бы предпочел, чтобы парни стреляли из-за стены щитов. Но иначе не получилась. Здоровяки-даны были минимум на полголовы выше моих кирьялов.
— Бегом! — скомандовал Медвежонок, и хирдманы, вскочив, с ревом устремились вперед. А мои лучники разбежались в стороны. Их задача — поддержать атакующих фланговой стрельбой. Если получится.
Ну да, от идеала далеко, но в целом — более-менее.
В настоящем бою опробовать пока не удавалось, но в учебе выходило неплохо.
Впрочем, это был только один из элементов. В обучение входила отработка провокационной атаки стрелков, когда те, забросав противника стрелами, ныряли под защиту пехоты. Со своими я это проделывал уже сотни раз, но Гримаровым еще предстояло научиться быстро размыкать шеренги, пропуская беглецов, а потом так же быстро восстанавливать строй. Отмечу, что такая эволюция — непростое дело. Перестроиться из традиционного строя в атакующий клин проще.
Однако Гримаровы бородачи были бойцами опытными. Соседей чувствовали идеально и схватывали все на лету. Они могли сколько угодно тупить в обычных условиях, но когда дело доходило до воинских умений, то действовали не столько головой, сколько тушкой. А тушки у них были заточены на войну многими поколениями кровожадных предков. Так что срабатывались мы неплохо. Правда, лично для меня места в общем строю не оказалось. Место ярла — на острие клина, а я для этого мелковат. Так что левым флангом рулил Гримар, правым — Свартхёвди, а при таранной атаке эти двое смыкались на острие клина и либо бились плечом к плечу, либо Медвежонок включал берсерка, отрывался и рвал вражеский строй, а потом и хирд входил за ним следом, вспарывая шеренги противника.