Вернуть Боярство 3 (СИ)
В заведение мы ворвались уже немного на кураже — неизменная фляжка Влада Приходько была, как всегда, при нем, и менее крепким его пойло за прошедшие месяцы не стало. Ей-ей, этой дрянью можно грызунов в жилых домах травить.
Двухэтажное каменное здание с красивой вывеской, на которой красовалась златокрылая бабочка, была лучшим заведением города. Ну, самым дорогим, во всяком случае. Лично я здесь не бывал, так что возможности убедиться не было.
М-да… Нет, ну по местным меркам заведение, может, было и высшего сорта, но в приличном городе у состоятельного аристократа оно вызвало бы лишь брезгливую гримасу. Грубоватые деревянные столы, стулья с недлинными спинками, пара люстр на потолке с незатейливыми стекляшками украшений и магическими светильниками…
Народу в столь ранние часы здесь немного. Да и откуда бы ему тут взяться? Позволить себе посидеть в «Златопряхе» могли лишь те из офицеров, что происходили из дворянских Родов, самые зажиточные охотники и торговцы Кондратьевки да, собственно, сами хозяева городка. Впрочем, сомневаюсь, что последние тут были частыми гостями — родовой особняк, не смотря на то, что походил скорее на небольшой замок, нежели усадьбу знатного Рода, был явно комфортнее и роскошнее обставлен.
— Столик для моего удачливого друга! — весело завопил Селезнев, едва мы вошли внутрь. — И всем шампанского за мой счет! Сего в Империи родился ещё один Мастер!
Кажется, этому бесшабашному товарищу был только повод нужен. Не то, что бы он за меня не рад, вовсе нет — просто таков уж Селезнев. Лихой, бесшабашный любитель вина, женщин и веселья — знавал я таких ребят. Ничего плохого в этом нет, разве что одно — в морду им прилетало частенько… Ухлестнуть за кем не следует, бросить подначку в лихом, пьяном угаре, неудачно пошутить, сперва сказав, затем подумав… В общем, неплохой друг и товарищ, если понимать и принимать его таким, каков он есть и не ожидать от того, что не свойственно его натуре. Полная противоположность несколько занудного заучки Засульского, основательного, обстоятельного и нерешительного в непривычных для себя обстоятельствах.
Стол нам выделили почти мгновенно. И, надо признать, пусть роскошным убранством заведение похвастать не могло, но вот в остальном «Златопряха» была весьма хороша, мгновенно подняв свою оценку в моих глазах. Милые и симпатичные официантки, молодки в самом соку, одетые в сарафаны, быстро накидали нам весьма неплохих закусок — сыр, ломти румяного, ещё горячего хлеба, аккуратно нарезанную колбасу и маринованных огурцов да грибов — в общем, всё то, что нужно здоровым, полным сил чародеям, решившим как следует выпить.
— Царское Серебро, два графина, милейшая! — заказал Селезнев весьма недешевую водку с алхимическими добавлениями, предназначенную как раз для одаренных. — И каре молодого ягненка, если есть! Отведывал в своё время это блюдо на Кавказе — и, скажу я вам, друзья, вкуснее мяса я не пробовал. Ах да — ещё икорочки, черной.
— Ягненка нет, господин, — виновато ответила улыбающаяся девица. — Но могу посоветовать к водке ухи, она у нас на диво хороша! В поместье Кондратьевых и та хуже!
— Не сомневаюсь, — не дал ответить я, весь вспотев и перехватывая руку моего друга, что сжалась на весьма аппетитной попке официантки. — Несите!
— Ты чего, Аристарх, совсем в своих лесах одичал? — с усмешкой поднял бровь Селезнев, когда красавица в сарафане с кокетливой улыбкой ушла. — Это не медведицы в лесу, их трогать можно. Особенно если на золотые не скупиться.
Вот и как ему скажешь, что он только что лапал Старшего Магистра под хорошо маскирующими её ауру чарами? Я, признаться, аж вспотел немного, когда всё же разглядел через маскировку, кто перед нами.
К счастью, от необходимости отвечать на неловкие вопросы меня избавила та, кого я давно жду.
Хельга Валге собственной персоной, уставшая ждать, когда на неё обратят внимание.
— Доброе утро, господа офицеры, — церемонно поздоровалась девушка, заставив всю троицу моих друзей удивленно на неё уставиться. — Здравствуйте, Аристарх Николаевич. Позвольте присесть за ваш стол?
— Конечно, Хельга, — вскочил я и насколько мог в своей нелепой медвежьей шкуре поверх рваного мундира отодвинул перед дамой стул. — Прошу простить за свой неприглядный вид — поход сквозь леса был долог и не всегда приятен, а забежать к себе и переодеться я совершенно позабыл. Не ожидал, что мне предстоит столь приятная встреча. Господа — Хельга Валге, моя подруга и соратница по Учебному Полку Имперской Стражи. Госпожа Хельга…
Следуя правилам приличия, я представил девушке всех присутствующих. Разумеется, о статусе девушки я даже упоминать не стал — захочет, скажет сама, ну а нет — так чего понапрасну смущать народ? Знай они, что с ними дочь Павла Александровича Романова, праздничной атмосфере наших посиделок пришел бы конец. Не сможет тройка офицеров расслабиться в присутствии дочери командующего Имперской Стражей, в чьих жилах течет кровь царей. Пусть и незаконорожденная, но Романова… Нет уж, спасибо. Впрочем, если она захочет — то сама даст понять, кто она.
Когда все церемонно раскланялись, я поинтересовался у девушки интересующим меня вопросом.
— Как получилось, госпожа Хельга, что вы оказались в наших негостеприимных краях?
— Мы ведь ещё в учебном полку договорились перейти на ты, Аристарх? — улыбнулась девушка, подняв бровь.
— Столько воды утекло, — невольно покачал головой я, улыбнувшись. — Несколько подзабыл, прости.
— Прощаю, — милостиво кивнула девушка. — Не хочу ходить вокруг да около, Аристарх, потому скажу прямо — я здесь за тобой.
Краем глаза заметив вскинутые брови всех присутствующих, я про себя вздохнул. Да уж, вот так заявленьице от аристократки… А в том, что с нами сидит явно представитель не самого последнего аристократического семейства, поняли уже все — один материал мундира капитана Имперской Стражи на девушке стоил не одну тысячу. А драгоценности и вовсе тянули на десятки тысяч… И это с учетом того, что лишь я один мог заметить, что это на самом деле весьма недурственные артефакты. Да в таком комплекте я бы против Старшего Магистра, несмотря на разницу в два ранга, смело бы вышел. И это даже не зная их свойств — но даже сложности заключенных в них плетений мне хватало, что уважать мастера, что их изготовил.
Тем не менее, я сосредоточился на главном.
— Эм… А в каком это смысле, Хельга? Можно чуть больше подробностей? — поднял я бровь.
Боги и Демоны, только промолчи, Селезнев. Всеми Владыками Магических Планов заклинаю — не ляпни какую скабрезность.
К счастью, мой друг тактично промолчал, и девушка ответила.
— Я прохожу службу на борту эсминца, выделенного моими родственниками в помощь Имперской Страже, — ответила та. — И хочу предложить тебе место на нем, в качестве главы абордажной команды. Должность соответствует заместителю командира батальона в наземных войсках. И, кстати, ты ей даже вполне соответствуешь — как погляжу, ты уже Мастер. Впрочем, в твоих талантах я никогда и не сомневалась… Ну так как?
Взяла ты, конечно, подруга, быка за рога… Вся тройка моих друзей с интересом уставилась сперва на неё, а затем на меня, ожидая ответа. Я же, прикинув в уме все за и против, скосил взгляд не небольшую тень, отбрасываемую девушкой. И ответил, зло и мстительно усмехнувшись:
— С парой условий, подруга. Выслушаешь?
Глава 4
— Первым условием, которое я выдвину, будет то, что на борт твоего судна отправлюсь не я один, а все, на кого я укажу.
На это Хельга лишь повела плечами.
— Согласна, — кивнула она. — Хоть всю твою роту на борт взять, никаких проблем. Составь список, и я уже к завтрашнему дню решу этот вопрос.
При этих словах мои друзья дружно вскинули брови, бросив взгляды сперва на неё, а затем на меня. И их можно было понять — слишком легко говорила она говорила о подобных вещах. Да, девушка явно не из простой семьи, но — она ведь сказала, что лишь служит на эсминце. А сейчас её обещание звучало так, будто он ей принадлежит, и она сама вольна решать, кто на нем будет служить, а кто нет.