Вернуть Боярство 3 (СИ)
— И тогда он потребует от тебя определяться. Ты должен будешь приносить ему клятвы верности, причем такие, что хер нарушишь, он отдаст в твой Род свою Хельгу, и та тоже станет Магом Заклятий… Я уверен, он опутает тебя похлеще любого паука — ведь ты можешь стать сильнее, чем он. Ты обладаешь уникальными навыками и знаниями… И тогда, случись ему возжелать трон своего царственного родича, ты станешь одним из его орудий в этой войне. Ведь у тебя не будет альтернатив — лишь он один будет на твоей стороне, а ты уже успеешь рассориться со всей прочей аристократией и будешь выглядеть его покорным псом в их глазах. Никто иной тебя не примет, а в одиночку тебя сожрут либо одни, либо другие.
— И вы предлагаете мне стать вашим псом, что бы не становиться рабом моего возможного тестя? — поднял я брови.
— Я? Псом? Упаси господь, — отмахнулся он. — Я предлагаю тебе, начав с контактов со мной, расширить их в мире бояр. Ты сын Коли Шуйского, гордости всего боярского сословия — несмотря ни на что, ты в нашей среде всё ещё рукопожатная персона, и если ты будешь поддерживать контакты и с нашей стороны, ты не будешь лишен выбора. Лавируя между чужими интересами, ты сумеешь отстоять свою независимость — ведь реши Павел или иной Романов обойтись с тобой по черному, ты всегда сумеешь уйти к нам, бросив тут всё. Он это будет знать. Ты будешь это знать. И мы будем это знать — и в этом будет твоя сила. Лавируй между интересами этих громадных сил, и будет тебе счастье. Возможно, через век-другой и твой Род будет гордо стоять на ногах, являясь аристократами первой величины. Подумай об этом.
Без сомнений, старик вёл свою игру. И склонял меня к подобному не по одной лишь доброте душевной, но… Его логика обладала железными гранями. Мне буквально было нечего возразить, а он лишь довольно усмехался в густую бороду и пил одну за другой чаши ароматной медовухи, наливая и мне. Иметь почти бездонный кувшин здорово, что сказать…
Но он мне понравился, если честно. Не пытался показать, что круче него лишь горы, что он хером подпирает небосвод и вообще — он Маг Заклятий а ты так, тля прямоходящая. Он говорил со мной на равных, он предлагал честные сделки и он торговался, отстаивая свою выгоду и не делая скидок — он был хитер, умен и честен настолько, насколько вообще может быть честен человек его положения.
И это приносило ему свои плоды. В начале я, признаться, подумывал передать ему неполноценный ритуал, но передумал. Больше того — старик оказался отличным магом в лучшем смысле этого слова. Его ум был пытлив и незашорен, сам он был весьма любознателен и вообще был натурой исследовательской и весьма разносторонней. Скажу больше — в какой-то момент его обучение этому ритуалу в самом расширенном варианте превратилось не в одностороннюю подачу знаний, а во взаимообмен.
— Эти руны похожи на скандинавские, те, что достались им от древних богов, — задумчиво протянул он. — Но при всей своей мощи, они довольно примитивны. Если применить здесь более тонкий подход, использовав классическую латынь и заменить несколько зелий на схожие, но более мощные…
Впервые я имел дело с полновесным высшим магом своей новой реальности и вынужден был признать, что он был хорош. День на восьмой мы настолько увлеклись масштабированием ритуала под его нужды, что оба отбросили осторожность. И на двадцатый день мы совместно разработали нечто, что уже вполне могло решить вопрос смертности Магов Заклятий. Без шуток и скидок — хоть эта заготовка и требовала определенных проверок и подтверждений, что встали бы в сотни две-три миллионов рублей, но одно я мог сказать уверенно — это было нечто куда более могущественное чем то, что я использовал на Приходько.
Для этого мне пришлось обучить Фёдора призыву к Марготону (чем я, кстати, полностью оплатил свой долг последнему за очищение лешего — такой могучий контрактор в этой реальности ему был очень даже нужен), ему же пришлось обучить меня магическому алфавиту, который был принят у высших магов бояр этого мира. Знанию, к которому доступ имели лишь те, кто достиг звания Старшего Магистра, родился в боярской семье, ну или на худой конец одной из ведущих дворянских или прошёл высшие курсы Академии Оккультных Наук на Старшего Магистра (но в последних двух случаях в довольно ограниченном формате. Всеми тайнами этого алфавита владели лишь бояре, Романовы и те Рода дворян, что вышли из бояр).
Я научил старика ещё кое-чему важному — дал ему выход на Стихиальных Владык. Здесь этим знанием не владели — пределом были Высшие Элементали, дозваться до самих Владык Шуйские не смогли. За остальных не скажу, но конкретно мой бывший Род таким знанием не владел.
— Это очень, очень ценная информация, — заметил старик. — Уверен, что готов отдать её безвозмездно?
— Ну, ты же поделишься результатами исследований в плане пересадки сердца со мной? — поинтересовался я.
— Твой ритуал лёг в его основу, так что я в любом случае буду вынужден консультироваться с тобой, — признался он. — Больше просто не с кем — ты один обладаешь знаниями о практическом применении данной магии. Так что да.
— Ну тогда считай, что мы сошлись, — пожал плечами я.
Это действительно было нужно и выгодно нам обоим — если старик Шуйский добьётся результата, то я намерен использовать это и на себе. Ну а кому не охота жить вечно, правильно? Тем более судя по его словам, в этом мире назревает первая по настоящему Мировая Война, и уж она-то выкосит ряды высших магов так, что выжившие содрогнутся. Уж я-то знаю — я, в отличии от местных, видел такие войны. Там и Великие вполне себе регулярно отправлялись к праотцам, а им весь кошмар таких противостояний лишь предстоит познать…
— Тогда я подберу для тебя Элементаля, — решительно рубанул он рукой воздух. — А то не могу избавиться от мерзкого чувства, что покупаю за бесценок такие знания. Магический алфавит слишком уж грошовая цена, не говоря о золоте. Так что когда станешь Младшим Магистром, я подберу и подарю тебе Элементаля Молний, причем сразу среднего ранга.
— Как скажешь, — не стал выеживаться я.
В общем, мы много пили его прекрасную медовуху, которая даже Мага Заклятий пробирала, и ещё больше работали. Надо сказать, хитрый старик выжал из меня ещё кое-что по знаниям, что не входило в сделку, но я, право слово, не жалел. Работая и творя теории на основе разных подходов к чародейству я отдыхал душой, и трудиться, обмениваясь опытом с кем-то, кто хоть как-то сопоставим с моим прежним уровнем, было настоящим удовольствием.
Тем временем на десятый день с нашего разговора прибыл десяток Адептов-инструкторов, прилетев на боевом эсминце Рода. Вместе с ними прибыл и обещанный груз — броня, оружие, зелья, артефакты и прочее.
— Эти господа из Рода Шуйских будут вашими инструкторами и командирами на ближайшие месяцы, — объяви я отряду. — До большой войны осталось чуть больше месяца. Всё это время вы проведете, обучаясь военному искусству под их руководством. Ну и в самом походе они будут командовать вами на протяжении всего похода. Предупреждаю сразу — эти господа из числа Гвардии Шуйских, и шуток они не понимают. Их слово — моё слово. Всем ясно?
Ясно было не всем. Но ровно до того момента, как упакованный в отличную броню предводитель этого десятка не раскатал в тонкий блин Алтынай — перед всеми, в честном бою, показав, какова разница между элитой сильнейших боярских Родов и прочими. Адепт, уделавший Мастера, пусть и за счет артефактов и отсутствия у Мастера опыта противодействия действительно сильным чародеем… Это было показательно. И это закрыло все рты.
Он бился идеально. Нет, без шуток — этот мужчина лет сорока пяти, вооруженный всеми знаниями Рода Шуйских и облаченный в отличную экипировку, был хорош. Если бы тогда, в лесу, когда я удирал от Адептов Игнатьевых, за мной послали бы пару-тройку таких, мои приключения кончились бы там же.
Он привык к своей планке сил. Я привык к могуществу высшего мага и на этой ступени был дать фору любому — он же привык рационально и с умом использовать все преимущества своего ранга и экипировки. Сотканный из молний волк метался за ускоряющим себя чистым пламенем чародеем, но был не в силах его настигнуть. Чародей кидал гранаты, создавал препятствия своей магией, маневрировал, защищался от всех вражеских атак минимумом активной магии — он понимал, что тягаться объемом резерва с Мастером для него суицид.