Вернуть Боярство 3 (СИ)
Но я отвлекся. Сейчас я постепенно, понемногу собирал свой будущий отряд. К сожалению, я не обладал ни какими-то сверхбогатствами, ни знатной фамилией, способной впечатлить кандидатов. У меня было, после всех приключений в лесах и с учетом предыдущих капиталов, четыреста семьдесят две с половиной тысячи рублей на счету в Императорском Банке. Для мага-одиночки, торящего свою дорогу своими усилиями — очень много. Кому-то и на целую жизнь, пусть и не самую роскошную, хватит.
Но вот начинающему военачальнику, у которого ещё и проблемы с набором кадров… Ну кого я мог привлечь? Из опытных бойцов в основном были те, кого в силу каких-то причин выгнали либо со службы, либо из их вольных отрядов. Из молодняка в Кондратьевке — недовольных жизнью парней без какой-либо искры магического дара. И перебирать мне не приходилось… Неопытные, необстрелянные юнцы либо смутьяны и прочие сомнительные элементы из среды наемников, которым явно не просто так отвесили пинка под зад. И первые, и вторые при этом либо экипировки не имели, либо имели такую, что проще сразу выкинуть — мне совсем не улыбалось терять половину, а то и две трети отряда в первой же стычке.
К счастью, Алтынай смогла меня порадовать. Она по прежнему поддерживала связь с соплеменниками, и вот среди них нашлись рисковые парни и девушки, желающие рискнуть и изменить вою судьбу. Опытные охотники и следопыты, с молоком матери впитавшие в себя навыки выживать в лесу, они мне отлично подходили. И сегодня были лишь первые ласточки — моя слуга не теряла времени даром, ведь у нанхасов было далеко не одно стойбище, так что она планировала посетить ещё немало своих соплеменников.
Пока набралось восемнадцать человек. И я уже, признаться, замаялся иногда тайно, иногда явно устраивать собеседования новобранцам. Покосившись на тень здоровенной сосны, я устало вздохнул:
— Ты так и будешь за нами всюду таскаться, Кристина? Что бы ты там о себе не думала, тебя прекрасно вижу я и отлично чует Алтынай. Вылезай давай, горе-преследователь.
Из густой тени вынырнула стройная женская фигурка и замерла напротив нас, невозмутимо сложив руки под грудью. Мара, глядя на одну из телохранительниц Хельги, не сдержавшись фыркнула, но та и бровью не повела.
— И долго ты за нами таскаться будешь? — неприязненно уточнил я. — Ты ведь понимаешь, что будь у меня желание что-то скрыть от тебя, и ты бы ничего не узнала и поделать не смогла бы.
— Возможно, — флегматично пожала она плечами. — Но вы, Аристарх Николаевич, в близких отношениях с моей подопечной. И я не могу оставить без внимания тот факт, что вы устраиваете тайные встречи с неизвестными нам персонами. Особенно из числа тех, кто даже не принял подданство семьи Романовых.
— Не семьи Романовых, а Империи, — напомнил я. — Присягают не династии, а государству, если речь идет о целых народах.
— И как мы можем доверять человеку, ведущему подобные речи? — подняла она бровь.
— Издержки боярского воспитания, — с издевкой протянул я. — Ничего не поделаешь, законы государства приходится знать на зубок… И согласно этим законам я вполне имею право потребовать от тебя сатисфакции.
— Нет, не имеешь, — холодно улыбнулась она. — Ты — не Родовой аристократ, соответственно под разделы законодательства, требующие от меня получения письменного дозволения от компетентных органов для слежки за тобой, не подпадаешь. Хочу — слежу, хочу — не слежу.
— Да-да, слизывать — это явно твоё, — насмешливо бросила моя слуга, не удержавшись.
Уж больно она и Тень друг дружку не любили. Впрочем, не стоило забывать — в открытом бою последняя одолеет мою слугу, даже не вспотев, так что я поспешил вмешаться.
— Ладно, мы обратно, — махнул я рукой. — Залезай, если хочешь, обратно во мрак. Всё равно ничего, могущего нести угрозу твоей госпоже, мы не затеваем и уж тем более не обсуждаем.
Дальнейший путь прошел в тишине. Кристина снова приняла форму тени, Алтынай молча пристроилась за моей спиной, а я думал о предстоящем разговоре. Очень важном разговоре, по завершении которого я надеялся снять часть груза проблем по набору людей со своих плеч.
Миновав ворота и приветливо кивнув охраняющим их бойцам и их командиру, я направился по раскисшим, полным жидкой грязи улочкам в направлении кабака. Было лишь полчетвёртого вечера, можно сказать, последние часы перед тем, как освободившийся от работы, службы и иных дел народ заполонит улочки и переулки городка, стремясь урвать пару-тройку часов на вечерние увеселения перед завтрашним, очередным рабочим днём.
Нам, переведенным на эсминец, об этом можно было не париться. Особенно после того, как окончательно сдали дела своим приемникам на постах офицеров нашей роты, к вящей радости капитана Кучина — тот был явно рад, что его смещение с должности командира роты отменяется. Что ж, главное, что все довольны, правильно?
Влад Приходько сидел за небольшим столом в углу помещения, перед широким окном, из которого лился свет. Неторопливо прихлебывая из здоровенной кружки пенное и закусывая сушеной рыбкой, он внимательно читал Имперского Вестника, не обращая никакого внимания на происходящее вокруг. А, нет, не совсем — какая-то пара косматых мужичков подсела к нему за стол, но поднявший взгляд от газеты бывалый сибирский вояка что-то негромко бросил, сверкнув глазами, и тех как ветром сдуло.
— Посиди пока за соседним столиком, — попросил я Алтынай. — У меня личный разговор с Владом.
Та без слов кивнула и пошла к длинной стойке, за которой разливали напитки. Тень же уходить и не подумала, и я, остановившись, поглядел на неё.
— Тебя это тоже касается.
Моего разума коснулась аккуратное послание, переданное мыслеречью:
— Я обязана знать всё о тех, кто окружает госпожу.
— Ты либо уйдешь сейчас добровольно, либо я выпну тебя как бездомную дворнягу своими силами, женщина, — пригрозил я. Причем вполне серьёзно. — Он мой друг, и я намерен обсудить то, что ни тебя, ни твою хозяйку ни в малейшей степени не касается. Успокой себя тем, что уже через день будешь знать, о чем речь. Так что сейчас — брысь из тени, не то худо будет.
На меня уже даже коситься начали — стоит, сам со своей тенью разговаривает… В мундире старшего лейтенанта и Мастерскими знаками отличия — уж не двинулся ли головой? Это ж даже опасно — а ну как начнет заклятьями швыряться?
Увидев, что у меня меж пальцев рук начали проскакивать крохотные разряды электричества, она всё же удалилась. Я же решительно шагнул к столу Приходько, уже меня заметившего.
— Здравствуй, Аристарх, — кивнул он мне, откладывая Вестник.
— Привет, — кивнул я.
— Насколько я понимаю, ты созрел для того, что бы позвать меня в свой отряд? — поинтересовался он с ухмылкой.
— Да, — не стал отрицать очевидное я. — И я помню твоё отношение к этому вопросу, а потому подготовился к нашему разговору. Выслушаешь?
— Отчего бы не послушать умного человека… Только, надеюсь, ты не будешь пытаться сулить мне золотые горы? Одними деньгами меня не заинтересовать.
— А как же «коплю детям на образование и стартовый капитал в жизни»? — поднял я бровь, не удержавшись от улыбки.
— Даже если я прямо завтра коней двину — им уже хватит, — пожал он плечами. — И обучение оплачено до самого конца, и открыты сберегательные счета на их имя, и имеются деньги на постоянные расходы на время учебы — мы с женой всю жизнь копили и вкладывались в это.
— Тогда не будем ходить вокруг да около. Единственное, что ты можешь оценить достаточно дорого, что бы пойти под мою руку — это шанс стать Мастером, верно? — взял я быка за рога. — И у тебя было время убедиться в том, что мне такое под силу.
— Ну, справки я о тебе, безусловно, навел, — не стал скрывать он. — Когда ты приехал в Александровск, в каком учебном полку числился, из-за чего сцепился с Игнатьевыми… Насчет последних, признаюсь, вышло узнать меньше всего — только то, что ты как-то особо унизительно надавал по заднице их наследнику, но думаю там корни истории поглубже. Но всё это ерунда и не мое дело — то дела твои, и в них я лезть без спросу не намерен, захочешь — сам расскажешь. Но вот один интересный факт я все же выяснил. Знаешь, какой?