Вернуть Боярство 3 (СИ)
Вот только дальше события развивались вскачь, вышибая её окончательно из душевного равновесия. Весь её натиск разбился о неподатливую оборону молодого чародея, умело комбинирующего заклинания. А ещё её неприятно удивила скорость и точность, с которой он сплетал и комбинировал сложные чары — быстрее балаганного фокусника, показывающего трюки с картами.
И даже гордость отряда Теней, особый Доспех Стихии, совмещенный с чарами вызова демона, совмещающий магию Теней и Демонологии, не сумел не то, что пронять сопляка — тот даже не прибегнул к собственному Доспеху! Кристина словно сошлась в бою не с едва вылупившимся Мастером-малолеткой, а матёрым боевым магом аналогичного ранга. А ведь она и алхимию использовала, и даже прибегла к магии своего артефактного жезла, который и обеспечивал её связь с Инфернальным Планом!
Удар, что пришелся по каналу связи с древней тварью, и последовавшая звуковая волна заставила поплыть её сознание от боли. А затем последовал и последний удар, поставивший в этой схватке точку — трёхцветная молния, напитанная маной до отказа, пробила её дрогнувший Доспех и ранила саму заклинательницу. Не будь на ней магических доспехов, возможно и убила бы… Хотя после всего произошедшего, Кристина готова была поклясться — даже этот удар был тщательно выверен и рассчитан так, что бы ни в коем случае не убить. Клятый малолетка провел весь бой исключительно по своему плану, и в итоге то, что должно было пройти как легкая демонстрация сил самоуверенному сопляку закончилось полным разгромом Тринадцатой.
Конечно, у неё ещё был кинжал. Могущественный боевой артефакт, он, без сомнения, мог полностью изменить ход боя — но тогда парень, скорее всего, просто погиб бы. Да и зарядов там было всего два… Не говоря уже о том, что было бы попросту стыдно прибегать к крайнему средству в такой пустяковой схватке. Хотя лёжа на земле и выблевывая кусочки своих внутренних органов и ощущая жуткую боль от ожогов, Кристина чувствовала прямо-таки нестерпимое желание его использовать. Но не стала…
— Я в порядке, госпожа, — через силу улыбнулась девушка Хельге. — Всё нормально…
— Да ты вся одна сплошная рана! — воскликнула девушка.
— Это лишь поверхностные царапины, — заверила она, сдерживая подступающий кашель и новый позыв рвоты. — Поверьте, через денек я буду как новенькая. А пока догоните парня — не зря же мы столько его здесь дожидались, верно? Пусть лучше мной займутся специалисты.
Покосившись на целителей Рода Кондратьевых, один из которых был даже Мастером, её хозяйка лишь вздохнула и согласилась, отправившись уговаривать самоуверенного щенка. Хотя… Положа руку на сердце, Кристина была вынуждена признать, что некоторые основания быть самоуверенным у него были. Даже хорошо, что помимо неё здесь ещё и Девятая — как-то спокойнее знать, что при госпоже имеется человек, точно способный справиться с Аристархом. Просто на всякий случай…
К счастью или нет, но Аристарх согласился. Вот только брошенную госпожой Хельгой в шутку фразу про «хоть всю твою роту» он почему-то воспринял всерьёз и потребовал именно этого. Едва от этой затеи отговорили… Вот только на том, что бы троица его друзей, его личный ученик (ученик, поди ж ты!) и его слуга, некая Алтынай, были при нем.
Что ж, к сожалению, Тринадцатая не была ни старшей среди охраны, ни вообще принимающим какие-либо решения в данном вопросе человеком, а потому ей оставалось лишь смириться. И она этому была даже немного рада — пусть голова болит у Девятой. А она будет той же, кем была всё это время — верной защитницей госпожи.
* * *Легко, не по погоде одетая Алтынай, в короткой, по колено, кожаной юбке и топе, оставляющим открытыми руки, плечи и живот девушки, прикрывая лишь внушительную грудь, неспешно, медленно двигалась под звучание барабанов, выводя сложный танец. Полностью погруженная в себя мара была сосредоточена и, несмотря на лёгкость и плавность движений её танца, сильно напряжена.
Крохотные синие искорки всё стремительнее и стремительнее бежали по молодому и сильному телу — от обнаженных ступней до до длинных, распущенных волос и кончиков пальцев рук. Звучание странной музыки всё набирало обороты, как и движения девушки, и вместе с ними проявлялось всё больше и больше искорок, постепенно сливающихся в пусть тонкие и короткие, но полноценные разряды.
Танец мары был прекрасен. Я, Хельга, Влад Приходько, Петя и Селезнев с Засульским молча, в отблесках вечернего костра наблюдали, как молодая женщина кружится все быстрее и быстрее, как все больше и больше сил освобождается и формируется в нечто, доселе невиданное, пожалуй, никем — полноценная техника усиления высочайшего уровня на основе моей силы начинало складываться в нечто отдаленно напоминающее Доспех Стихии. Никогда ещё полулюди вроде мар, оборотней, русалок и прочих не могли использовать даже отдаленно похожие чары, и Алтынай могла собой гордиться — она была первой. А учитывая источник её сил и нашу с ней связь, то и единственной, скорее всего. Сомневаюсь, что под этим небом ещё хоть раз образуется столь странный союз, скрепленный магией родом не из под этих звезд. Ведь я поделился с нею не просто силой, а полноценным, завершенным воплощением Великой Магии. Пусть и самой малой, базовой её частью…
Призрачный, почти незримый силуэт огромного волка, у которого пока были лишь сформированные из молний контуры, наконец более менее сформировался. Далеко до полноценного Мастерского Доспеха, да и свойства неизвестны — но лиха ль беда начало? Она лишь месяц работает над этими, составленными мною для неё чарами, и учитывая, что аура и каналы маны у её вида отличаются в худшую сторону от человеческих, она большой молодец. Однажды она сумеет призывать эту силу без долгих приготовлений и танца, нужных для того, что бы настроится и поймать правильную волну.
— Молодец, — негромко похвалил её я, подав знак прекратить бить в бубны и барабаны. — Ты умница, Алтынай! А теперь попробуй двигаться в нем!
Не открывая глаз покрытая потом молодая женщина кивнула и резко, одним движением сорвалась с места. Пара секунд, прыжок — и босые ступни уже прижаты к стволу дерева, а преображенные в острые костяные когти пальцы левой руки вонзились в прочное дерево, надежно фиксируя её в этой странной позе. Волчий силуэт, длиной в семь метров и около трёх в холке, чуть смазался и оплыл в движении, но тут же вновь обрел четкость, не собираясь рассыпаться.
— Ещё! — потребовал я с азартом. — Бегай, прыгай, действуй на пределе своих возможностей — и любой ценой удерживай заклинание!
Следующие десять минут мы наблюдали, как девушка на полную использует свои нечеловеческие скорость, гибкость и ловкость. Волчий силуэт при этом и не думал пропадать — с каждым мигом моя слуга всё увереннее осваивалась с новообретенными чарами. Я был доволен — мы ещё не приступали к основным испытаниям, но уже было ясно, что сила, скорость и физическая выносливость девушки при использовании этих чар повышались в разы. Пожалуй, в таком её состоянии я бы не решился выйти с ней на поединок — если использовать лишь технику усиления, разумеется, без остальных чар.
— А теперь я использую магию, и твоя задача — защититься, — наконец решил я заняться второй частью испытания. — Готова?
— Да, господин! — задорно ответила довольная собой мара и с легким вызовом поглядела мне в глаза. — Испытай меня!
Хельга слегка скривилась при этих словах — мою слугу госпожа Валге, откровенно говоря, недолюбливала. А учитывая, что сейчас от Алтынай расходились какие-то прямо-таки волны дикой, животной сексуальности — вспотевшая, но уверенно стоящая и дерзко улыбающаяся мара была великолепна — то понять её было не сложно. Не любят женщины, когда кто-то претендует на то, что бы быть привлекательнее их самих… Вон как Петя смотрит на мару — у паренька того и гляди слюнки закапают. А нет, вот уже по уголку губ потекли… Ну фу, засранец! Держал бы себя в руках!
Первый огненный шар я направил так, что бы в случае чего он прошел мимо. Но казавшийся до этого больше декоративным волк из синих молний без труда принял заклинание — а ведь это была атака уровня крепкого Адепта. Плотный сгусток пламени размером с человеческую голову должен был пролететь там, где никаких молний не было, между двумя, скажем так, формирующими его «линиями» — но наткнулся на нечто незримое и лопнул.