Трактир Пьяное сердце (СИ)
Мужчина наклонился ко мне, взял из руки вышеозначенное, принялся изучать.
— Так, с этим понятно, у вас впереди ещё три месяца оплаченной аренды, — кивнул он мне спустя пару минут.
— Совершенно верно! — я сжала руку Вильсы, надеясь, что она, послушав наш позитивный диалог, всё-таки отомрёт.
— Договор составлен на Порута Козелькевича… — начал мужчина.
— Он умер, вот свидетельство о смерти и документы о правопреемственности, — протянула ему ещё две бумаги.
— И кто из вас Эхтра Козелькевич? — он позволил себе толику ехидства, ведь ни одна из нас не тянула на пожилую женщину.
— Она лежит, скованная недугом, — отмерла, наконец, Вильса. — Я её дочь, Вильса Козелькевич, наследница…
Она запнулась.
— Заявление, как и доверенность, подписаны лично Эхтрой Козелькевич, что подтверждает правомерность нашего присутствия здесь, — вставила я.
А потом до меня дошло, что львиную долю терминов на нулонском языке, которые наговорила вчера, когда составляли заявление, и сегодня, попросту не могла знать. И, тем не менее… Как так?
Сама не заметила.
— Хм, — мужчина с куда большим интересом взглянул на меня.
Кажется, в его взгляде мелькнуло уважение?
Перечитав заявление, а также пробежавшись взглядом по доверенности, которую я сообразила состряпать буквально перед отъездом, он вздохнул.
— Форма не совсем правильная, — выдал он, ничуть меня не удивив.
Я и так понимала, что что-то в этом роде нас сегодня стопорнёт, но сдаваться не собиралась.
— А можно образец? — мило улыбнулась, мол, не откажет же он очаровательной девушке.
— Разумеется, более того, дозволяю вам написать его здесь, к вашему заявлению приписать лишь шапку обращения на имя градоправителя. Тогда я у вас всё приму.
А вот это было неожиданно!
Я-то приготовилась прокатиться сюда как минимум завтра, а тут такая удача! Впрочем, на всякий случай я планировала скопировать заявление по правильной форме, подписать его у Эхтры и завтра таки прикатить с ним, чтобы уж точно вогнать все гвозди в крышку гроба нечеловеческой алчности Жадора Бородатого.
Или как там его?
На самом деле разница в заявлениях была совсем небольшая. Порядок слов и парочка формулировок. Но лучше перебдеть, чем недобдеть.
Пока Вильса писала новое заявление (плюс копия для меня), клерк сделал заверенные копии документов (вручную!), оригиналы отдал нам. Нет, кажется, я была не права насчёт ленивцев. По крайней мере, этот мужчина работал быстро. Учитывая, что у него нет ксерокса, так вообще на грани фантастики.
Единственное, о чём он посетовал, что незаконные требования Жадора, а также его угрозы не имеют письменного подтверждения, только наши устные показания. Именно поэтому в следующий раз, когда назначат встречу сторон, потребуется присутствие Эхтры. Неважно, на своих двоих она придёт или её принесут нанятые грузчики.
М-да, жаль, что у них тут нет инвалидных кресел, придётся выкручиваться.
[1] Вот так и было. До сих пор помню ту учительницу и её малоприятный голос, ставивший ударение не на последний, а на первый слог моей фамилии. Настала её минута славы!
Глава 10. Тучи сгущаются
Ортос
Я лежал в летней кухне, где по вечерам так любит колдовать над варевом Наташа, и пристально изучал добытую бумажку. Никто, похоже, даже не заметил её исчезновение со стола.
Безалаберные девчонки, что с них взять?
Хорошо, что они считают меня эйронцем. Видимо, мой амулет с головой морского дракона сгинул в Таронском море, а сам я находился в таком состоянии, что подобная путаница вполне ожидаема. Ведь мы с ними одной крови.
Нет, это определённо славная новость!
Потому что ободранный эйронец — личность куда менее примечательная и подозрительная на Нулоне, нежели потерпевший кораблекрушение армариец. Надо бы обзавестись тёмным плащом с глубоким капюшоном, чтобы морду прикрыть, да только денег со мной нет. Помнится, в пояс были вшиты золотые монеты, но его несколько раз задели «пираты», когда мы бились на мечах, а в воде он окончательно слетел.
Лежит сейчас на дне морском и обрастает водорослями. Меч там же, я его не выпускал из рук до последнего.
Вообще, Крайлах наверняка уже где-то на подходе, ведь разрушение моих защитных амулетов он должен был почувствовать. Как-никак лично их создавал. Вопрос в другом: как быстро он соберёт корабль и приплывёт сюда? Ещё есть вероятность, что он воспользуется зеркалами перехода и доберётся до Нулона через острова с Источниками Материи…
Нет, вряд ли. Потому что тогда придётся общаться с главным магом Нулона и его правителем, объяснять причины столь срочного посещения континента, а операция у нас тайная.
Мы вообще подозреваем, что химеры добрались до самой верхушки местной власти. Нет, там светиться нельзя, значит корабль. А это около двух-трёх недель. Сколько я здесь пробыл? Драх его знает!
— Не спиш-шь? — юркая змейка теперь не рисковала залезать мне на грудь, ибо руки мои обрели подвижность и с каждым днём наливались силой.
Сейчас она взобралась на стул, который принесли сюда несколько дней назад.
— Да вот, думаю, что с этим делать? — я кивнул на бумажку в руке.
Слегка помятую, конечно, но всё, что там написано, вполне можно прочитать.
— От неё идёт з-сапах с-смерти. Не трупная вонь, а ч-што-то такое… — она задумалась, покачала головкой и продолжила: — Её пис-сали, думая о многих с-страданиях.
— Здесь описана часть работы с селекцией лонганны, — запнулся, мелькнула мысль, от которой стало нехорошо. — Ты не знаешь, этим фруктом можно отравить?
— Понятия не имею. — Змейка осмелела, заползла на кровать, пристроилась сбоку. — Я не ем эту гадос-сть, девоч-щки лучше знают.
— Кстати, а где Наташа? — утро прошло, завтрак, который она мне приносила, давно переварился.
— Ещ-щё не вернулас-сь из-с города, — Зика внимательно смотрела мне в глаза, явно пытаясь добраться до нутра. — Ты ведь уйдёш-шь, как только смож-шеш-шь?
Не стал щуриться, решил дать ей возможность заглянуть внутрь себя. Пусть знает, какой я неприглядный.
— Для всех так будет только лучше. — Снова взглянул на лист, нахмурился. — А вот это нужно обязательно проверить, чую, дело может иметь серьёзные последствия. Для многих.
В том числе и для армарийцев, но вслух я это договаривать не стал.
— А ес-сли мы з-саключ-щим с-сделку? — Змейка аж приподнялась от волнения. — Я помогу раз-собратьс-ся с бумаш-шкой, а ты присмотриш-шь з-са моими девоч-щками.
— Боюсь, я могу увлечься, — многозначительно хмыкнул, вспоминая, как прелестна фигурка Наташи, как нежна её кожа, как трогателен румянец на щеках. — Нет, сам разберусь, когда поправлюсь.
Мало ли, вдруг змея попадётся, а я пока слабый? К тому же один. Нет, ничего без Крайлаха затевать нельзя, слишком опасно.
— Какие вы, муж-шики вс-сё-таки балбес-сы, — протянула Зика разочарованно. — Ну леж-ши дальш-ше, грей бока…
Она скользнула к выходу, всем своим видом показывая, как не довольна моим ответом. Не знаю, как у неё это получилось, но я почувствовал.
— Меня этим не проймёшь, чешуйчатая, — хмыкнул я, когда та почти скрылась за дверью.
Ответом мне было недовольное шипение и мелькнувший на мгновение раздвоенный язычок.
Пусть сколько хочет шипит, с девами я точно ничего делать не буду. Точнее, впутывать их в опасные дела, у них своих забот хватает: сыры наварить, постояльцев накормить, заявления в ратушу возить. Скоро прибудет Крайлах, найдёт меня с помощью магического поиска по крови (склянка с образцом у него имеется) и тогда-то мы всё сделаем сами. Нет, конечно, змейка была бы отличным разведчиком, но… Я привык полагаться только на себя и того, кого хорошо знаю, в чьих возможностях полностью уверен.
У нас будет магия.
И некоторые связи, которые передал мне Урлух — дальний родственник братьев-королей и заядлый путешественник. Уж у него друзья-приятели есть в каждом порту. Мы и так всё сделаем, не впутывая никого постороннего и… слишком хрупкого.