Оборона дурацкого замка. Том 3 (СИ)
— Предсказание? — С придыханием спросил ее попаданец.
— Пф-ф. Ты начал мнить о себе слишком много! Нет, предсказания у меня получаются только после… Не важно. Это просто мои выводы, которые Богиня или местные духи решили дополнить.
— Но я почти ничего не понял. Слишком много иносказаний и намеков! — Более эмоционально, чем позволяло его положение, воскликнул Стас.
— Ты же умеешь их разгадывать, — Насмешливо покосилась на него Мяо. Девушка окончательно уверилась в том, что не выболтала ничего крамольного, поэтому снова повеселела, — Вот тебе хороший шанс доказать свой ум. В конце-концов, откровения свыше никогда не даются просто так. Хотя без них тебе, возможно, могло быть куда проще.
— Вы догадываетесь, что именно сказали, верно, Ба нюй ши? — Убитым голосом спросил ее Стас. Вот кто просил местных Иисусов вмешиваться в нормальный (ну почти) диалог. Хорошо же начинали, чтоб этих неведомых доброхотов призвали на доску спиритизма, а потом кинули ее в коллайдер! На молекулы поганцев, на молекулы!
— Знаю почти наверняка, — С легким злорадством пожала плечами его собеседница. Не любила она спонтанных вмешательств, пусть и научилась их терпеть и смирилась с внезапностью, — Это всего лишь переделка легенды на местный лад и без недостижимых подробностей. Не знаю, считать ли тебе это вмешательство везением или, наоборот, неудачей, но постарайся выжить. И обязательно расскажи потом, что именно я тебе выдала, как ты это понял и что получилось в итоге! — Снова энтузиазм исследователя в мягком, совсем не боевом голоске.
— Так и сделаю, госпожа. Если выживу, — Он все же не сдержал своего вздоха.
— Ах да, тебя же пошлют в бой. Может ударить тебя? День-другой ты сможешь ходить разве что под себя. Нет, подумают, что ты меня оскорбил и еще добавят. Хорошо, пойдем другим путем. Ты вроде говорил, что у тебя сломалось оружие? Ну, та палка с железным каштаном. Это ведь такими штуками черноногие обивают колосья пшеницы?
— Они обивают их цепом, Ба нюй ши. А у меня был кистень. Им черноногие охаживают торговцев или случайных прохожих по ночам, — С легкой иронией, скрытой под уважительными интонациями ответил ей Стас.
— Забавно. Но я не об этом. Тебе ведь нужна, м-м-м, веревка или лента или платок, чтобы сделать свою… Что бы ты ни хотел там сделать.
— Да, госпожа, нужна, — Стас все еще не понимал, к чему она ведет. А его визави вдруг слегка сдвинула рукав, обнажив холеное белое запястье, и принялась отвязывать с предплечья одну из широких полос, которые покрывали руку девушки на манер бинтов.
— Держи, — Она после секундного раздумья все же сняла отвязанную ткань и высокомерно бросила опешевшему попаданцу длинную, не менее двух метров в длину, алую ленту, — Теперь тебе будет, чем привязать свой цеп к палке. Этот материал хорошо проводит Ци и точно не порвется от твоей слабой энергии. К тому же, она сама по себе прочная и хлесткая.
— Этот смиренный страж глубоко благодарен доброй госпоже…
— Ладно-ладно, — Прервала его восхваления оттаявшая и подобревшая девушка. Не зря говорят, что подарок чаще всего бывает приятнее самому дарителю, — Пользуйся с умом. И лучше сверни его вдвое обратной стороной. Изнутри он выглядит невзрачно, для большей прочности. А то я слышала, что у вас убивают за мин серебра или даже за мешок риса с одной-единственной курицей.
"Ага, у нас за горсть риса и перья от той курицы родную мать продадут еще и платочком помашут на прощание. А за серебро еще и отца из могилы выкопают, со всеми почившими родственниками. Но за подарок — огромное мерси. Эх, а я еще клял себя, что прихожу тупо посмотреть на красавицу и трачу время на глупые мечтания. Ха! Вот вам практическая польза, ко всей уже имеющейся. Так что шел бы ты, внутренний голос, все российские железные дороги тебе в узкоколейку, на три веселых буквы. Что ни говори, а быть оптимистом не только приятно, но еще и выгодно!".
— Убивают, госпожа, вы правы, — Согласился с ней Стас. Потому что правда. Гипотетическая, так как мешок риса да еще с целой курицей имелся разве что у господина распорядителя, а с ним не забалуешь. Он потом незадачливых воров или налетчиков сам использует. И вместо куриц, и вместо петухов. А их останки еще приспособит на удобрения. Как раз для риса.
— Все, мне пора. Собрание уже должно закончится. Удачи, — Легко помахала она рукой, а потом исчезла в излюбленной манере культиваторов — спрыгнув вниз с помощью слишком высокой для человеческого восприятия скорости.
Сам же Стас так и остался сидеть на краю крыши с пухнущей от новых знаний и проблем головой, а также покоящейся на вытянутых ладонях алой лентой, от которой все еще шел легкий запах благовоний юной девы.
Глава 3
В казарме горел ровный, непривычно яркий свет сразу двух факелов. После угрюмой темноты ночи с исчезающей луной и скрытыми мглой звездами, огонь казался Стасу ослепительным. Очень странное и непривычное зрелище для помещения, которое раньше освещал разве что неровный свет одной или двух маленьких лучин, а то и вовсе парочка случайно найденных гнилушек. Что-то явно произошло, и произошло непредвиденное.
"Например, чертово лунное затмение, Коперника вам по Галилею через Джордано Бруно".
Спустившись в казарму, Стас увидел там всех оставшихся на ногах сокомандников, которые обступили взмыленного десятника с небольшим холщовым мешком в руках. Его заполошный взгляд метался по стоящим перед ним безмолвным фигурам, словно ища кого-то и не находя. Только заметив Стаса, Акургаль смог облегченно выдохнуть и сделать знак, чтобы тот присоединился к строю перед ним.
— Ну хватит уже тянуть, господин десятник! Что сказал вам Чжэнь лао сянь-шен? — Кань разве что не прыгал от нетерпения, тогда как остальные люди выглядели бледными, трясущимися копиями самих себя. Эйфория от выживания давно успела схлынуть, а суеверия безлунной ночи — взять верх над более приземленными страхами.
Стас был почти уверен: Вань успел вспомнить и рассказать самую полную и безысходную версию легенды об исходе лунной Богини, какую только смог найти. Вон, стоит, довольно щурится. Это объясняло и бледность остальных (хотя тот же Уру мог бы и не трястись так сильно от стариковских баек), и пофигизм Каня. Тот привычно пропустил мимо ушей все отцовские истории, вне зависимости от степени их интересности, жуткости или правдоподобности.
"Блин, Вань, ну какого Ганнибала Лектера ты сейчас вытворяешь? Совсем стыд потерял? Взял и разложил мне мораль коллектива. Дорвался, блин, до человеческого внимания. Хлебом не корми, дай только поведать очередную легенду. К месту и не к месту. Прочитал лекцию про спидорак ипохондрикам с подозрениями и радуется, чудак-человек. А это они еще не в курсе, что демоны вполне могут напасть на нас в эту ночь. Эх, мне бы сейчас нормальное оружие против них, хотя бы тот взвар из бамбуковой колючки. Но вместо этого, на меня вывалили мифы и легенды древней… чего? Аркада? Империи? Да не важно".
— Поверь мне, ты не захочешь знать о том, что мне поручили донести до личного состава, — Как-то совсем уж по-человечески, без малейшего налета строевого деспотизма вздохнул Акургаль, — Ладно, все равно не избежать. Начну по порядку.
Вопреки своим словам, десятник отнюдь не спешил поделиться сведениями или донести ЦУ от своих начальников собственным подчиненным. Он еще раз душераздирающе вздохнул, обвел остальных томным взглядом из-под жиденьких бровей… С такой специфической внешностью, казалось, что Акургаль сейчас запричитает по-русски (ох-хо-хо-хохонюшки), кликнет попадью да пойдет ставить самовар для чая с баранками. Ну так, утешиться. Вот только вместо таких милых сердцу попаданца благоглупостей, десятник молча пнул довольно увесистый мешок рядом со своими ногами.
— Разбирайте. Я только что от господина распорядителя. Здесь несколько гнилушек, запасные наконечники на копья, железные пули для Каня, а также несколько деревяшек Саргону на выбор.