Оборона дурацкого замка. Том 3 (СИ)

— Тут одна рука с большим щупальцем, а другая с кучей мелких. Что это может значить?
Обсуждение пошло по выбранному курсу. Ничего путного люди не предложили, но, благодаря Стасу, разговор быстро свернул на саму возможность. Стали думать, не к кому конкретно они могут присосаться, а к кому, наоборот, не могут. А потом члены отряда сами накидали все варианты опасных носителей паразитов, включая лесных животных, умерших защитников Форта, а также другие, не менее странные гипотезы. Вплоть до присасывания к деревьям. После воображения армии энтов-зомби Стасу резко поплохело и самоустранился от обсуждения.
— Эх, и что мы будем делать, Акургаль? — После стольких блужданий, а также выяснения силы противника, настроение у отряда окончательно стало похоронным.
— Сражаться, как и всегда! — Рявкнул разозленный десятник.
— Молчать! — Оборвал их куратор, когда впереди показались знакомые врата Северной стены. Однако затем все же соизволил дать несколько пояснений, — Значит так. Волна будет либо завтра, либо послезавтра. Меня можете не ждать, трусы: я буду уничтожать угрозу со стороны Вала. Напомню, что у вашего никчемного отряда довольно высокий участок стены, а эти паразиты вряд ли смогут нормально по нему лезть.
Я считаю, что данный уровень угрозы вполне по силам даже такому сборищу тунеядствующих слабоумных инвалидов, как вы. И только попробуйте облажаться или допустить высокие потери: я сгною выживших на таких тренировках, что вы пройдете на Небеса раньше любых практиков! — Снова сбился на шипение куратор.
— Это хорошо, только чем мне воевать? Мой кистень пал в неравной схватке с той чернильной хтонью, — Пробормотал попаданец себе под нос.
— Я лично пришлю тебе новый, — После долгого молчания отозвался Ксин.
"ЙЕС!" — Мысленно возопил Стас, — "Ачивка получена! Теперь осталось только поговорить с Ба Мяо и у меня будет нормальный кистень. А с ним мне сам черт не брат: смогу выцарапать победу даже без лунной Ци. Хотя и не хотелось бы", — Помрачнел он, — "С таким раскладом без смертей точно не обойдется. Даже если не брать в расчет мои чувства — каждая новая гибель бойца сейчас — снижает шансы для отражения будущих волн".
В этот раз он не стал долго задерживаться рядом с Юншэном или своей койкой. Смысла лазать в системе практически не было, а другу до волны все равно не помочь. Даже овладей Стас лунной Ци прямо сейчас, что сейчас казалось ему все менее и менее реальным. И это понимание собственной слабости и ограниченности перед лицом тяжелой волны вгоняло его в тоску.
Товарищи, между тем, пошли далеко не на отдых. К несказанному удивлению Стаса, они всей дружной толпой направились на тренировочную площадку и принялись закреплять правильное исполнение навыков. То самое, которое продемонстрировали во время атаки на Придворного.
"Момент вдохновения однозначно стоило закрепить. Тут они молодцы. Удивлен, правда, что каждый из них сделал это без какого-либо понукания", — Покачал головой Стас, пока наблюдал, как его соратники в обалдении играются с новыми способностями, — "Впрочем, я зря радуюсь их сознательности. Здесь скорее энтузиазм ребенка с новой игрушкой, чем вдумчивая взрослая позиция. Ладно, хотя бы так…"
Он грустно улыбнулся, глядя на своих товарищей. Каждый из них излучал незамутненную радость. Они все любили становится сильнее. В конце-концов, Насыпь и Придворный избавили их от остатков иллюзий и задранных носов после победы над хорнами и их вождем-культиватором. Сила необходима для выживания, она притягательна, особенно после демонстрации боя Императорского Гвардейца, она дает власть и возможности.
Плюс, Саргон и сам не подозревал, насколько его пример вдохновлял и подстегивал остальных. Сильный, умный, находчивый, неунывающий и удачливый — именно таким его считали соратники. Со своим негативом и чувством меры, правда, но личность их молодого сотоварища являлась серьезным стимулом сама по себе.
А сегодня звезды сошлись на всех мотивах сразу. И у каждого получилось. Получилось освоить или улучшить навыки, помочь в бою, в том числе немного поддержать куратора в битве с неодолимым для остальных монстром. Поэтому даже потускневшие в последние дни глаза Ма вспыхивали ониксовым блеском, когда он брал копье в руки.
 
Абсолютно безликое, наспех сделанное оружие пехотинца теперь обрело индивидуальность в его чутких, привыкших к тонкой работе пальцах. Он радовался, как радовались и остальные новобранцы. Кань постоянно крутил пращей, пытался стрелять еще быстрее, при этом не теряя точности. Камей вошел в раж, махал копьем как оглоблей, но багровое свечение от древка с наконечником не давало считать это просто блажью или придурью. Уру и Вань соревновались в скорости и точности атак. Им ничуть не мешало разное оружие и возраст. Попутно они вдвоем обсуждали какую-то жутко замороченную легенду.
"Похоже, именно после этих споров у отряда и появляется такое негативное настроение. Усталость после тренировок, легенда про безлунную ночь, а также скорое нашествие демонов. Немудрено, что я через час своего ковыряния в системе раз за разом находил их подавленными, а не воодушевленными, как сейчас".
— У меня будет к тебе небольшая просьба, — Обратился Стас к Каню, когда тот окончательно выбился из сил и с неохотой побрел к выходу из казармы.
— Просьба? — Опустошенность на лице и в голосе уступила место любопытству.
— Да, слушай, что надо сделать…
— Эх, Сянь справился бы с этим лучше, — Слегка загрустил мальчишка, но все же кивнул своему сверстнику, — Я сделаю это. три или четыре кэ, не дольше.
— Рассчитываю на тебя, — Улыбнулся Стас, — Как ты думаешь, Камей знает, где искать песок?
— Почему именно он? Если тебе нужен песок, то узнай у отца!
— Потому что он такой старый, что из него песок сыплется? — Удивленно спросил Саргон. Кажется, в этом мире еще не появилось похожего выражения. Судя по заливистому смеху Каня — тот имел в виду другое.
— Хах, да нет же! То есть да, ты смешно придумал про дедов, но мой папка иногда таскает себе песок. На пол в северной части казармы он его навалил, пусть и тонким слоем. Чтобы черкать на нем всякие закорючки, — Предвосхитил вопрос Кань.
— Тогда попрошу его помочь.
— Думаешь, понадобится? — Посерьезнел подросток.
— Даже раньше, чем ты думаешь. Но мы справимся, — Грустно кивнул Стас, попытался одобряюще улыбнуться приятелю, после чего быстренько отвернулся. Ему все еще становилось не по себе от взгляда на Каня вблизи. Смерть друга в одном из прошлых циклов слишком хорошо отложилась в памяти.
"Смогу ли я вообще когда-нибудь избавиться от последствий своих неудачных решений? Или однажды сойду с ума, перестану отличать петлю от реальности? Не проще ли тогда вообще ни к кому не привязываться, стать одним из мамкиных циников, которых было полно в интернете?
Нет, так нельзя. Если превращусь в очередного ублюдка, то чем я в принципе буду отличаться от демонов? Или от Фенга с Ксином? Я стану еще хуже, чем эти двое, потому что их поступки шли на высшее благо, как бы напыщенно это не прозвучало. Но и жертвовать людьми во имя высшей цели я тоже не хочу. Как и спасать ради какой-то выгоды или славы.
Делай добро и бросай его в воду. Люди не любят быть обязанными, а именно это и подразумевает внезапная помощь. Поэтому я ничего не буду ждать. И я буду следовать именно такому принципу. Плюс триады. Не верь, не бойся, не проси — да. Однако есть ещё пара слов — не будь подлецом, не будь равнодушным, не будь предателем. Две триады, шесть строк моих сжатых принципов. Надо же, как мало в себе вмещает человеческая личность", — Грустно думал он, пока поднимался на крышу казармы.
"И почему мне кажется, что у меня ничего не выйдет с медитацией и лунным светом? Зря только ковырялся в этой дурацкой "справке", пока плелся к казарме и следил за остальными", — Вздохнул Стас на полпути к крыше. А потом и вовсе замер, пробежался еще раз глазами по равнодушным строчкам электронных чернил.