Оборона дурацкого замка. Том 3 (СИ)
Стас ворвался в толпу, словно лиса в курятник. Он специально выбрал группку демонов, которую еще не успели атаковать практики под руководством Сюэли Фенга. Бурлящая в жилах энергия требовала выхода. Страж Форта замахал кистенем прямо в толпе слабых, одурманенных демонов-паразитов, которые никак не могли привыкнуть к своим ощущениям.
Кто-то из врагов уже перестал кататься по земле или выть на несуществующую луну, попытался убить Стаса в ответ. Вот только твари из нынешней волны действительно казались слабее хорнов в прямом столкновении, без носителей, которых они могли бросить в первые ряды или прикрыться их телами от чужой атаки.
Стас старательно давил в себе чувство куража. Каждая битва должна была возвышать его, делать сильнее или, хотя бы, служить отработкой для навыков. Поэтому он и не думал использовать "Падающую звезду", хоть новобранцу и хотелось посмотреть, что будет, если зарядить ей в толпу перед собой. Потеря оружия того не стоила.
Поэтому он первым делом опять разделил свои сознания. Поставил отдельно инстинкты и отдельно наблюдателя. И лишь затем обратил внимание на третью субличность, куда более примитивную, чем любая из первых двух. Субличность "Колоды карт". Поначалу, примитивное сознание тела, которое сражалось на одних инстинктах, никак не хотело взаимодействовать с новой способностью.
Стас почему-то применял прыжки, когда навык говорил пригнуться к земле, делал авантюрные выпады, уклонялся в самую последнюю секунду, когда зубы уже щелкали у самого тела или даже задевали одежду. Игнорировал все подсказки нового умения под эйфорией перенасыщения чужой Ци.
И все же Стас попытался направить эту свою сторону на верный путь. В конце-концов, он помнил, что случилось с Канем после нескольких неопасных на вид ран, поэтому не хотел себе такого же повторения и попытался исправить ситуацию.
Рывок вперед, удар шипастым железным шаром наносит паразиту глубокую рану на виске, однако тот еще жив. Тянется своими зубами-пилами к незащищенному запястью врага. Стас успевает отпрянуть, закручивает цепь вокруг визжащего на земле демона, ломает ему шею в пару движений, чтобы затем вновь уклониться от очередного выпада.
Демон перед ним слаб. Неуверенные атаки, шаткая поступь. Однако и сам Стас больше не владеет ни напитанным Ци предметом, ни, тем более, лентой Ба Мяо и шаром из ртутного металла. Головы демонов и нежити больше не взрываются от проведенной вскользь атаки, их конечности не начинают гнить от прикосновения.
Из-за этого бой идет тяжело, куда тяжелее, чем в прошлый раз, несмотря на разрушительные для демонов последствия ритуала. Лишь один из десяти врагов способен нормально сражаться, и еще столько же могут оказать хоть какое-то сопротивление. Остальных либо зациклило на прошлых действиях, поэтому они никак не реагируют на угрозу. Либо они впали в разные степени экзальтации с замиранием на месте, дикими криками, бестолковыми рывками или ползанием по земле.
Да, бой идет тяжело, вот только Стасу даже нравится эта тяжесть. Он все больше и больше привыкает к новым навыкам, к более тонким рефлексам, которые появились из-за новых рангов некоторых эффектов и способностей. Он все чаще и эффективнее пользуется стойками Люхэбафацюань, начинает предугадывать атаки противника.
В какой-то момент Стас и сам не заметил, как стал контролировать определенную часть пространства вокруг себя. Замечать атаку сразу, как только она вошла в определенную зону, избегать ударов из слепого пятна, бить на опережение.
Гора трупов вокруг него все росла и ширилась. Зубастые пасти били со всех сторон, проникали между живых и мертвых соратников, возникали словно бы из ниоткуда с присущей только рептилиям и насекомым запредельной ловкостью. Но Стас все продолжал свой танец смерти. Все быстрее и быстрее мелькала "Колода карт", тасовала его навыки, задавала нужное мышечное усилие и направление импульса. Нет, она не повысила ранг. Всего лишь приспосабливалась к конкретному пользователю.
А тот и сам учился применять ее: прямо во время боя стал слегка изменять, дорабатывать вбитые в подкорку переходы вместе с целыми стойками комплекса, устранять мелкие недочеты, которые допустил его учитель Акургаль, подстраивать движения под собственную уникальную анатомию, дорабатывать сырые элементы, которые он открыл позже или придумал с нуля сам, после повышения навыка.
Все это казалось возможным благодаря кипящей в жилах странной Ци от темной Богини и специального массива. Нингаль щедро делилась энергией на все его движения и авантюры. Какими бы затратными они не казались. Его мышцы никогда не чувствовали себя такими сильными, их никогда так быстро и качественно не наполняли кислородом, они никогда не выдавали настолько быструю реакцию на нервные импульсы, не сокращались так быстро в связке "стимул мозга — реакция тела".
Сознание не отставало от тела, реагировало быстрее любого другого раза, рефлексы действовали так, словно он отрабатывал их месяцы, а не дни или вовсе часы, тонкие каналы и даньтянь чувствовались как никогда четко, а испачканный кровью знак Богини истончал собственную энергию. Она сливалась с вытекающей из Стаса Ци, которая изливалась из кожных пор, как во время техники передачи Ци, но куда более свободно, масштабно и структурировано.
От смешения энергий тело новобранца светилось, будто покрытое цветочной пыльцой или люминесцентной краской. Он потерял счет зубам тварей, которые прошли вскользь по его телу, но так и не смогли пробить кожу из-за этой загадочной дымки. Единственный проведенный демоном прямой укус все же достиг цели, пробил предплечье Стаса, оставил там глубокую рану. Его тело моментально потеряло значительную часть своего блеска, однако остатки похожей на пар энергии втянулись в пораженный участок, быстро остановили кровь и подтянули края поврежденной кожи.
Стас заорал, ударил своего противника кистенем. Тот мотнул головой, однако и не думал умирать от удара примитивным оружием. Пришлось повторить это действо во второй, третий и даже четвертый раз, прежде чем его противник свалился ему под ноги к своим павшим соплеменникам.
Попаданец вздохнул и огляделся. Вокруг него то тут, то там валялись трупы монстров. Культиваторы все еще сражались где-то впереди. Не то добивали "веревочных" демонов, не то просто старались причинить напоследок как можно больше урона. Честно говоря, ему было все равно. Стас понял, что слишком устал. Что больше не осталось ни грамма той тяжелой, но очень насыщенной энергии, которая питала его весь бой. Что медленно окружающие его паразиты практически полностью оправились от эффекта ритуала, а сразу дюжину тварей он не смог бы убить даже на пике той странной силы-вдохновения.
Он едва сумел увернуться от выпада ближайшей твари, с остервенением махнул зажатой в руках палкой… И понял, что потерял свое оружие задолго до своей последней жертвы. Того демона он убил одним древком, а сейчас не может пользоваться даже им: измочаленная верхушка и трещины в той части, где его пальцы касались деревяшки, показывали всю бесполезность подобного оружия.
— Гунцзы!!! — Напряженно закричал он, внутренне готовый, что никто не откликнется. Что его бросили здесь умирать, как только он выполнил свою задачу. Однако нет: Стас увидел, как четыре фигуры мчатся к нему прямо сквозь звереющих демонов. Он не успел обрадоваться своей удаче, как одна из фигур слегка отстала от остальных, схватилась с вцепившимся в него живым трупом с наездником. На воина моментально накинулась целая толпа и он почти сразу оказался погребен под грудой тел.
— Беги, Саргон! — Крикнул ему Ксин, — Беги внутрь массива.
Стас ожидал другого, но послушно побежал, однако демоны все равно настигли его и почти окружили. Фенг, Ксин и единственный оставшийся в живых боец поддержки остановились неподалеку, на границе проведенного ритуала. Несколько дальнобойных техник расчистили дорогу, поэтому туда же кое-как смог забежать и сам попаданец. Мужчины сгрудились на крохотном пятачке, а прибывающая масса демонов подбиралась все ближе и ближе, обтекала круг со всех сторон.