Чтобы быть ближе к тебе (СИ)

Диана же, казалось, жила совершенно на другой планете. Она была не в курсе о том, что эта женщина почти караулит ее мужа и практически всегда находится рядом. И однажды, когда она зашла в их в общий кабинет, застала мужа, разговаривающего на повышенных тонах с… Верой? Он стоял к ней спиной у окна просторной комнаты, и плечи его были так напряжены, словно он собирался в бой.
— Я работаю, Вера. Мне сейчас некогда. Может завтра.
Диана застыла, переминаясь с ноги на ногу, не найдя в себе силы пойти назад, понимая, с кем говорит Таир. Ее муж, словно чувствуя ее присутствие, повернулся, недобро сверкнув глазами, безмолвно приказывая ей уйти. Но Диана не двинулась с места, внимательно разглядывая его. Видя ее нерешительность и чуть отдалив телефон от уха, он ровным голосом сказал:
— Ты не могла бы выйти?
Он собирался продолжить с ней разговор? И что это было насчет завтра? Диана не знала наверняка, но, будто очнувшись, вошла внутрь, чтобы собрать компьютер и уйти к себе.
— Диана! Выйди, пожалуйста.
— Мне нужен мой компьютер, — спокойно сказала она, пытаясь справиться с дрожью в руках. Таир, разозлившись окончательно, сам вышел из кабинета, сильно хлопнув дверью, оставляя Диану в растерянности и одиночестве. Она опустилась на кресло обессиленная, чувствуя ужасную дрожь в руках. Понимая, что Таир вовсе ушел из дома, встала и открыла окна, пытаясь вернуть дыхание. Глубоко задышав, она почувствовала, как горькие слезы потекли по холодной коже и быстро смахнула их, не сдерживая горький всхлип.
После этого случая в Диане что-то разбилось и одновременно восстановилось.
С того дня, как он практически выгнал её из кабинета, она ни разу не заходила туда и ничего ему не предлагала. Диана просто собрала все свои вещи и перенесла в свою спальню, окончательно решив больше не сталкиваться с Таиром даже дома. Если раньше она и могла что-то заказать или увезти с собой домой поесть, то теперь она ела исключительно вне дома, и даже легкие завтраки предпочитала есть в одиночестве, недалеко от офиса. Их совместный с Таиром дом превратился для нее в настоящую тюрьму, где она проводила свои беспокойные ночи, рано вставая утром, чтобы не встретиться с ним. Если на работе она могла улыбнуться коллегам и даже расслабленно побеседовать с ними, в том числе и с молодыми мужчинами, то с ним она была предельно напряжена и сдержана, старательно избегая прямого контакта глазами; а при любой необходимости в тактильном контакте — когда приходилось отдать ему что-то в руки, например, папку — смотрела в сторону любого другого предмета, лишь бы не на мужа, и держала вещь так, будто бы она была чем-то заражена. Раз предприняв попытку наладить с ним отношения и потерпев неудачу встречаясь с его грубостью, Диана превратилась в холодную льдинку.
Сам Таир заметил это нескоро. Почти всегда в раздумьях, в один день он остановился в середине их общего кабинета, с удивлением отметив, что книжные полки Дианы и ее рабочий стол пустуют, и судя по всему, пустовали уже довольно долго. Из своих вещей, в этой комнате, она ничего не оставила. Крутя в голове причины такого поступка, он мысленно вернулся в тот день, когда Вера окончательно вывела его из себя. И, вспоминая об этом, собственный поступок теперь казался ему глупостью. Он ведь задел в ней что-то, из-за чего она даже не взглянула в его сторону, когда они находились на одной территории.
Однажды, войдя в её кабинет как обычно без спроса, он увидел своего юриста, обсуждавшего с Дианой одно дело, которое по мнению Таира было лёгким, но парнишка по несколько раз задавал одни и те же вопросы, зачарованно смотря на Диану. В такие моменты она была живая, активная и общительная. Когда, наконец, молодой юрист ушел, Диану словно подменили. Она опустилась на свое кресло, смотря в телефон.
— Что-то нужно, Таир?
При его имени она немного замялась. И Таир подумал, что, возможно, не так хорошо видит Диану, как ему это кажется. Словно он что-то упускает из виду или старательно игнорирует.
— Диана?
 
— Да?
— Посмотри на меня.
Уловив его явно приказной тон, Диана удивлённо подняла глаза. Таир несколько секунд тяжело уставился на неё, отмечая её явное недовольство и… обиду?
— Я чем-то тебя обидел? — Прямо спросил он.
Диана приподняла брови, словно никак не ожидала этого вопроса и удивилась, что он не насмехался над ней. Будто думала, что он никогда не поймет, что действительно сделал что-то не так.
— Нет, с чего ты взял?
— Я вижу изменения в тебе. И они говорят мне об обратном.
— Возможно, и есть, — спокойно кивнула Диана. — Но не из-за того, что я чем-то обижена. Просто поняла, что ты не любишь, когда вторгаются на твою территорию.
И из-за этого она решила отказаться от кабинета, который сама и обставила?
— И как ты это поняла, позволь узнать?
Его сухой тон никак не тронул ее.
— В тот день, когда решила, что мы сможем общаться как нормальные люди.
Напряжение между ними стало почти осязаемым. И Таир мысленно грубо выругался, пройдя зубами по нижней губе. Хорошо, что успел взять себя под контроль и лишь сглотнул.
— В тот день я был не в настроении и у меня был неудачный день. Из-за этого не стоит…
Он когда-то думал, что Диана может быть мягкой? Как он мог так заблуждаться? Его жена резко сменила взгляд, открыто выражая раздражение.
— Да, я понимаю, Аванесов. Но я передумала. Я буду держаться далеко от твоей границы и никогда больше так не ошибусь.
— Что ты имеешь ввиду? — потеряв всякий контроль, чуть поднял голос Таир.
— Мне нравится тот порядок, что сейчас есть между нами. Я не вторгаюсь в твою жизнь, а ты — в мою. В чём проблема? Разве не этого ты хотел?
— Перед людьми мы муж и жена, — словно выплюнув, сказал он. — Будь добра хотя бы сохранить этикет, когда я рядом.
— Только если ты сам так сделаешь, — не отставала Диана, разозлившись не на шутку. — Ты думаешь, при виде тебя я улыбнусь как дурочка и все подумают, будто бы мы счастливая семейная пара? Ты видел собственное лицо на фотографиях со свадьбы? Я согласилась стать твоим партнером, а не девочкой на привязи. Если ты не знал, то спешу тебе сообщить, что у меня есть мозги и гордость, и бегать за тобой при всех я больше не собираюсь.
Наверно, она хотела ещё что-то добавить, потому что её лицо разочарованно скривилось, когда услышала, как кто-то стучит.
— Диана? — приоткрыл дверь один из работников, — ты не забыла? У нас встреча в три.
Диана вздохнула, словно пытаясь совладать с собой.
— Да, я помню. Спасибо.
Парень видимо не собирался уходить, почему-то пристально всматриваясь в Таира. Тот, словно ощущая его взгляд, поднял глаза, и коллега, спокойно кивнув Диане, ушел. Повисло тяжелое молчание, в котором Диана думала, обхватив голову руками, наклоняя лицо к столу.
— Давай разведемся, — тихо сказала она, открывая лицо и отвернув взгляд от него, — я так больше не могу. Не хочу, Таир. Никудышное из меня вышло прикрытие. Но жить так — уже не хочу.
— В чем проблема? — так же тихо спросил Таир, пытаясь ее понять. Но когда Диана подняла взгляд на него, к нему словно медленно пришло осознание, потому что боль, что едва уловимо отражалась в ее глазах, не могла означать другое. Таира словно сильно ударили и он чуть не отшатнулся от этого, губы его распахнулись в удивлении, будто бы он увидел ее такой впервые и узнал то, что не должен был.
— Только не говори… — уже холоднее начал он, как она сразу перебила.
— Что я влюбилась в тебя? — Диана покачала головой, грустно улыбаясь. — Не волнуйся, я не стану твоей второй головной болью, — встала с места, снова избегая его взгляда. — Подумай об этом. Тебе тоже сложно, я это понимаю. Но это уже… уже слишком.
«Слишком больно».
Уйдя, она оставила мужа одного, и Таир не спешил уходить из ее кабинета, устало усевшись на ее кресло. На ее столе всегда был порядок. Даже обычная ручка стояла на своем месте, чему он усмехнулся, в раздумьях перебирая ее записки. Как ни странно, Диана записывала даже его встречи: те, в которых она не принимала участие. У нее в календаре было все, что касалось его. Наверное, она и правда старалась стать к нему ближе, а он ее лишь оттолкнул своим безразличием.