Поехали! Часть первая

-Поехали! – прокричали девчушки.
Водитель повернулся и, улыбнувшись, гуднул клаксоном.
И в а н о в н а.
Бабуля плакала. Слезы просто катились по морщинистым щекам, и она даже не пыталась их утирать. Обида давила сердце.
-За что? За что так несправедлива к ней судьба?
Ей было пятьдесят, когда дочка подкинула ей своего сынка, а сама исчезла и больше о ней Ивановна не слышала. Мальчишку подняла на ноги, дала образование и все не могла нарадоваться его вниманию и мягкому характеру. Жили тихо, мирно, в своей двухкомнатной квартире. И вот появилась ОНА и скрутила ее мальчика. Теперь он подчинялся ей и уже не слушал свою старую бабку. Та уговорила Сашеньку продать их квартиру и уехать в деревню открывать торговое дело по продаже сельхозпродуктов. Старой бабке не было места в их новой жизни и после долгих споров и криков, Ивановна собрала свои скудные пожитки и вышла, по утру, за дверь на улицу.
-Куда идти-то? – думала она и пошла на автобусную остановку.
Когда Татьяна объявила о своем намерении, Сашенька три месяца бегал по всем инстанциям, пока не определил ее в Дом престарелых. Добрая душа, он обещал навещать ее, привозить угощения, но Ивановна знала, что эта, наглая стерва, не позволит ни копейки потратить на нее. Она жалела, что когда-то переписала свою квартиру на имя Сашеньки и теперь не имела прав, а то бы ни за что не согласилась на эту авантюру. А ведь ее подруга, что жила на окраине города в своем домишке, предупреждала тогда не делать этого, мало ли что. Но Ивановна любила своего внука и доверяла ему. И вот осталась без крыши над головой.
-Поеду к приятельнице. Подумаем, что можно сделать, – уговаривала себя Ивановна, хотя понимала, что дела ее совсем плохи.
-Слава Богу, что еще есть на свете добрые люди, – думала, утирая набежавшие слезы. – Поживу, а там как Господь определит, уж недолго осталось топтать эту грешную землю, скоро и на покой.
-Где же автобус? Уж продрогла вся? – поерзала бабка.
Тут послышался звук подъезжающей машины.
-Ну, вот и он, наконец, а то совсем замерзла.
Подтащив свой мешок к подножке автобуса, старуха попыталась поднять его на ступеньку и с тоской поняла, что уже не сможет сама это сделать.
Парень, сидевший в машине, подскочил.
-Сейчас-сейчас! Я помогу, бабуля!
Внес мешок, помог самой Ивановне взобраться на подножку и проводил до сидения. -Спасибо, сынок!
-Ничего, мне не трудно.
-Правильный парень! – улыбнулся про себя Герман.
-Куда ехать-то тебе, бабуля? – спросил Толян, перехватив мешок у Антона, и поддерживая ее под руку.
-До последней остановки, сынок.
-Тогда давай сюда, на эти задние места, чтобы тебе не мешали и ты никому.
-Ну, что, устроились? – крикнул водитель, оглядываясь назад.
-Можно двигаться – ответил Толян. – Поехали, командир.
-Поехали, – тихо вздохнула Ивановна, отвернувшись к окну.
 Глава 2. Переход 
Автобус, натужно урча, сдвинулся и покатился дальше.
-Нет, - подумала Клара, - задам я, своему любимчику, за такую мою поездку. Точно опоздаю! – покачала головой .
Ветер усилился и разогнал туман.
-Погодка что надо! - раздался голос сзади нее.
Клара обернулась. Голубые глаза парня, сидевшего рядом со старухой, смотрели весело и озорно.
-Красив, – подумала она. – Наверно такие вот глаза и нравятся женщинам.
Ей нравились другие мужчины волевые строгие, похожие вон на того гражданина, что стоял у передней двери, держась за перекладину.
-Надо же! Ни разу не повернулся в ее сторону. Скажите, какие мы гордые! Ну и ладно, обойдемся! – обиделась Клара.
Она давно привыкла, что мужчины оборачивались, когда она проходила мимо. Яркая, умная, сильная, она всегда нравилась мужской половине и не только у нас, но и в других странах, где приходилось бывать по работе. Со знанием пяти иностранных языков и силы воли, она в свои тридцать восемь лет многого добилась, и сумела сохранить и молодость и красоту. Смесь кровей и твердость характера, позволяла ей добиваться успехов не только в работе, но в личной жизни. Последний ее любовник только недавно получил отставку, и сердце было свободным.
 
Но она была не права. Герман заметил ее сразу, как вошел в автобус. Она ему понравилась и сердце ухнуло.
-Давно со мной такого не было! – думал Герман, незаметно наблюдал за ней.
Сейчас он мучительно пытался представить, кем же она работала и работала ли вообще.
-Может так рано от своего любовника едет? Нет, не похоже. Слишком самолюбива и горда. И божественно красива! Хотелось бы познакомиться. А как подойти? Что-то надо придумать.
Ветер стихал, и дождь мелко сыпал за окнами.
-Ой, что это?
Крик покатился по салону.
-Стойте! Стойте! – кричала одна из девушек, вглядываясь в свое окно, и показывала пальцем. – Там кто-то лежит! Вон! Совсем рядом с дорогой!
Машина чихнула и остановилась.
-Что случилось? – обернулся водитель.
-Там…там…- на ее лице читался ужас.
Сквозь мутную пелену Герман разглядел тело, лежавшее около дороги. Все бросились к окнам.
-Господи! Кто же это? – перекрестилась старуха.
-Сейчас посмотрим! – бросил Толян и выскочил через открывшуюся дверь наружу. За ним спрыгнул и Герман.
На обочине дороги лежало тело женщины в странной позе, как будто она спала, свернувшись от холода. Старое пальтишко, грязное и короткое, едва прикрывавшее колени, сбившийся платок, рваные шерстяные чулки, да еще и без одного ботинка.
-Что будем делать? – спросил Толян у Германа, принимая его главенство.
-Надо перевернуть и посмотреть, жива ли.
-Вряд ли, – брезгливо сморщившись проговорил сквозь зубы и сплюнул. - Знаю я таких, – вспоминая свою непутевую тещу. - Надо вызывать милицию. Пусть они разбираются.
Герман наклонился и перевернул тело. Она была молода, очень молода, почти девочка.
-Вот это да! – прошептал Толян, - Может еще жива? Герман приложил два пальца чуть ниже уха. Жилка билась.
-Она жива, – выпрямился он. – Срочно звоните в скорую и милицию.
-Милицию-то зачем? – удивился Толян.
-Посмотри, рана на голове. Около уха, где щупал Герман, запеклась кровь.
-Предполагаете покушение на убийство? – прошептал, округляя глаза.
-Я не предполагаю, - раздраженно ответил полковник. – Я знаю одно, что она пока еще жива и это главное. В это время к ним уже подбегали Клара и девушки.
-У вас есть телефон? – обратился Толян к Кларе.
-Да, вот, пожалуйста. Она, что, мертва?
-Нет, пока жива. Клара вытаскивала из сумки сотовый, и руки ее тряслись.
-Дайте мне, – раздался голос у нее за спиной. Николай взял трубку и начал набирать номер милиции. Телефон не работал. Она забыла поставить его на подзарядку!
-Выбросите на мой огород, – раздраженно бросил Николай. - Вот, что ребята. Давайте ее в машину. Тут недалеко пункт скорой помощи. Довезем туда, и там уже все решат без нас.
Трое мужчин бережно подняли девушку и понесли к автобусу. Клара бросилась вперед и, вскочив на подножку, помогала принимать тело. Втащив с большим трудом, они приподняли ее над грядушками и понесли на заднее сидение. Старуха, охая, принялась помогать, подкладывая под голову свой мешок. Расстегнув пальто, чтобы найти хоть какие-то документы, Толян охнул.
-Да она беременна!
-Как! – Герман сжал зубы. - Ах, твою же мать! Кто же этот гад? Молчание повисло в воздухе. Первой опомнилась Клара.
-Да, поехали быстрее, что стоите! Николай бросился в кабину.
-Стойте! – услышали голос одной из девушек с улицы.
-Давай быстрее! – крикнул Николай. – Что ты там ищешь? Запыхавшись, девушка вскочила на подножку.
-Я нашла там, рядом с ней, сумку. Может быть ее, – выдохнула она и упала на сидение.
Автобус рванул с места. Старуха возилась, причитая, возле безжизненного тела. Клара вынула из косметички свои французские духи и прикладывала к ране на голове, а старуха отмачивала запекшуюся кровь с лица и шеи. Толян снял башмак и пытался растереть замершие ноги. Девушка никак не могла открыть сумку, заел замок. Герман отобрал у нее баул, рванул и выдрал вместе с куском материи. Все содержимое выпало на пол.