Хозяйка Кервельского замка, или Сказка для больших девочек №3 (СИ)

— Никогда, никогда больше не усомнюсь, — тихо прошептал он. — Прости меня, солнце. Твой братец посоветовал отдать хвост на капюшон для твоей зимней куртки. Я готов откусить его для тебя.
Вот, что с ним делать?! Я не могла не улыбнуться.
— Ну, уж это перебор! Давай без фанатизма и неоправданных жертв.
Он услышал улыбку в моем голосе и, вставая, подхватил меня на руки.
— Спасибо, Мел, — смущенно прошептал он. — Я тебя люблю. Очень-очень.
Мы так сладко целовались, что не услышали, как без стука открылась дверь.
— Что здесь происходит?! — раздался гневный голос королевы.
Люк тут же опустил меня на пол.
— Я зашел проведать свою невесту, Ваше величество, — заслоняя меня собой, спокойно ответил Люк. — Мы не виделись больше часа, и я уже соскучился по ней.
Я корчилась от смеха за его спиной, тихонько пихая его кулачком.
— Вы только помолвлены, но не женаты, — ледяным тоном произнесла маман.
Ответ моего волка так и хотелось обвести в рамочку и повесить на стену.
— Именно поэтому мы пока только целуемся.
И под ее возмущенным взглядом он поклонился и вышел. Мне пришлось опустить голову, чтобы она не увидела моей сладкой улыбочки. Я мысленно поставила Люку высший бал и повернулась к королеве.
— Мелисса, Ваше поведение предрассудительно, — прокурорским голосом заявила она, взглядом обыскивая комнату. — Я разговаривала с Актиусом. Вы догадываетесь: что он мне рассказал?!
Я внутренне скорчила глумливую рожицу.
— И что же? — спокойно поинтересовалась я, прекрасно зная: о чем она спрашивает.
— Всю обратную дорогу Вы спали с Лукасом в одной комнате, — она просто сжигала меня взглядом.
Я пожала плечами.
— И что?! Мы именно спали. То, что я девственница, Вы знаете не хуже меня, — я подошла к столу и взяла в руки лежащий амулет. — Иначе бы не подложили мне это, — я покачала в руке кожаный шнурок с прозрачной колбочкой на конце.
Королева поджала губы, но не ответила, поэтому я продолжала:
— Кстати, Вы знаете: что именно в этом артефакте определяет, скажем так, степень безнравственности?! — насмешливо спросила я. — Нет?! О, это очень познавательно, я прочла в одном старинном фолианте. В колбочку заключен рог единорога, вернее, самый его кончик. В руках девицы он остается белым, а вот если к нему прикоснетесь Вы, он окрасится в алый цвет. Хотите подержать?! — протянула я ей шнурок.
Маман спрятала руки за спину.
— Не ерничайте, дочь моя, — скривилась она. — Я пришла к Вам узнать о здоровье принца. Как он?
Я мило улыбнулась.
— Как и обещала, с Миркусом все в порядке. Сейчас он приходит в себя после сеанса целительства. Думаю, не стоит пока его беспокоить. Но к вечеру он в Вашем полнейшем распоряжении, — тоном почтительной дочери заверила я.
Маман внимательно разглядывала мое лицо.
— А Вы изменились, Мелисса, — задумчиво протянула она.
Я развела руками.
— Этого стоило ожидать. Разве нет?!
Королева на миг сузила глаза.
— Наверное, Вы правы, — согласилась она и сменила тему. — Вы уже видели свое платье для вечернего приема?
Я удивилась.
— Какое платье?
Ее величество демонстративно закатила глаза.
— Дочь моя, Вы неисправимы! — она поманила меня в спальню и там распахнула дверцы шкафа.
Ух, ты! Маман превзошла себя. Наряд был великолепен.
— И когда же Вы успели заказать такую красоту? — восхитилась я, ошеломленно рассматривая шелковое платье бежевого цвета.
Королева снисходительно приподняла уголки губ.
— На следующий день после того, как прочла Ваше письмо, — просветила она. — Принцесса Окменской династии должна достойно выглядеть в день своей помолвки.
Я благодарно улыбнулась.
— Спасибо, Ваше величество.
Маман покровительственно окинула меня взглядом.
— Приводите себя в порядок, через час придет куафюр делать Вам прическу, — разворачиваясь к двери, обронила она и, наконец-то, отбыла.
Я расслабленно лежала в теплой воде, мне было так хорошо и лениво, что глаза поневоле начинали смыкаться. Так, пора выходить, иначе усну. Я вытерлась махровым полотенцем, надела длинный шелковый халат и принялась сушить волосы. Сейчас придет Корнелиус, наш куафюр, надо подготовить ему фронт работ. Я вспомнила, как любила в детстве, когда он плел мне всевозможные замысловатые косички. Корзиночкой вокруг головы, змейкой от уха до уха, да чего мы с ним только не придумывали! И обязательно на макушке шпильками крепилась моя «принцессочья корона», так я называла фамильное украшение, положенное мне по статусу. Изящное произведение ювелирного искусства. Первый раз мне позволили его надеть в десять лет, на детский бал. Я была в таком восторге, что и после не желала расставаться со своим сокровищем. Маман строго повелела мне не капризничать и немедленно вернуть ценность в хранилище, но за меня заступился случайно проходивший мимо папочка, и корона поселилась на бархатной подушечке в моих покоях. Помню, как я часами простаивала у зеркала, любуясь собой. Изящными туфельками, нарядным платьем, красивой прической, сверкающей короной. Я крутилась, рассматривая себя со всех сторон, приседала в реверансе, танцевала. Я играла в принцессу.
 
А потом я вернула корону отцу. После первого визита в Кервельский замок. Вечером того дня, когда впервые сходила на тренировку к наставнику. В этот день я все решила для себя. Дождавшись позднего вечера, когда отец уж точно будет в кабинете один, я отправилась к нему. Стражники у дверей попытались остановить меня, но я так взглянула, что у них языки приморозило. Отец что-то писал, сидя за столом. Я молча подошла и, положив корону на стол, развернулась к двери.
— Мелисса, остановись, — послышался мне в спину его строгий голос.
Я даже не обернулась, просто вышла и закрыла за собой дверь. Впервые в жизни я ослушалась прямого приказа короля. И мне ничего не было за это. Видимо, папочка понял, как непросто мне было проститься с детством.
Я печально улыбнулась воспоминаниям, и в этот миг в дверь постучали. После разрешения войти, дверь распахнулась, и на пороге появился изящный седовласый мужчина. Корнелиусу было хорошо за шестьдесят, но выглядел он очень моложаво.
— О, наше юное высочество наконец-то снова нуждается в помощи старого друга, — улыбаясь, произнес он, заходя в гостиную.
Я вскочила с кресла и пошла ему навстречу.
— Корнелиус, ты все такой же, — я протянула ему обе руки.
Парикмахер галантно поцеловал мои ручки, потом подвел меня к туалетному столику.
— Итак, моя маленькая принцесса, что будем делать? — поинтересовался он через зеркало, перебирая мои уже высохшие пряди.
Я заулыбалась.
— Корзиночку вокруг головы, — предложила я.
К моему удивлению куафюр воспринял мою шутку совершенно серьезно. Он задумчиво пожевал губами и решительно заявил:
— Хороший выбор, — после чего начал сосредоточенно расчесывать мои волосы.
Я изумленно подняла брови.
— Корнелиус, я вообще-то пошутила. Какая корзиночка?! Из чего?! Из седых волос?! — горько усмехнулась я.
Друг погладил меня по голове.
— Девочка моя, ты перестала следить за модой, — мягко пожурил он. — Сейчас ажурные косы самый писк. После того, как Стелла Растанская вышла замуж за светлого лорда Трилона, все будто помешались на эльфийских прическах. В этом году наметилась уже третья волна интереса к парикмахерскому искусству остроухих. А что касается цвета, думаю, уже завтра с утра я буду завален заказами на осветление волос, вплоть до выжигания пигмента. Все захотят такой же серебристый оттенок. И я славно заработаю на твоей седине. Отстегнуть процент? — подмигнул он мне, начиная плести.
Я фыркнула, и мы дружно рассмеялись. В дверь опять постучали, и в моей спальне стало людно. Пришли две девицы, посланные маман, дабы привести меня в надлежащий вид. Оказалось, что мне, как воздух, необходимы маникюр, макияж и прочая чепуха. Покорно вздохнув, я отдалась их власти, сначала они в четыре руки колдовали над моими ногтями, потом добрались и до лица. Я же просто прикрыла глаза и расслабилась, мечтая о том, как поражу вечером своего волка. Кто-то входил-выходил, я не обращала внимания. Корнелиус взял все в свои руки, за что я была ему безмерно благодарна. Где-то через час я была безжалостно выдернута из своих сладких грез.