Остров на краю света
– Моя посылка дошла? – Увидев появившегося портальщика, справился Анцельс, – кстати, извини, не спросил твое имя.
– Олтен, – представился тот, – а посылку получили.
– Хорошо. Тогда эти опустим немного позже, сначала я хотел бы задать тебе два вопроса.
– Хоть десять, – улыбнулся маг, – здесь или пройдете в кабинет?
– Лучше в комнату отдыха, – отказался магистр и первым направился к лестнице.
Остальные шли за ним молча, даже не пытаясь угадать, что еще затеял мастер.
– Скажи… только честно, наказывать вас никто не будет… – Анцельс помедлил, подыскивая слова, – кто посылал ссыльным мешки с мукой и крупами?
– Мы. Точнее, начали сменщики, но я тоже помогал, – открыто смотрел ему в глаза молодой маг.
– Какая у тебя ступень?
– Третья. Меньше сюда не берут.
– А какие заклинания самые мощные? – продолжал допрос магистр.
– Защитная огненная стена. Высота три шага, длина десять, – доложил озадаченный Олтен.
– Получаешь четвертую ступень, – принял решение Лайонис, уже разгадавший замысел учителя, – и подумай о службе в имперской охране. Платят хорошо, жилье предоставляют в столице, в пансионах или гарнизонах, на выбор.
– Меня еще не отстранили, – рассердился Рестон, – а уже растаскиваете моих людей. Я и сам могу предложить ему место получше, тем более, ступень портальщика у него тоже поднялась. Как и у сменщиков. Но с ними я поговорю лично.
– Об уходе с поста и не мечтай, – строго заявил Дагельт, – свои промахи сам и исправлять будешь.
– Но почему? – непонимающе нахмурился начальник портальной службы, – Штран виноват меньше, а его сразу…
– Все же вы его перехвалили, – ворчливо сообщил Анцельс, – он пока не видит главного. Штран снят с должности не за ошибки, их делают все. А за равнодушие к людям, которых по долгу службы обязан был обеспечивать всем необходимым. Его ничуть не волновали их беды, не беспокоило, куда девается мука, если не доходит до ссыльных? Нет, Штрана заботил только собственный авторитет, якобы страдающий от жалоб узников. Он даже на миг не усомнился в своем праве просто уничтожать эти письма и искренне ненавидел всех, кто по его милости голодал. Ведь именно Штран должен был лично проверить доставку своих грузов до места! Мы сами прошли этим путем и выяснили, что поиском каждого «заблудшего» ящика занимаются именно хозяева.
– Да, – подтвердил Рестон, – в портальной службе нет для этого свободных людей. А нанимать постоянных сыщиков дорого и неразумно, ведь пропажи довольно редки. Зато мы сполна оплачиваем все претензии, если груз затерялся по нашей вине.
– Олтен, – обратился магистр к притихшему магу, – где сейчас леди Сесиль?
– В столовой, они празднуют получение посылки.
– У вас стоят следящие амулеты? – заинтересовался Шэд.
– Да. Всего три, – в столовой, над входом в башню и на крыше десятого дома. Если кому-то понадобится срочная помощь, и их лекарь сам не справится, мы имеем право вмешаться.
– Посылай вызов леди Сесиль, графу Эстебану Тинверну и лорду Роберту Деламино. – велел Анцельс. – Мне нужно с ними побеседовать.
– А я пока отправлю вестника, нужно доложить императору, – вздохнул Дагельт, – иначе он меня высечет. Да не смотрите с таким ужасом… имеется в виду – словами. Но это ничуть не приятнее.
Глава девятая
Столовая пропахла яблоками. Да и как не пахнуть, если двадцать человек одновременно аккуратно режут на ломтики душистые плоды, бережно раскладывая их по тарелке, а потом медленно смакуют, откусывая по крошечному кусочку. И от нахлынувших чувств закрывают глаза.
Давно забытый вкус недорогих плодов, доступных даже бродягам, пробуждал в памяти картинки из прошлой, свободной жизни. Раннего детства, когда яблоки еще можно было есть не соблюдая строгих правил и просто кусая от целого. И того, как, став постарше, легко взбирался на прогретые солнцем ветви за первыми спелыми плодами. Чтобы потом украдкой швырять огрызки в братьев и вредных гувернеров.
А еще позже, заметив появление хорошеньких соседских дочек и кузин, самые румяные ранние плоды обрывал уже в дар им.
Силь отдала свои яблоки Лиз, так как в этом году уже вдоволь наелась и ягод и ранних фруктов. Грехем тоже не стал брать плоды, хотя и приходил. Постоял, посмотрел, тихонько развернулся и незаметно ушел. Впрочем, это только ему так казалось, ссыльные все заметили. И оценили по-своему. Побрезговал бывший правитель сидеть за одним столом с такими оборванцами, и не пожелал принимать подачку у непокорной любовницы. Ну и пусть бежит… они этого не забудут. И не простят.
Послание возникло в почтовой шкатулке с легким звоном, и нарочно севший рядом Роб тотчас откинул крышку.
Прочел, довольно ухмыльнулся и встал.
– Эст, Шайн, вы со мной. Нам посылка.
Спасибо, друг, мысленно поблагодарила старосту Силь, не стал упоминать, что посылка на ее имя. Ведь по сути, магистр думал не о ней, а о тех, кто живет тут уже давно.
Мужчины торопливо доели яблоки и почти бегом ринулись к башне, хотя вполне могли и не спешить. Уже стоявшие у стены баулы никуда бы не делись.
Но нетерпение сжигало не только их. Все остальные тоже спешно расправлялись с редким лакомством или убирали остатки на потом. И выскакивали на крыльцо, не желая пропустить редкое зрелище.
А возле башни происходило что-то странное. Роб с помощниками зачем-то распаковывали низкий, но широкий баул, и теперь возились с извлеченным из него странным ящичком. Рассмотреть подробнее, что же там такое, от столовой не удавалось и самые любопытные, не выдержав, отправились к башне. А вскоре дружной толпой шли назад, катя перед собой добротную, но легкую тележку. Не пустую, в деревянном ящике стояло несколько мешков и корзин.
– Рано вы обрадовались, что можно не ходить в огород, работа сама к вам едет. – еще издали зычно пошутил староста и все облегчённо засмеялись.
Такую работу они могли делать хоть каждый день. Перебирать крупу, чистить и солить или жарить впрок овощи, рассыпать муку по небольшим туескам, чтобы не прогоркла.
Но в этот раз повезло и ничего подобного делать не пришлось. Крупа оказалась отборной, а вместо муки неизвестный родич Роба прислал большой плетеный короб, под самую крышку набитый сладким печевом. Узорными пряниками, сухим, рассыпчатым печеньем, румяными рожками с ореховой начинкой и упакованными в картон хрупкими вафельными трубочками, наполненными кремом.
Не успели потрясенные узники рассмотреть это сказочное богатство, как Роб открыл следующий короб и начал доставать туеса со сливами и крупной южной вишней. Ниже лежали сетки с яблоками и грушами. Между ними поместилось десяток крупных, тонко пахнущих лимонов.
В последнем бауле прибыли две большие головы сахара, бочоночек меда и несколько толстых плиток шоколада.
– Дай боги здоровья добрым людям, которые это послали, – с чувством выдохнула Зана, и все ее дружно поддержали.
В совесть, проснувшуюся у родичей Роба, не поверил ни один из старожилов.
На подготовку к праздничному чаепитию ушел почти час. Никто не захотел остаться в стороне и работу, прежде бывшую обязанностью поваров и горничных, бывшие лорды и леди самозабвенно делали вместе. Кипятили и заваривали чай, кололи сахар, раскладывали по блюдам булочки, вафли и вишни, которые договорились съесть первыми, чтобы не пропали.
А когда все было готово, решили прежде поужинать. Хотя солнце и стояло высоко, ссыльных это уже не обманывало. Светлячок на башенных часах ярко горел напротив цифры семь.
Суп и рыбу съели быстро, словно опаздывали на службу, зато потом вмиг забыли о времени. Пировали неспешно, пробуя и оценивая печево, делились мнением и откровенно наслаждались. Силь с Эстом, по безмолвному уговору оставив печево Лиз, пили чай с маленькими кусочками сахара. Раз магистр пообещал найти саботажников, значит сахар у узников будет, а вот кормить их вафлями вряд ли станут.
Почтовая шкатулка звякнула неожиданно и требовательно и все сотрапезники тотчас притихли.