Ледяные, ледяные малыши (ЛП)

ДАГЕШ
Я не возвращаюсь в племенные пещеры несколько дней подряд. Снег падает густо, как ниспадающая грива, и я не вижу своей руки перед собой. Я заперт в своей пещере охотника на два рассвета, а затем, когда я наконец смогу выйти, я должен пойти и заново пометить деревья, под которыми я оставил тайники, чтобы их можно было найти, когда выпадет больше снега. К третьему заходу солнца я возвращаюсь в пещеру племени, когда пара прыгунов пересекает мой путь, и я также выслеживаю их. У моей пары сегодня вечером будет свежее мясо. По крайней мере, это то, чем я могу гордиться, хотя я и переживаю из-за пропущенных дней. Я ненавижу, что штормы застали меня вдали от пещеры — если бы мне пришлось провести два дня, бездельничая у костра, разве я не мог бы сделать это со своей парой в моих объятиях? Волна тоски пронзает меня, и я думаю о Но-ре и ее счастливой улыбке. Я думаю о пучках желтой гривы на двух моих комплектах. Я так сильно скучаю по ним всем, что это как боль в моей груди. Это заставляет меня быстрее идти по заснеженным тропам и пологим холмам, потому что мне нужно их увидеть.
Я пытаюсь выбросить беспокойство из головы, когда иду обратно, но это было слишком давно. За три полных рассвета может случиться все, что угодно. Что, если племенная пещера завалена толстым слоем снега и никто не может выбраться? Что, если мэтлаксы спустились в пещеры и напали на мою Но-ру, когда она ушла собирать травы? Что, если у Ан-на, которая всегда плачет, кхай-болезнь, и Мэйлак не может ее вылечить? Что, если молоко Но-ры полностью высохло и малышей нельзя накормить? Тревожные мысли проносятся в моей голове, как вода, пока я не бегу обратно на полной скорости, отчаянно желая увидеть свою семью. Мне нужно услышать смех моей Но-ры, мне нужно прикоснуться к пухлым синим щекам моих дочерей и убедиться, что с ними все в порядке.
Когда я возвращаюсь, Бек стоит перед пещерой племени, зевая и прислонившись к стене утеса. Он выглядит скучающим. Я знаю, что он несет караульную службу, но видеть, как он бездельничает, в то время как я неустанно охочусь, чтобы прокормить свою семью? Мне это не очень нравится. Он отрывается от стены, когда я подхожу, бросая на меня дерзкий взгляд.
— Решили наконец вернуться?
Как будто у меня был выбор?
— Если ты собираешься охранять, — выдавливаю я, — постарайся быть начеку. Я не думаю, что мэтлакс похлопал бы тебя по плечу, чтобы разбудить, если он нападет.
Взволнованный, он мотает головой, как будто хочет броситься на меня и сцепиться рогами. Мой хвост сердито дергается, и я качаю своими рогами в ответ на него. Он хочет драки? Я дам ему одну.
Челюсть Бека сжимается, когда он медленно приближается ко мне, сжимая кулаки. Он поднимает на меня подбородок.
— Я собираюсь проигнорировать твои слова и позволить тебе пройти, чтобы увидеть твою пару, потому что мы друзья.
Я свирепо смотрю на него, но он только похлопывает меня по руке и уходит.
— Если ты все еще захочешь драться утром, приходи ко мне.
Меня так и подмывает сделать это просто из-за этого высокомерного комментария. Но я знаю Бека. Я вырос вместе с ним. Он похож на меня — мы не мыслители, мы деятели. Я оскорбил его, он оскорбил меня своим высокомерием, поэтому мы рычим друг на друга. Мой усталый разум говорит мне это, даже когда мой хвост хлещет взад-вперед, мое тело все еще готово к бою.
Женский смех эхом доносится из пещеры, и я резко оборачиваюсь, напоминая, что я рядом со своей парой. Поближе к моим комплектам. Рядом со всеми моими женщинами. Моя семья. У меня нет времени дурачиться с Беком, как два упрямых двисти жеребца.
— Я разберусь с тобой в другой раз, — говорю я ему.
Он фыркает, напоминая мне, в конце концов, разъяренного двисти.
— Иди, преследуй свою самку. Я буду здесь, выполняя свой долг. — У него кислый голос. — Мне больше не к кому идти домой.
В его словах слышится горечь, и я понимаю, что он прав. У него ничего нет, а у меня есть моя пара и моя семья, которые ждут меня. Мне не нужно тратить время здесь, сражаясь с ним. Медленная улыбка расплывается по моему лицу.
 
Бек закатывает глаза и поднимает свое копье, когда я отворачиваюсь.
Я трусцой вхожу в пещеру в поисках женского смеха. Рядом с Севвой у огня сидит группа женщин, они смеются и шьют. Моей Но-ры там нет, и я игнорирую их приветственные крики и направляюсь глубже в пещеру, ища свою пару.
Мгновение спустя она выходит из пещеры Вэктала и Шор-ши, смеясь и держа в руках охапку мехов. Ее коротко остриженные волосы длиной до плеч заплетены в две короткие косички у ушей, а лицо светится счастьем.
— Но-ра! — зову я, мое сердце учащенно бьется при виде нее. Она такая милая, моя пара. Я мог бы смотреть на нее часами напролет и быть довольным.
Ее взгляд скользит по мне, и она издает радостный писк удивления. Но-ра бросает меха на пол пещеры и бросается на небольшое расстояние в мою сторону, широко раскинув руки. Мгновение спустя она прыгает на меня, обвивает руками мою шею и осыпает мое лицо поцелуями.
Я крепко обнимаю ее и целую в ответ ее маленькое личико, снова и снова. С каждым мгновением мой мир становится все более и более правильным. Когда в последний раз она целовала меня с такой радостью? Она любит меня, но в последнее время мы так устали. Я понимаю, что это нужно мне так же сильно, как и ее улыбки. Мне нужны ее поцелуи, ее маленькие, холодные человеческие руки, скользящие по мне.
— Я скучал по тебе, — рычу я, борясь с желанием повалить ее на пол и заявить на нее права, как варвар.
Но-ра запечатлевает еще один счастливый поцелуй на моем лице.
— Я тоже по тебе скучала! Где ты был? Я так волновалась.
— Попал в шторм. — Я прижимаю губы к ее губам в еще одном поцелуе, но отец во мне не может не спросить: — Где комплекты?
Она хихикает, и звук получается таким легким и воздушным, что заставляет меня улыбнуться в ответ.
— Айша помогает мне. Она любит играть с Анной и Эльзой. Пойдем, я тебе покажу. — С последним поцелуем она сползает обратно на пол. Я подхожу к ее брошенным меховым сверткам и поднимаю их, держа перед своей набедренной повязкой, чтобы никто не заметил, как сильно я скучал по своей паре. Другие подходят и быстро здороваются, но мое внимание приковано только к моей паре, которая берет меня за руку и тянет за собой в нашу пещеру. Ее бедра покачиваются при ходьбе, и она оглядывается на меня со страстным обещанием в глазах, что заставляет меня очень радоваться, что у меня есть меха, которые я могу держать перед своим членом.
Когда мы добираемся до нашей пещеры, Айша находится там, держа маленькую костяную погремушку над близнецами, которые лежат на одеяле. Она бросает взгляд на Но-ру, затем встает и отходит, а я направляюсь вперед, чтобы обнять своих дочерей. Я скучал по их маленьким лицам, их беззубым улыбкам и даже по вони грязной набедренной повязки. Я крепко обнимаю Ан-на и целую ее круглое личико дюжину раз, прежде чем Но-ра забирает ее у меня из рук, а я беру Эль-са и уделяю ей такое же внимание.
— Я скучал по своей семье, — говорю я, крепко прижимая Эль-са к себе. Такое чувство, что впервые за несколько дней я могу по-настоящему расслабиться.
Но-ра бросает обеспокоенный взгляд на Айшу, а затем передает ей комплект.
— Поцелуй их сейчас, Дагеш, потому что сегодня вечером они идут с Айшой.
Я удивленно хмурюсь.
— Почему?
— Потому что у нас с тобой будет свободный вечер, только у нас двоих. — Она берет стопку набедренных повязок размером с аптечку и кладет их в корзину. — Мы собираемся провести расслабляющий вечер и поговорить.
Я держу свою дочь на руках, стараясь не хмуриться, когда Айша закидывает Ан-на на бедро и уходит с корзинкой, которую вручает ей Но-ра.
— Мы сейчас разговариваем.
Но-ра терпеливо смотрит на меня, а затем протягивает руки к Эль-са.
— Мы собираемся еще поговорить.
Когда Айша отходит, Но-ра смотрит на нее, а затем придвигается ближе ко мне.