Должница миллионера (СИ)

— Да, две дочки у нас. Большие уже, в школу ходят.
— Ты о них заботишься? — спросила и затаила дыхание. Мне очень важно знать, как он относится к детям после развода. Вдруг я… тоже забеременею? Такое вполне возможно, ведь, по сути, мы не предохраняемся как положено.
— Конечно, забочусь, что за вопрос? — возмутился мужчина. — Помогаю детским домам и больницам, а своих бросил — так, что ли?
— Бывает и не такое, — ответила ему.
Он снова пристально глянул на меня:
— Это не обо мне. Мы общаемся, проводим один день вместе примерно раз в три недели. Ездим в аквапарк или куда они хотят. Сами выбирают. Чаще времени у меня нет — ты сама видишь, что дома я бываю только ночью.
— Что ж… Это похвально. А жена? Она вышла замуж?
— Да. Надя замужем давно и родила ещё сына. У неё всё хорошо — я рад за неё и слежу, чтобы дочек не обижал её новый муж. Но он, кажется, нормальный мужик, да и девчонки никогда не жаловались на него, хотя, конечно, папу он им не заменил.
— Это естественно. Любишь её до сих пор? — замерла в ожидании ответа. Если он скажет, что любит — я умру сразу.
— Нет. Это в прошлом. Уважаю и только — как человека, как мать своих детей. Она была хорошей женой.
Саша заметил в моих глазах непонятную реакцию — что-то между ревностью и пониманием — и взял моё лицо в руки:
— Я сейчас Аньку люблю одну, хамку и хулиганку! — и поцеловал винным поцелуем в губы.
Когда ласка кончилась, я отпила ещё вина из бокала, и он опустел.
— Нальёшь ещё? — попросила я мужчину, протягивая бокал.
Он молча плеснул в бокал красного и вернул мне.
— Помнишь, что я сказал однажды у тебя дома насчёт алкоголя? — спросил меня Саша.
— Помню. Что ты хочешь этим сказать? Что не должна пить вовсе? — против воли внутри меня мигом поднялась волна возмущения, когда вспомнила эту фразу сродни приказу «Больше ты не пьёшь!».
— Не совсем. Просто ты не будешь пить алкоголь вне дома, и пить его только со мной.
— Саш, — начала я потихоньку закипать. — Ты так говоришь, будто я частенько откуда-то на рогах приползаю и дверь не с первого раза нахожу.
— А ты забыла, что после твоего похода в клуб с Алей я тебя в квартиру под руку вёл?
— Ну, не такая уж я и пьяная была тогда.
— Нормальная, чтобы еле идти.
— Зачем ты меня выставляешь алкоголиком Васей?
На самом деле неприятно было очень. Как будто я — алконавт сотого левела в этом доме и вечно пьяная валяюсь. «Вечно молодой, вечно пьяный» — спасибо «Смысловым галлюцинациям» за эту столь подходящую, по мнению Саши, мне песню.
— Никем я тебя не выставляю. Сказал просто — вне дома ты не пьёшь. Закончили разговор.
Я с вызовом смотрела на него, мужчина отвечал мне тем же. Хотелось топать ногами и протестовать, но в данной ситуации это не лучшая политика — он всё равно найдёт, как надавить.
Казалось, вечер был безнадёжно испорчен и хуже стать не могло, как в тишине раздался громкий звук вибро о стекло стола на моём смартфоне. Саша стоял возле него и машинально опустил глаза на дисплей, и я тут же поняла, что сейчас начнётся буря с грозой — его лицо приобрело жёсткие черты. Он взял телефон в руки и протянул мне:
— Ответь. Он ведь скучает, — произнёс с таким ядовитым льдом в голосе, что мне показалось, ещё минута — и он меня придушит.
Что там за чёрт написал-то? Щас сама его раскатаю танком! Даже в заблокированном состоянии смартфон показывает уведомление — от кого сообщение и часть текста. Когда сообщение небольшое — может и всё поместиться разом на экран. К сожалению, возможности скрыть само послание у меня нет. Открыла сообщения — Антон Попов:
«Привет, красавица! Я соскучился по тебе!»
Бля-я-я-я-я-ядь… Ну почему именно сейчас и именно так? Других слов не мог выбрать?!
— Саш, это просто друг.
— Начинается… Друг.
Он резко сократил расстояние между нами и грубо прижал меня к стене, вцепившись в лицо злым взглядом:
— Мне плевать, кто он был тебе. Ты — моя. Если этот уёбок ещё раз с тобой свяжется, и я об этому узнаю — ему пиздец.
Клянусь, мне очень страшно было в этот момент… Всё же ревность должна иметь границы. Слышать подобные слова от Саши было удивительным — он очень редко ругается, в отличие от меня.
 
— Снимай блокировку, — протянул он мне телефон.
— Что ты хочешь сделать?
— Снимай, сказал, — он говорил тихо, но смотрел так, будто если я ослушаюсь — через секунду вцепится в горло зубами.
Не стала спорить и сделала, как он просит. Мужчина забрал телефон и отошёл в сторону, оставив меня в покое. Дышать стало легче. Сама не заметила, как под его давлением почти не вдыхала воздуха. Даже голова, кажется, закружилась. А он начал записывать голосовое сообщение:
— Значит, так, Антон. Запомни — Аня не для тебя. Нарисуешься возле неё — пожалеешь. Вали мимо, пока есть чем. Надеюсь, ты усёк.
Отправил. Неприятно до жути. Парень-то ни при чём.
— Я и сама могла бы ему объяснить, что больше несвободна. Зачем так грубо? Мы общались до тебя, и я просто не посчитала нужным посвящать его в изменения своей личной жизни.
Александр лишь продолжал сверлить меня глазами, полными злости и ревности. Он казался мне сейчас снова тем порочным козлом, которого я знала в самом начале нашего знакомства. А может, он никуда и не уходил, а это я в розовых соплях любви его идеализировала?
— Внёс контакт Антона в чёрный список. Только попробуй его оттуда вынуть… Я прослежу. Быстро спать.
Небрежно бросил смартфон на диван и ушёл в спальню. Я так и осталась стоять с бешено бьющимся сердцем и закусила губу, чтобы не наболтать сейчас лишнего. Я не могла оценить: прав он или перегнул, приятна мне такая ревность или нет? Если бы на смартфоне Саши я увидела, что какая-то цыпа пишет ему, что скучает — разоралась бы однозначно. В чём-то я его, конечно, понимала. Ведь он не побежал тут же наводить о нём справки и бить морду незадачливому сопернику, а мог бы — его безопасники на кого угодно нароют материала.
— Аня, я сказал — в постель, — послышался суровый тон из спальни.
Вздохнула и поплелась, как на казнь. Сейчас будет и в кровати смотреть на меня, как на преступницу. Не успела переступить порог комнаты, как была схвачена на руки. Меня просто швырнули на простыни и напали сверху с грубыми поцелуями, которые сминали губы до синевы. Мужская рука настырно растолкала мои ноги и уже расстёгивала джинсы.
— Саш, — упёрлась руками в его грудь. Впрочем, это было бесполезно. Примерно как толкать стенку. — Я не хочу сегодня больше.
Конечно, во мне обида говорила, но и не реагировать на него у меня не получалось. Тело отзывалось всё равно. Хотя в самом деле не было настроя на утехи. Мужчина лишь кинул на меня злой, полный похоти взгляд и быстрым движением убрал мои руки, заведя их над головой, продолжая делать своё.
Секс был грубым, жёстким… Я не до конца уверена, что мне понравилось. Он будто доказывал сам себе, что я принадлежу ему, и берёт он меня тогда, когда хочет ОН, и в то время, когда какой-то несчастный Антон скучает по его девушке.
Неприятно и гадко было на душе. Секс не понравился мне не физически, а именно морально… Такой радужный ещё вечером облик Принца меркнул…
  
Глава 31
 
Аня
Утром я собрала свои вещи, взяла ключи от новой квартиры и уехала на работу. После театра я собиралась поехать в своё жильё. Квартиру я решила не сдавать — и правильно сделала. Я решила это ещё вчера. Не хочу, чтобы со мной вот так обращались — будто я крепостная.
Как я буду учиться жить без него — я не знаю. Вроде бы были вместе всего ничего, но к хорошему быстро привыкаешь — мне так понравилось чувствовать себя защищённой, чувствовать опору и поддержку. Очень жаль, что всё это оказалось лишь яркой и манящей иллюзией. Оттого ещё обиднее: ощущение, что меня обманули. В обёртке не оказалось конфетки, а если и оказалась — то вовсе это не конфетка, а… Не шоколадка, в общем, явно.