Должница миллионера (СИ)

Какое-то время мы плавали, дурачились в воде, затем вышли на берег. Я шла впереди, а Александр следом. Я знала, что этот засранец снова разглядывал мой «вид сзади» в купальнике, открывающем длинные стройные ноги. Мне и самой было непросто не смотреть на его загорело тело, да теперь ещё и в капельках воды на упругой коже, обтягивающей крепкие мускулы — мужчина явно следит за собой и не пренебрегает спортом. Порой казалось, что я говорила с его прессом. Еле заставляла себя смотреть ему в глаза, хотя так было тоже не лучше… Эти взгляды, полные определённого смысла, меня будоражили и сбивали с толку всё время, заставляя терять нить разговора.
Саша откупорил бутылку вина и разлил по бокалам. Удобно устроилась на лежаке, постелив под себя полотенце, и отпила из бокала. Всё-таки хорошо здесь. Ещё бы не колбасило так от мужика рядом со мной — вообще была бы сказка.
— Каким бизнесом ты занимаешься? — я уже допила третий бокал и стала смелее. И мне жутко стало интересно узнать о нём больше.
— Строительным. Моя корпорация строит парки развлечений, торговые центры и жилые кварталы по всей России.
— Здорово. Большой оборот?
— Миллионный, — усмехнулся он.
Ну да. Как же о таком и не напомнить.
— Как же ты пришёл к собственному владению такой корпорацией большой?
— Не сразу. Семь лет назад я был прорабом на стройке. У меня есть образование в этой сфере, и я рискнул открыть свою компанию. И риск оправдался.
— Рискнул?
— Именно. Я продал квартиру, которую приобрел в ипотеку, но быстро все выплатил и вложил деньги в бизнес. Зарабатывал я уже тогда неплохо, и квартира у меня была не самая дешевая. Этого хватило на старт. Потом компания выросла до корпорации. Риск был оправдан.
Неожиданно. Не думала, что Александр настолько рисковый мужчина. И упорно идущий к своей цели.
— А если бы ничего не вышло?
— Что-нибудь всё равно бы вышло. Придумал бы, как выкрутиться. А ты? Почему решила стать актрисой?
— С детства мечтала об этом. Взяла и поступила после школы всем наперекор в театральное.
— Родители против были?
— Ужасно против. Ругались жутко. Говорили: «И на что ты будешь жить с такой работой?»
— Оказались правы?
— Отчасти, — немного подумав, ответила я. — С моим образованием я нигде больше денег не буду получать, чем в театре.
— Почему же не поехала в Москву? Наверняка там есть заработок.
— Есть. А ещё там есть грязь, требование денег за роль или что ещё похуже.
— Что похуже? — не понял Саша.
— Догадайся, — подняла я брови. — Это очень грязный мир, мир закулисья.
— Ах, вон о чём ты… А ты ещё такая красивая. Неудивительно, что мужчины предлагали тебе подняться в карьере старым как мир способом.
Я строго посмотрела на него. Вот это сейчас комплимент был, или мне надо обидеться? Сама не поняла даже.
— Значит, ты очень принципиальная?
— Да.
— Похвально, — он как-то странно посмотрел на меня, будто действительно понял обо мне что-то новое. Как будто увидел впервые.
Снова заметила, как забрякал браслет на его руке. Странный очень браслет, я его давно уже приметила. Будто бижутерия дешевая. Разве миллионеры носят такое?
— Что за браслет ты носишь? Это что — бижутерия?
— Ну да.
— Разве богачи такое позволят себе носить? — не удержалась от сарказма.
— Он дорог не ценой, а значимостью. Кто это ещё из нас всё деньгами измеряет, Аня? — сощурил он глаза.
— А что в нём ценного?
— Этот браслет — знак того, что я — член клуба всемирного фонда дикой природы. Видишь, эти буквы — аббревиатура фонда.
Он поднёс к моим глазам браслет, и я только сейчас поняла, что это за аббревиатура. Стыдно признаться, но я вовсе не догадалась, что там за буквы, пока он мне не сказал. Хотя фонд действительно очень известный, и весьма похвально, что Саша защищает животных. Честно, я даже посмотрела на него совершенно иначе.
— И кого сейчас защищаете?
— Моллюсков.
— Кого? — удивлённо уставилась на него и захлопала глазами. — Их что — надо защищать разве?
— А что? Тоже живые организмы. — Он поднял свой бокал и потянулся к моему. — Давай за живые организмы.
 
— А детям помогаешь? — спросила я, глядя в глаза.
— Конечно. Как и Роман. Любой уважающий себя бизнесмен должен помогать детям.
— Ты лучше, чем я о тебе думала. Нам пора, думаю.
Я поднялась с лежака, собрала своё полотенце, и мы отправились обратно в дом.
Саша
Мы просидели на пляже довольно долго. Я даже не думал, что мне понравится ней общаться. Я будто бы лет десять Аню знаю — мне комфортно и легко в её компании. Я не выбирал фраз, а просто рассказывал или спрашивал о ней — мне и в самом деле это очень интересно: чем она живёт, чем занимается. Мы круто провели время вместе, я вовсе не ожидал, что мне будет настолько весело и время пролетит незаметно. Уже и солнце не такое жаркое. Несколько заготовленных бутылок вина в сумке-холодильнике и некоторые закуски из еды сделали своё дело, заставляя часы незаметно для нас обоих бежать с бешеной скоростью.
Браслет купил заранее, чтобы брякать перед её носом. Вступил в фонд буквально на днях и даже сделал небольшой взнос. Почти не соврал. А про помощь детям — чистая правда. Я и в самом деле уверен, что если Бог даёт — нужно помогать слабым.
Сегодня ужин взяли на себя Аля и Роман и оба крутились на кухне, накрывая стол на веранде, когда мы вернулись в бунгало. Оба ополоснулись в душе от соли, переоделись в футболки и шорты, спустились вниз и присоединились к парочке. Аля уже кормила Рому со своей вилки — я лишь фыркнул на это действо, а Роман хитро засемафорил мне бровями, вроде как «Вот как надо кадрить девочек, не то, что ты».
— Рома, а ты тоже в фонде защиты дикой природы состоишь?
— Где? — удивился Воронцов и даже перестал жевать.
— Ну, как он называется… Скажи, Саш, — пихнула меня Аня в бок.
— Всемирный Фонд Дикой Природы, — ответил я и положил в рот новую порцию еды.
— Нет. А в каком смысле тоже? Кто ещё там состоит?
— Саша, — ответила Анна.
Роман прыснул, подавившись соком, которым он в этот момент запивал еду. Вот скотина, хоть бы не палился так! Посмотрел на него, очень выразительно выпучив глаза.
— А… — протянул он, осознав свой косяк. — Я вспомнил. Было дело.
И опять еле ржач сдержал. Конь еще, блядь, Пржевальского.
— Но я — нет, не вступал.
— Зря. Они как раз сейчас моллюскам помогают. Мог бы тоже помочь.
Воронцов откровенно заржал, уже больше не сдерживаясь.
— Кого защищают?!
— Моллюсков, — грозно повторил я, чтобы он уже заткнулся наконец и не палил контору.
— Нет, к такому я не готов, — отдышался Роман и ответил: — А вот детям помогаю. Отчисляю регулярно процент от прибыли.
Это он уже сказал в глаза Але, дабы получше произвести на свою новоиспечённую жену впечатление.
— Правда? — тут же отозвалась она. — А я и не знала.
— Правда.
— Какой ты молодец, Рома!
И парочка начала в который раз за эти дни самозабвенно целоваться. Мы деликатно отвернулись от них и уставились друг на друга.
— Спасибо за хороший день. И вечер тоже. Я пойду отдыхать, — сказала Аня и поднялась из-за стола.
— И тебе. Было круто, на самом деле, — совершенно искренне сказал я ей. — Спокойной ночи.
— Тебе тоже.
Аня ушла наверх. Хлопнула дверь её комнаты.
Мы еще какое-то время посидели втроём, потягивая вино, как вдруг Аля сказала:
— Ой, кажется, Анька забыла свой смартфон. Вон лежит на диване.
Она подошла к дивану и взяла его в руки.
— Уже уведомлений куча. Пойду отнесу ей.
— Подожди, Аля, — встал я со стула. — Давай я отнесу. Тебе ни к чему лишний раз напрягаться и бегать по лестницам.
Роман сразу смекнул, зачем мне это, и засветился опять улыбкой идиота. А вот простоватая девочка Аля не поняла.
— Да мне несложно. Я отнесу.
Воронцов тихо захихикал в свой бокал с вином у неё за спиной.