Босиком по радуге (СИ)

— Это ж как надо было устать, чтобы не проснуться, когда тебя раздевают? — тихо озвучил Сирин мучивший его вопрос. Впрочем, учитывая его риторичность и сон жены, ответа он не ждал. А зря. Ответ так же тихо всплыл сам: она так крепко спит, потому что здесь ей спокойно и нечего, и некого бояться.
Как бы Сирин не хотел получить свой кусочек заслуженной ласки, он не стал будить Лейну. Пусть отдыхает. Укрыв её одеялом, Сирин собрался уйти на кухню, разогреть и всё же отведать оставленный ему ужин, но перед этим решил украсть у спящей супруги поцелуй. Лёгкое касание губ в желанные уста совершенно неожиданно разбудило Лейну. Вздрогнув, она распахнула глаза и, осознав кого видит, вцепилась в борта расстёгнутого колета и углубила поцелуй. На краю сознания Советника, погружающегося в эйфорию ощущений, мелькнула мысль, что ужин сегодня его так и не дождётся, зато десерт он отведает по полной программе.
— Дожилась, — вздохнула Лейна, едва разорвав поцелуй и оглянувшись вокруг. Но Сирина она от себя так и не отпустила. — Совершенно не помню, как оказалась в спальне, да ещё и разделась. Когда успела?
— А ты и не успела, — ответил Ро’Шерр, умиляясь Лейне. — Уснула на кухне. А я тебя принёс и раздел.
— А на себя уже сил не хватило? — съязвила Лейна, подёргав всё ещё зажатые в руках борта колета.
— Отчего же?! — в той же манере ответил Сирин. — Сил ещё достаточно. Но я сперва хотел поужинать, но, видимо, придётся начинать с десерта: персиково-бархатный животик и вишенки сосков, что сейчас скрыты под тёплым одеялом, наверняка так и ждут, когда я до них доберусь. А яблочно-румяные щёчки и губки я намерен испробовать прямо сейчас, — Сирин подтвердил слова действиями, не откладывая приятное на потом. Там, в этом «потом», оказался ужин, который, скорее всего окажется уже завтраком, ибо остановиться, дорвавшись до тела любимой, он уже не сможет.
Лейна мечтала о таком десерте весь семестр, декада за декадой. Времени на жалость и самокопание не было совершенно. Но никто не мог помешать ей, закрывая глаза и проваливаясь в сон, вспоминать бархатную кожу, под которой перекатывались от движений стальные мышцы супруга, взгляды с хитринкой и обожанием, бесподобно сильные руки, которые с ней были нежны, и которые дарили волшебное удовольствие. А вот про губы, которые то порхали по ней крыльями бабочки, то властно подчиняли себе, она старалась вспоминать пореже, потому что без них было невыносимо тяжело. Но всё это в прошлом, и всё, о чём вспоминалось и мечталось — вот оно, перед глазами и под её ладошками, которые жадничают и пытаются добраться везде и сразу. Соскучилась…
— Поможешь? — скромность вперемешку с невинностью во взгляде были отыграны на раз, когда шаловливые пальчики пытались проникнуть под пояс брюк мужа, но этот номер не прошёл. Мелькнула мысль, что вот она сейчас и есть «слабая женщина рядом с сильным мужчиной», но в свитке вроде говорилось не о такой слабости. А, впрочем, это сейчас не важно. Сейчас она хочет добраться до стратегически важной части своего любимого мужчины и сделать ему приятно. После их свадьбы и до отъезда в академию, у четы Ро’Шерр было всего несколько брачных и не очень ночей, так что Лейна не успела показать мужу и половины того, что умела в постели. Так что то, что задумала сделать Лейна, для её мужа будет сюрпризом.
— Конечно, помогу, — откликнулся Сирин, с лёгкостью справляясь с хитрой застёжкой на поясе своих брюк. — Но я бы не хотел торопиться.
— Не беспокойся, — тонкие пальчики очерчивали кубики пресса, — это не входит и в мои планы тоже.
Для начала Лейна спешила рассмотреть своего мужа во всех интимных и не очень подробностях. Но как это сделать, чтобы и мужа не сильно смутить, и накал страстей не затушить? Нет ничего проще и благопристойнее, чем массаж. Но ведь и его можно сделать по-разному. Попросив мужа дораздеваться, Лейна тем временем соскользнула с супружеского ложа и направилась к небольшому столу, под которым стоял её рюкзачок. Нагнувшись, она зацепила рюкзачок и поставила на стол, но Сирин успел увидеть её в нужном ракурсе, судя по раздавшемуся хмыканью. Свет луны помог отыскать в недрах рюкзачка баночку с кремом. Конечно, массажное масло подошло бы больше, но то, что было в баночке — можно было даже есть. Лейна долго пыталась сделать именно такой крем и под конец семестра ей это удалось. И вот — вуаля! — она может намазать Сирина с головы до пят и потом, не переживая, что тянет в рот «всякую гадость», целовать его там, где захочется.
 
— Ложись на живот и постарайся расслабиться, — если Сирин изначально и подумал повозмущаться, но прислушавшись к мурлыкающе-предвкушающему голосу супруги, решил сыграть по её правилам. Правда, проснувшийся жезл любви несколько мешал расслабиться в такой позе, но любопытство побеждало.
Тело Советника темноэльфийского правителя было необычайно красивым и гармоничным. Да, при первом взгляде казалось, что Сирин — хрупкая фиалка, но пару раз врезавшись в него и теперь имея возможность разглядывать и прикасаться к нему, Лейна прекрасно видела и ощущала под ладонями и пальцами накаченные мышцы, красивым рельефом выделяющиеся под кожей, пропорциональные конечности и ощущение силы и мощи, которое транслировалось Сирином на ментальном уровне.
Лейна наслаждалась: поглаживая, она наносила крем на обнажённое тело мужа, предварительно накрыв его очищающим плетением, а потом уверенными движениями разминала мышцы, некоторые из которых были чрезмерно забитыми и жёсткими. При этом места, где кожа всё же сильно краснела, она «жалела» нежными поцелуями и дополнительными лёгкими поглаживаниями, будто успокаивая. Но эффект от этого был несколько иным. Массаж коснулся не только безупречной с физического и эстетического вида спины, но и рук, ног и ягодиц. Когда с тылов Лейна рассмотрела и потрогала всё, что хотела (а хотела она всего без исключения, и можно без хлеба), то попросила мужа перевернуться на спину и продолжила свою исследовательскую деятельность.
Сирин был рад повернуться на спину, и не только потому, что возбуждённый член мешал лежать ровно, но и потому, что теперь он тоже мог ласкать Лейну. Вот только эта хитрюшка отползла к его ногам и оттуда стала медленно продвигаться вверх. Это был чистый восторг! Натруженные за долгий день ноги, разминаемые и наглаживаемые нежными руками Лейны, пели от восторга и вырывали из горла Сирина сдавленные стоны. И чем выше поднималась Лейна со своими ласками, тем громче и утробнее издавались звуки. Когда Лейна подобралась вплотную к паху, Сирин уже еле сдерживался от охватившего его желания. Но жена снова его удивила, даже не прикоснувшись к интимной зоне, обогнув её. Рык, где Лейна расслышала своё имя, заставил её остановиться и заглянуть в глаза мужа:
— Милый, ты же сам просил не торопиться.
— Я, оказывается, выбрал не только самую необычную, умную и красивую женщину в жёны. Но ещё и самую коварную, — поделился впечатлениями Ро’Шерр.
— Какой изысканный комплимент, — ухмыльнулась Лейна, продолжив своё развлечение, которое её саму порядком завело. Добравшись до живота, Лейна перестала разминать мышцы, оставив в своём арсенале поглаживания, поцелуи и ласки языком. Правда горошинки сосков, до которых она добралась, подверглись не только наглаживанию, то ещё и посасыванию. Как Лейна и предполагала, это оказалось одной из эрогенных зон её мужчины. Ещё несколько она рассекретила во время массажа, когда тело Сирина непроизвольно вздрагивало и льнуло к рукам, изгибаясь.
И вот ключицы, шея и скулы — заласканы и зацелованы, и в плен её губ попали рот и язык мужа. Правда, пленяли они так друг друга по очереди, к взаимному удовольствию.
То, что она оказалась в крепких объятиях мужа, Лейна поняла далеко не сразу. Расслабилась. Отвлеклась. А как только это выяснилось, попыталась выпутаться, но муж требовал веские аргументы для того, чтобы её отпустить.
— Сирин, любимый, у меня ещё одна часть тебя не исследована, — сказала Лейна и, сделав страшные глаза, закрыла рот аж двумя ладошками. Вот как так?! Проболталась!