Счастье - обман (СИ)

Ни на один из сотни теснившихся в голове вопросов Майра не найдёт ответа сама. Ей должны всё объяснить! Она снова постучала. Щёлкнул замок, дверь приоткрылась.
В полоске света появилась тёмная фигура, в контражуре трудно было разглядеть, кто это, но Майре показалось, что в мутном зеркале видит собственное отражение.
Отражение взвизгнуло и попыталось захлопнуть дверь, незваная гостья успела протиснуть в щель колено. Получила довольно ощутимый удар, но закрыть створку не позволила. Короткая борьба решилась в пользу Майры. Она оттеснила противницу и ввалилась в супружескую спальню. Сощурилась. В комнате сияли сотни свечей, усиленные отражением в многочисленных зеркалах. Золотые багеты картин и оклады икон добавляли блеска. Не так Майра представляла себе мужскую спальню. Она огляделась в поисках Леота. Где муж? Сбежал, услышав шум борьбы? Повернулась к девице, чтобы расспросить её, но не смогла ни слова вымолвить.
Девушка, одетая в майку с широкими бретельками и короткие шортики, скрестила руки на груди, довольно плоской для её лет, и с усмешкой разглядывала Майру. Взгляд показался знакомым. Да-да, тот самый, что удивил Майру в храме. Глаза, похожие на мамины… и… на её собственные! А ещё волосы. Тёмно-русые, длиной до лопаток, висящие сосульками, будто их не мыли дней пять. Такие же были у принца.
— Где Леот? — спросила Майра, справившись с волнением.
Усмешка на лице незнакомки стала ещё более ядовитой:
— Надеюсь, у вас всё получилось?
— Он не пришёл ко мне. Я ждала… но… Где он?
— Я про отца спрашиваю, — девушка подняла брови, наморщив лоб, и покачала головой. — Надеюсь, король был с тобой ласков? Не обидел?
Точно. Все знают о том, что свёкор имеет виды на юную деву, обвенчанную с его сыном! Сдерживая негодование, Майра прошипела сквозь зубы:
— Лас-с-сков… Это старый хрыч полез на меня, словно право имел! Где мой муж? Как он это допустил? Стыдно стало, прячется?
— Больно? — не замечая её злости, уточнила девушка. — Говорят, что так только в первый раз, потом…
— Не было! Ничего не было! — крикнула Майра и попыталась обойти собеседницу, чтобы разыскать, наконец, принца.
— Тварь! — взвилась та и с размаху залепила пощёчину. — Как ты посмела отказать королю?
Скулу обожгло, Майра рефлекторно закрылась от следующего удара и перехватила тонкое запястье драчуньи. Узнала длинные тонкие пальцы, так похожие на те, что вертели монету во время представления победительницы отбора ко двору.
— Ты… Ты кто? Принцесса? Дина? Люда?
— Почему не отдалась? — плаксиво гундосила внезапно успокоившаяся девушка, так и не назвав своего имени. — Во многих правящих династиях это принято. Первая ночь — отцу мужа.
Она попыталась высвободить руку, Майра отпустила её и сердито ответила:
— Не слышала такого благословения во время венчания. Боги…
— Боги? Где были твои боги, когда мать, ожидая наследника, поехала в монастырь, чтобы вымолить лёгкие роды? Как они вообще допустили это?! — она хлопнула себя по груди, потом схватилась за голову и пошла в угол, где на небольшой тумбочке с гнутыми ножками стояли два фужера и полупустая бутылка. Девушка опустилась на валявшиеся на полу подушки и, наполняя бокал, пригласила: — Иди. Выпьем, а то за трапезой даже пригубить не позволили.
Майра огляделась. Теперь она заметила лежавший на кровати свадебный костюм принца. Выглядел он совсем не так, как обычно смотрится брошенная одежда. Тронув камзол, девушка почувствовала, что в плечи вшиты толстые прокладки. То же было проделано с лосинами.
— Ужасно неудобно ходить с этим между ног, — сообщила незнакомка и отхлебнула вина.
Неприглядная правда стала, наконец, открываться Майре:
— Ты… Леот…
— Сообразила-таки. Иди, вина налью. Я, видишь ли, осеменить тебя не смогу. Придётся терпеть старого хрыча. — Она засмеялась, откинув волосы, потрясла головой и добавила: — Не такой он и старый, до сих пор справлялся. Надеюсь, папуля не слишком огорчён и придёт к тебе завтра.
— Лео… — Майра опустилась на подушку рядом с «мужем», — не понимаю, как такое возможно? Зачем?
 
— Долгая история, — принц-принцесса отхлебнула вина и, прислонившись затылком к стене, стала рассматривать потолок, украшенный великолепной росписью. — Ведунья ошиблась. Предрекла рождение мальчика, и все ждали наследника…
— Разве ведуньи ошибаются в таких простых вопросах? — удивилась Майра.
Она была далека от мысли, что в королевской семье держали шарлатанку, наверняка предсказательница была опытной и не могла так просто перепутать пол будущего ребёнка.
— Отец решил, что её подкупили. Специально подстроили ложное сообщение, чтобы разочаровать подданных, — Лео посмотрела на «жену» и подмигнула: — Её казнили.
— Казнили? — Майра успела сделать глоток вина и чуть не поперхнулась: — За ошибку казнили?
— Ничего себе ошибочка! Всё королевство замерло в ожидании наследника — и на! Девка! Пятая в королевской семье! — Лео сморщила нос и вздохнула: — Может, и не казнили, а сослали. Я точно не помню...
События этой ночи казались настолько невероятными, что Майра не верила в их реальность. Быть может, она спит, и всё это пригрезившийся кошмар? Нет, ощущения были слишком отчётливыми для сна. Ворс ковра кололся сквозь тонкую ткань халата, вино щекотало нос терпким букетом, кровь пульсировала в висках. Она не спит, это не сон.
— Приготовила два бокала, — Майра, указала на тумбочку, — ждала меня?
— Нет, конечно, — фыркнула Лео, — я была уверена, что ты кувыркаешься с отцом.
Неприятное до тошноты чувство заставило вернуть бокал с недопитым вином на поднос, развивать тему планов короля на первую брачную ночь с невесткой Майра не стала, снова спросила:
— Для кого тогда? Кто здесь был?
— Моя тень.
— Ухо-голос?
— Он, — кивнула Лео, — обиделся, ушёл. Бросил меня одну пьянствовать.
— На что обиделся?
— Не хотел, чтобы я тебя королю отдавала.
Вот как! Оказывается, у Майры есть защитник! Она улыбнулась, но тут же сникла, услышав, что ухо-голос сам претендовал на её постель.
— Что? — переспросила, не поверив.
— Глупый, — покачала головой Лео, — не понимает, что любой экс определит, королевских кровей ребёнок или нет.
— Кто такой экс?
— Редкие маги, при желании можно нанять такого и доказать неверность жены. Кучу денег стоит, мало кто способен оплатить, но рисковать нельзя. Мой сын должен быть Майсом по крови.
— Сама бы и рожала, — сердито буркнула Майра.
— Ага! — засмеялась Лео. — Полгода прятать живот? Ты вообще представляешь, что такое быть наследником? Меня и так считают ненормальным.
— Правильно считают.
— Врезать бы тебе сейчас, — печально сказала Лео, — но ты ведь сдачи дашь.
— Даже не сомневайся.
Они помолчали. «Муж» потягивала вино, пополняя свой бокал, «жена» разглядывала потолок. Положение, в котором оказалась Майра, было настолько абсурдным, что она вообще не представляла, как можно разобраться с этим. Уступить королю? Родить ребёнка для ложного принца. А что потом? Не для того ли Майс искал девушку, похожую на дочь, чтобы потом подменить одну другой? Вполне возможна такая ситуация. Принц «умирает», недаром он слывёт болезненным, во дворце остаётся его супруга с дочкой или сыном. На вполне законных основаниях. Какая судьба при этом уготована Майре? Казнят или сошлют? Нет, рожать нельзя. Во всяком случае, пока она не выяснит всех резонов этой семейки.
— Как же получилось выдать тебя за мальчика? — спросила она. — Ведь при родах присутствуют свидетели. Всех казнили?
— Расскажу, если тебе интересно, — кивнула Лео. Она здорово запьянела и настроена была благодушно: — Поскольку я много времени проводила с мамой, сотню раз выслушала эту историю...
 
***
Всё началось с того, что придворная ведунья официально объявила: пятая беременность королевы принесёт наследника!
12 (о королеве)
Двадцать лет назад
За пять лет супружества Рина Майс превратилась из самой счастливой женщины королевства в самую несчастную. Четыре дочери подряд, чем не предмет для шуток? Кто только не оттачивал остроумие на трудностях королевской семьи! Пусть далеко не каждая едкая фраза достигала ушей страдающей женщины, она воспринимала их внутренним чутьём, и даже горячо любимый супруг не мог защитить Рину от собственных терзаний. Ровно столько же дней проводила она в коленопреклоненных молитвах, сколько ночей в объятьях мужа. Боги посылали королеве одну беременность за другой, но каждый раз ведунья, призванная для определения пола будущего ребёнка, удручённо качала головой.