Идущая сквозь миры (СИ)

Бриэль наклоняется и целует меня. Его губы пахнут морем и солью, солнцем и покоем. Я позволяю ему жадно вбирать в себя мою боль, мои воспоминания, затирать в памяти те моменты, когда я провожу обряд над телом сестры, чтобы она переродилась в Богиню. Эту боль, эту невозможность оплакать ее, этот страх, что если я в чем-то ошибусь, то буду виновата в ее настоящей гибели, этот холодящий ужас на несколько минут, пока не увидела ее стоящую рядом с Кайденом перерожденной и не осознала, что все получилось. (Более подробно об этих событиях и детстве Раяны можно прочесть во второй книге цикла: «Идущая сквозь время»).
Я обнимаю Бриэля за плечи, притягиваю ближе и целую глубже, яростнее. Бери! Забирай все это! Освободи меня! Я кусаю его за губу, а затем зализываю. Он делает неуловимое движение, и я лежу на спине, а он нависает сверху, продолжая терзать мой рот. Да!! В какой-то момент в моей холодной крови вспыхивает огонек, но, не успев меня согреть, гаснет. Я разочарованно стону. Бриэль отрывается от моих губ, смотрит пытливо, словно хочет что-то увидеть. Потом садится, помогая и мне приподняться.
— Кажется, мы немного увлеклись, да? — певуче говорит он, по-прежнему пристально глядя на меня.
— Да, есть такое — немного смущенно отвечаю, чувствуя себя неловко за то, что в очередной раз использовала его для приглушения своей боли.
— Ты опять себя винишь. Не нужно. Я рад, что встретил тебя.
— Да, я все понимаю, но то, что между нами происходит, это так…неправильно.
— Это у вас в мире считается неправильным. А у нас — это нормально. Ты еще очень молода и многого не видела, не знаешь. Норма вообще понятие относительное, — Бриэль невесело усмехается — думаю, ты скоро это поймешь. Тебе нужно возвращаться, Водный Астрал хорош для пламенных душ, он их успокаивает, а тебе долго тут находиться нельзя.
Он целует меня в лоб и, легко спрыгнув с камня, ныряет в воду, взмахнув напоследок сияющим серебристым хвостом.
Я еще какое-то время сижу, глядя на воду. Но потом понимаю, что Бриэль прав, я здесь превращаюсь в ледяную статую, теряя любую чувствительность не только душевную, но и телесную. Зажимаю в руках подаренную чешуйку, представляя свою комнату во Дворце.
Секунда и я открываю глаза в своей спальне. Возле кровати стоит обеспокоенная горничная. Бросаю быстрый взгляд на окна, сереет. Значит я была в астрале недолго, не больше двух часов.
— Что такое, Инга?
— Ваше Высочество, Вас требует к себе Его Величество король Эдриан.
Требует?? В удивлении приподнимаю брови, такого не бывало никогда, чтобы дядя меня к себе требовал. Чаще приглашал. Значит, произошло что-то плохое. Неужели очередной разлом? Прямо перед моим уходом в Водный Астрал на меня накатила сильная тоска, но я думала, что успела уйти, прежде чем навредила.
Быстро встаю, с помощью горничной привожу себя в порядок, надеваю перчатки, свой извечный и постылый аксессуар. И выдохнув, иду к дяде в кабинет, а сердце бьется с перебоями, словно предчувствуя беду.
Глава 2
— Звали? — переспрашиваю у дяди, войдя в кабинет.
— Да, заходи и плотно закрой дверь.
Делаю, как говорит Его Величество, прохожу и сажусь в кресло напротив дяди. Обращаю внимание, что он выглядит очень уставшим и расстроенным.
— Раяна, не буду ходить вокруг да около, на это нет времени. У нас очередной разлом. На этот раз все очень плохо. Оттуда к нам вышли какие-то огромные монстры. Они перебили наших воинов и уничтожили три деревни, сейчас двигаются в сторону города Кеч, на границе с нашими северными соседями. До этого мы хранили в строгой тайне тот факт, что у нас происходят разломы. Но, судя по всему, в ближайшее время наши соседи узнают и о них, и о монстрах из других миров. Я послал гонца предупредить власти города и соседнего государства. Так что в ближайшее время вспыхнет международный скандал. И, учитывая распри среди знати, я предполагаю, что из тебя захотят сделать козла отпущения. И не имеет значения, спровоцировала ты разрыв в ткани миров, или нет. Это просто дворцовые интриги, а ты — неугодная наследница престола. Впрочем, я отвлекся. Ты неглупая девушка, сама все поймешь, а сейчас некогда вести светские разговоры — дядя на секунду замолчал, потирая пальцами район висков, как если бы у него разболелась голова.
 
— Что нужно делать? — спрашиваю, чтобы облегчить ему задачу.
Он поднимает на меня глаза и улыбается. С нежностью и одновременно, горечью.
— Милая моя девочка, ты, как всегда, проявляешь ко мне заботу, забывая о себе. Я рад бы сказать, что все улажу, но в данный момент времени это не так. Поэтому, думаю, тебе лучше сейчас уехать. Собери самое важное и нужное, что может пригодиться в дороге, и будь готова через два часа. Около полуночи, я за тобой приду. Поедешь в сопровождении небольшого отряда, но действительно верных людей. Если доверяешь горничной, возьми ее с собой. Если нет, то нет. Все, Раяна, иди, собирайся. Ровно через три часа я зайду.
Сделав книксен, выхожу и быстро иду к себе в апартаменты. Вытащив сундук складываю в него несколько не очень приметных платьев, две пары обуви, теплый плащ. Сначала кладу книги, потом убираю. Что за ерунда? Где и когда я буду их читать? Руки трясутся, а сердце бухает просто в голове, мешая сосредоточиться.
На минутку присаживаюсь на кровать. Делаю глубокий вдох и закрываю глаза, пытаясь отогнать все мысли. Сейчас я должна быть спокойна. Моя магия часто выходит из-под контроля именно в таких, стрессовых моментах. Еще один глубокий вдох через нос и выдох ртом. Набат в висках успокаивается, дыхание тоже. Открываю глаза. Теперь можно продолжить сборы.
Кладу пять пар перчаток — это мой самый главный и ненавистный аксессуар, но без него никуда. Моя правая рука, начиная с кисти, исписана черными рунами, они бегут по спирали вверх и выходят сбоку на шею, а потом прячутся на затылке, в волосах. Такое же уродство на ноге. Подарок Богини Смерти, знак ее особой расположенности ко мне. (О появлении рун на теле Раяны можно более подробно прочесть в 1 и 2 главах книги «Идущая сквозь время»). Еще одну пару запихиваю в потайные карманы дорожного платья и в сумочку.
Горничная суетится рядом, собирая шпильки для волос, драгоценности и прочую мелочь. Какое-то время смотрю на нее, размышляя, можно ли ей доверять. Она со мной давно. Почти восемь лет. Три последних года стала горничной, а до этого была просто девочкой на посылках. Сколько ей лет? Пятнадцать, восемнадцать?
— Инга, сколько тебе лет?
— Пятнадцать, Ваше высочество.
Значит, большую часть жизни она живет у меня. Возможно, стоит довериться. Насколько я помню, она — сирота и братьев, сестер у нее нет. Но она так молода. Тут во Дворце, ей будет спокойно и тихо, а со мной…, кто знает, что меня дальше ждет…
Она в замешательстве на меня смотрит, видимо, ощущая мое настроение, и делает то, что является для меня полной неожиданностью. Быстро пересекает комнату, преодолевая расстояние между нами, и бухается у моих ног на колени.
— Ваше высочество, возьмите меня с собой. Я пригожусь, я много чего умею. И шить, и вышивать, и есть готовить. И немного во врачевании понимаю. Пожалуйся, не бросайте меня тут — она умоляюще складывает руки и смотрит на меня сквозь слезы.
— Инга, — пытаюсь объяснить ситуацию девушке — мы не в летний Дворец едем, даже не в загородный дом. Я вообще не знаю, куда отправимся, и что нас ждет. Допускаю, что будет опасно, возможно даже, смертельно опасно.
— Я осознаю всю трудность ситуации, Ваше высочество. Пожалуйста, возьмите меня с собой.
— Хорошо. У тебя есть полчаса на сбор своих вещей, беги.
— Я управлюсь за пятнадцать минут — уже выбегая, отвечает девушка.
Невесело усмехаюсь. Оглядываю комнату, не забыла ли чего. Беру с каминной полки наш с сестрой детский портрет. Глупо его забирать с собой, но я не в силах расстаться с ним, а потому, не смотря на холодные доводы рассудка, прячу его на дне сундука, завернув в платье. С тоскливым вздохом смотрю вокруг. Я все здесь любила. Тут еще живут мои воспоминания о наших с сестрой шалостях, о беззаботных днях.