Звезда галактического ринга (СИ)

— Пропустите, пожалуйста, — пищит, решив к школе двинуть.
Анастаси ее в газон и спихнула и трусы, не снимая шорт вытянула. Вот няшка визжала истошно… Дальше пошли. В кафешку одноэтажную. Внутри две няшки за столиком да одна официантка. Присели к окошку за круглый стол. Я хоть и голодная, но у клонов есть не хочу. Официантка подошла, улыбнулась нам с лаской неподдельной.
— Чего желаете?
— Тебя, — выдала Анастаси.
— Моя смена заканчивается через два с половиной часа, — не растерялась зеленоглазая няша. — Можем погулять в парке или сходить в кино. Заказывать будете, почтенные висечки?
Заказала подруга кучу еды и выпивку. Пока ждали, еще три девчонки вошли, судя по шлемам в руках и наколенникам, велосипедистки. Борясь с острым желанием посмотреть, какие у них сиськи, опрокинула три рюмки подряд. Официантка ловкая попалась, бегом все приносит, ловко расставляет.
Барменша появилась, ибо три велосипедистки за стойку уселись, прямо к нам своими задницами. На нас вообще не смотрят, болтают, посмеиваются и молочные коктейли пьют, со своего места даже чую это молочное, клубничное пойло.
— Сколько зарабатываешь? — Тормозит официантку Анастаси.
— Пять кредитов за смену, — пожимает плечами и улыбается мило. Так потискать хочется, миленькую.
— На кой черный Квазар тебе кредиты? — Выпалила уже изрядно пьяная подруга.
— Вообще — то я коплю на велосипед! — Торжественно заявила официантка. — Что — нибудь еще желаете?
— Ныряй под стол, хочу чтобы ты мне отлизала, — произнесла Анастаси серьезным тоном.
— Знаете, я не такая, — возмутилась висечка. — Мы же договорились на свидание вечером, м? Сначала надо пообщаться там, узнать друг друга получше…
— Десять тысяч кредитов тебе на велик хватит? — Перебила Анастаси вымученно.
Официантка рот открыла, думает.
— Пятьдесят, — не оставили шансов женщина.
Полезла висечка под стол, и начала свое грязное дело. Женщина довольная, борется с наваждением блаженства, даже пытается кушать. А я отодвинулась подальше, посматриваю на троих. А те на нас. Видно же, что официантка под столом. И просидела она там немало, пока от удара из — под стола не попадали бокалы. Няшка головой ударилась о столешницу, неожиданно вскочив. Видимо, забыла, что она под столом, между ног у незнакомки делает.
Выскочила, щеки красные, оглянулась воровато на посетителей у стойки и умчалась прочь.
— Ты ведь ей ни хрена не заплатишь? — Смеюсь, а самой даже жалко.
Еще рюмку хлопнула.
— Забыла уже. — Кивает. — А вот тех трех я бы немного осадила, они высмеивают мои бантики.
— Тебе лишь бы повод найти.
— Ну а та слева, разве не нравится тебе? — Провоцирует Анастаси.
А я уже в мясо пьяная, плывет все. Девочки вообще супер, но сил их насиловать просто нет.
— Эй, сучка, чего ржешь? — Промямлила в сторону висечек. Те подорвались сразу и к нам. Две, что за столом сидели, уже ушли.
— А ты чего грубишь, вися? — Кивнула одна из девчонок, на вид самая кругленькая и сисястая.
Удивлена смелости девиц, но понимаю, они видят нас обычными. И сетуют лишь на количество. Их трое, нас двое. Значит, они должны победить.
— Эй, потасовок мне тут не надо! — Раздалось с бара визгливое. — А — то группу порядка вызову!
Группу порядка? Полицию что ли?! Даже забавно. Анастаси уловила мой интерес, подскочила, схватила одну девку, швырнула, как мягкую игрушку через стойку бара, попутно разорвав на груди майку. Посыпались склянки. Две другие полезли в драку. Няшки оказались агрессивными и выхватили по первое число. Ни с кого одежда не срывалась, видимо, это и сыграло в пользу их смелости. А вот если бы мы занялись насилием, тут был бы больший испуг. Анастаси об этом знала, а я догадалась.
Вскоре приехала на велосипедах полиция. Через стекло обширного окна видно, как группируются няшки, одетые в черный обтягивающий латекс. Красивые чернобровые брюнетки с тонкими чертами лица в количестве десяти штук полны решимости, вот только оружия у них никакого. Лишь рации увидела на красивых поясках.
Куча женщин — кошек встали перед крыльцом кафешки, как проститутки на Тверской.
 
— Нарушители! — Раздалось в рупор. — Выходите с поднятыми руками без одежды!
Я чуть водкой не подавилась. Анастаси ржет, как лошадь, и начинает раздеваться с азартом в глазах. Тем временем барменша, официанта и три велосипедистки тоже начинают спешно скидывать с себя шмотье! Лица испуганные, ну не идиотки, а?!
— Ты дура что ли?! — Шиплю на подругу, стремительно трезвея от адреналина, ударившего в кровь.
— Что не так, Кэт? — Произносит хитро, вываливая грудь мясистую на показ. — Мы правонарушители и должны понести наказание в соответствии с законами Кафлифа.
— Давай просто свалим отсюда?! Убежим, у них нет оружия, а ноги короткие!
— Висечки бегают быстро, от них не удрать, — это явный сарказм.
Вперед вышли местные нагишом, их сразу скрутили и в сторону. Уже не десять няшек полицейских, а все двадцать. Да еще народ няшный сбежался посмотреть. Велосипедисты, прохожие, даже школьницы.
Ухватили и нас цепкими лапами. Эти девахи посильнее прежних, действуют стремительно. А мне стыдно, когда столько красивых глаз смотрит на мою грудь. Смутиться бы. Да это только начало!
— Обыскать! — Рявкнула злая полицейская, вероятно главная.
— Куда обыскивать — то, мы голые?! — Возмутилась я и меня тут же приставили к стеклу окна кафешки, как и мою подругу неподалеку. Две девки держат, одна обыскивает. Латексные перчатки касаются кожи и ведут выше по бедрам, на внешнюю сторону. Невольно ахнула, испытывая необъяснимые чувства от контакта с латексом. Пошла ручонка обратно и прямо между ног. Латексный палец к половым губам пошел, потер слегка клитор и к анусу, не проникая в кису. Надавил и стал проходить со скрипом, все глубже. Вторая рука обхватила спереди кису, сжала ее, не давая тазу сопротивляться. Киса моя ахнула, ноги сами раздвинулись шире.
— Что ты делаешь, тварь такая, — кряхчу от дискомфорта в анусе. Я же не няша с вечно влажными дырами. Чертов латекс, почему он меня так возбуждает?!
— Кажется ничего не прячет, — произнесла няшка и вынула палец из моей попы довольно резко. Вот я и ощутила, что та девочка в туалете.
— Ау! — Возмутилась от крайне неприятного ощущения, что в сочетании с другими быстро переплыло в что — то назревающее в паху… Меня потащили назад. На газон поставили на четвереньки силой. Вокруг народ, а я голая в позе собачки, грудь свисает, тут еще ноги шире сделали небрежными ударами по внутренним сторонам бедер, опустился таз. Полицейских много, и не дернуться. Становится стыдно и страшно, и все же это тоже возбуждает.
Подо мной проползает девка в латексе.
— Спину ниже! Ноги шире, заключенный! — Рявкнула та, что сзади и шлепнула звучно по ягодице.
Няшки, что вокруг смеются гадко. Та, что снизу, хватает руками за ягодицы и раздвигает их до предела. Чувствую, как деформируется кольцо сфинктера, натягиваясь, и разлипаются губы. Именно разлипаются, я возбуждена!
Два пальца в латексе окунаются в кису. Мажут там небрежно, будто мазок у меня берется.
— Злой умысел доказан! — Говорит главная, демонстрируя мне, а затем и публике мои вязкие соки, растянутые струйками меж пальцев.
Народ ахает, во дебилы! Мои ягодицы никто не отпускает. Кисы касается язык сучки, что снизу, она же и держит меня такой распахнутой. Удовольствия не особое, ибо в животе страх и смущение. Через мгновение в попу проскальзывает палец главной, легко проходит, так как смазку я ей обеспечила.
— Ууууу, — скулю, чувствуя, как он все глубже проникает в меня. Сжимаю анус, чувствуя инородную, настойчивую твердь.
 
Заходил палец, одновременно заработал язык на кисе. Разгорается промежность, анус дергается от манипуляций с клитором. Эти сучки знают свое дело. Еще две полицейские няшки подлезают под грудь, устраиваясь на животе той, что лижет кису, их губы почти одновременно касаются моих сосков, прям четко, без всяких иных касаний. От чего я просто чуть не улетела в иное измерение. Все же латексные лапки начинают мять мои сиськи. Меня берет за волосы пятая девка в латексе и вздымает голову, во рту море слюны, и она все выделяется и выделяется. Шестая мучительница становится на четвереньки напротив, подпирает мой подбородок и целует в засос. А у меня уже ручьем льются слюни… Язык входит в мой рот. Трахают в попу с одновременными ласками кисы, а еще обсасывают грудь. Весь этот ком блаженства копится и нарастает. Я уже столько раз кончала. И не могла вообразить, что могу в скором времени еще, ибо выжата, как лимон. Но меня так трахают, что кончаю буквально за минуту от прокусанных внезапно сосков. На этом не останавливаются, продолжая владеть моими эрогенными зонами и мстя за своих школьных товарищей. Кончаю еще раза три, и няшки прекращают издеваться, шлепают по заднице, опускают.