Звезда галактического ринга (СИ)

Нависает надо мной. Смотрит фиолетовыми глазами с некой тревогой. Склоняется, целует в губы. Адреналин бьет в голову, прихожу в себя. Сознание неожиданно ясное, будто ее поцелуй имеет реанимирующие свойства. Не успела обрадоваться, меня тут же ставят раком лицом в пол.
Влажный палец входит в саднящий анус. Затем второй. Оба ходят поршнем, сгибаются, продавливая полость в сторону кисы. Чувствую что — то иное, но боль от жжения перетягивает на себя все. Влаги вдруг стало больше, скольжение пошло. Легкое, свободное. Не уловила, когда появилась смазка. Да, от нее легче. Но не от того, что в мою попу входят уже три пальца! Она разрабатывает мою задницу! Дырка все больше, я даже не ожидала, что она может так растянуться. Немыслимо, но вскоре их уже четыре! И они входят легко, входят и выходят. А я чувствую лишь дискомфорт, жжение, натяжение и слабость там… Бессилие. Рука ее работает уже в разные стороны, пальцы будто обтесывают мою дыру, трутся в сторону ягодиц и вверх. Ходят, разминают. А дыра уже не закрывается. Я даже боюсь напрячь ее, дабы не вызвать боль. Красная полость на всех экранах, а еще там мое очумевшее лицо, едва закрытое тонкими прядями волос.
Анастасия старательно разрабатывает мою задницу. Часто вынимает пальцы полностью, чтобы полюбоваться не закрывающейся задницей. Во мне дыра! Как теперь я буду ходить в туалет?! Рядом со мной появляется корзина! И трибуны просто разрывает от эмоций. А меня начинает трясти от новой волны страха!
— О! Крошка, теперь самое интересное, — шепчет Анастаси, не выпуская меня.
Хватает черную штуку, похожую на каплю и засовывает в мой зад. Та легко заходит, даже страшно. Тяжесть, холод, постороннее… От нее ее идет провод и круглая штуковина. Соперница давит на кружок, и тот накачивает воздух в пробку, делая ее больше. Натяжение внутри, наполнение. Стенки прямой кишки податливо растягиваются перед настойчиво разрастающейся пробкой, что заполняет меня полностью.
Скулю, как сука, прося пощады и боясь даже пошевелиться.
— Терпи, крошка, терпи сучка стыдливая, — шепчет, тяжело дыша.
Накачивать перестала, потянула!! Сфинктер разрывается от натяжения. А пробка тянется, но будто уже что — то свое. Чувства противоречивы, хочу избавиться от чужеродного тела, но боюсь порвать свое мышечное кольцо. А еще я начинаю реветь, ибо моя задница раздолблена до такой степени, что страшно уже смотреть.
— Ууууу, — не могу ничего больше издать, кроме этого. Вспоминаю Фару.
Пробка выходит через режущую боль. Страх заставляет смотреть за этой корзиной с извращенскими штуками! Но Анастаси не берет больше ничего. Она переворачивает меня на спину. Ложится за моей головой, подгребает одну ногу своими двумя. Вторую ногу берет руками. Тянет, затылок упирается в ее пресс, подбородок утыкается к груди. Мы, словно лук: я — древко, она — тетива. Раскорячила меня в новой позе. Я и сопротивляться боюсь. Руки отпустили ногу. Одна со спины снова полезла к заднице и легко прошла туда сразу двумя пальцами. У меня уже не анус, а пластилин раздолбанный. Ногами сжала сильнее мою ляжку и раскорячила сильнее. Вторая рука легла на живот и пошла прямиком к кисе.
— Пожалуйста, я не вынесу, — молю, сквозь слезы. — Куда уж хуже?!
Внимая моим мольбам, а может и делая задуманное, Анастаси вторглась меж половых губ и остановилась в районе клитора. Потрогала там, потрепала немного, надеясь, что я уже влажная. Но нет… Тогда послюнявила пальцы и уже влажными продолжила трепать его умело. Сначала я не реагировала, и ничто в моем теле не реагировало на это. Массаж прямой кишки мешал, отвлекал, мучил…
Но вскоре что — то изменилось. Зажатая нога в ее ляжках… сильные пальца во мне. И эта легкость, с которой она треплет кису, не проникая. Публика и все вокруг перестало смущать меня. Она перестала быть спустя время. Волна пришла, как я ее не отгоняла и как не боялась неведомого. Думала, если поддамся, то она полностью поимеет меня… В разработанный анус входит уже вся ее рука! Эта мысль разрывает мое сознание даже больше чем вся боль! Щиплет сфинктер горит внутри. Но это натяжение внутри, беспомощная поза с растянутыми связками, ее сильные бедра, сжавшие мое, холодный палец, что не оставляет мое укромное сладкое местечко ни на секунду — все это глушит боль и дискомфорт.
 
Ниточки блаженства собираются в промежности, нарастая одной общей сладкой волной. Я держусь, хочу продлить это состояние до наступления пика блаженства. Дольше… дольше… Это феерический наркотик высшей степени удовольствия. Анастаси опускается к моей груди губами, сжимает сосок, оттягивает его, прихватив аккуратно зубками. И я уже не могу! Взрыв такой мощи, что все тело содрогнулось в конвульсиях сладости. Но соперница не отпускает меня. Продолжает трепать клитор! Анус сжимается, чувствую внутри себя пальцы, которые сдавливают мои мышцы в неконтролируемых конвульсиях.
Анастаси замерла, наблюдая как я бьюсь в оргазме, что взрывает мой мозг, открывая на безумный миг похотливый мир без стеснений и предрассудков…
Но все хорошее когда — нибудь заканчивается. И приходит разум.
— Отпусти, — шепчу и начинаю ахать от того, что ее пальцы медленно выходят из моего горячего, податливого ануса.
Звук гонга оповестил, что мои мучения закончились. И что на нас смотрят миллионы.
— Мне понравилось, как ты сокращаешься, крошка, — произнесла женщина, поднялась и пошла с ринга. А я осталась лежать, как публично оттраханная проститутка. Попа горит, киса стонет. А я тяжело дышу, сжимая высвободившиеся бедра. На экранах мое, будто вывернутое наизнанку, красное анальное отверстие.
В моем поле зрения появляется Мила. Лицо хмурое, я бы даже предположила, что заботливое.
— Ты кончила с рукой в заднице, — выдала вдруг с такой неподдельной претензией.
А мне так стало стыдно, что повернулась на бок и сжалась вся, обхватив руками голое тело. Или почти голове, на мне все еще юбка.
— Следующий бой будет с мужиком, — произнесла рыжая, окончательно добивая меня. — Тебе Нелина в пару. Я не знаю, что он с тобой сделает, судя по сегодняшнему бою. Я больше за Нелину переживаю. А ты ведь ей хрен поможешь, потаскуха немощная.
Поднимаюсь сама, дабы не наслаждались моим выражением лица зеваки.
— Кэтрин! Кэтрин! Кэтрин! — Скандирует арена с восторгом. А я в шоке покидаю ее, как та еще стыдливая сука.
  
Глава 12. ДУШУ ДЬЯВОЛУ ЗА ПОЦЕЛУИ
 
Еще на выходе я увидела кровь, текущую ручьем по бедру. Острая боль вонзилась в мой пылающий жаром анус. И я просто потеряла сознание. Очнулась, лежащая в капсуле. Через стекло смотрит на мои голые сиськи Алия. Задумчиво так…
А я задаюсь вопросом, что произошло?!
Перед глазами возникает голограмма, на которой в трехмерной проекции показана анатомия человека. Причем все в натуральных цветах только с подсветкой. Вскоре понимаю, что это я изнутри так выгляжу. Диагноз: разрыв прямой кишки в нескольких местах. Поежилась, опасливо сжала там. Отпустило беспокойство сразу, ибо не почувствовала ничего, что не чувствовала до встречи с Анастаси. Подлатали, вернули все, как было.
Даже не опасаясь, что Алия видит то же, что и я, решила в этом убедиться, вызывая интерактивную картинку с моим вылеченным анусом.
Вылезла из капсулы, уселась с краю. Алия смотрит с заботой, стоя в полуметре. Сука, которая меня била кнутом, теперь заботится обо мне. Мир построен на противоречиях, сколько раз вдалбливали это мудрецы.
— Агентство, выставившее бойца, получило крупный штраф, — выдала, утешая. — Часть ушла на твое восстановление, другая тебе. Плюс гонорар.
 
Ага, вижу, что баланс мой, наконец, стал положительным. Сто сорок три тысячи кредитов. Какое — то время назад я интересовалась стоимостью билетов до Земли. От шестидесяти тысяч и до половины миллиона, в зависимости от класса и самого лайнера. Самый дешевый вариант: три пересадки, тридцать шесть суток в пути, еда с собой.