Медиум

– Что? Ходили слухи?
– Никаких слухов не было. Услышали бы старшие такое, сразу бы Вилли вызвали и с пристрастием стали выяснять: мол, где доля в общий котёл? По чьему разрешению такой крупняк затеял?
– Откуда тогда сейчас к Ловчиле такой интерес?
– Сам не пойму, но кое-какие подозрения появились. Френки – старик, но память у него хорошая, многое и про многих помнит. Тогда наши не прикидывали, просто не думали на Ловчилу, а вчера он хорошенько повспоминал слухи про Виллины скоки-лавочки, на салфетке расписал хронологию. Получилось, что Ловчила именно на то время выпадал из деловой жизни. Причём не сидел, не был ранен, не болел.
– Подозрительно!
– Вот и я про то. Ещё одно Френки вспомнил: у Ловчилы тогда был близкий приятель, погоняло Арапчик. Так он вдруг куда-то пропал. Может, конечно, завязал…
– А может, помер! Надо у этого самого медиума спросить! Гы-гы!
– Смейся, смейся! Но я с ним уже поговорил. Даже договорился, что он с Вилли перетрёт, чтобы тот на мои вопросы ответил. Тысячу ему посулил.
– Босс, за такие бабки я тебе десяток этих… спиритистов приведу! Может, и больше, если столько в городе наберётся.
– Вот-вот! За бабки! А этот от денег сразу отказался: сказал, что его клиент – мистер Брасс.
– Чего это он? Совсем дурной?
– Не похоже. Просто богатенький мальчик с детства увлёкся очарованием потустороннего мира, нахватался знаний и живёт себе всласть. Знавал таких. Чего смотришь? В юности я сам в университете учился. Встречал там и похлеще типчиков.
– В университете? Я типа того… уважаю. Сразу видать, босс: вы не нашего поля ягода. У вас голова и всё такое…
– Ладно тебе! Страховщики что-то знают. Ко мне вчера их главный следователь приезжал. Тоже хочет Вилли расспросить о деле. О каком, не сказал, но медиумам верит. Видать, неспроста. Что ни говори, а дураки до такого места не дослуживаются.
– Надо знакомых полицейских подёргать. Может, они что-то знают.
– Уже! Сегодня вечером один придёт. Заигрался, долгов наделал. Я хотел его подольше поводить, чтобы крепче увяз, но пришлось подсекать. Думаю, что-то нам расскажет.
– Высоко сидит?
– Не слишком, но на правильном месте. Через него, почитай, все документы проходят.
– Здорово! Умеете вы, босс!
– Да уж! Стараюсь. Сегодня мы на кладбище поедем. Будем с Ловчилой разговаривать. Ты на всякий случай пошли туда по аллейке погулять пару парней покрепче. А то я что-то сомневаюсь.
– Просто парней послать? Или с «джонни-ганом»?
– А давай с «джонни»!
Ученик
Утром, после прихода в контору, мистер Нельсон узнал, что его ждёт некий Джузеппе. И секретарше, и шофёру этот тип не нравился. Шоне – из-за его профессии. Сутенёров она не любила, так как считала, что те наживаются на падших женщинах и заставляют их пасть ещё ниже. Правда, как порядочная женщина и честная вдова, проституток она просто ненавидела. Нет, не из-за того, что они демпингуют, торгуя собственным телом, тем самым отвлекая ветреных мужчин от приличных дам и создавая нездоровую конкуренцию. Даже не из-за того, что эти, извините за прямоту, шлюхи позорят лучшую половину человеческого рода и нарушают все писаные и неписаные церковные правила. Её ненависть была основана не на абстрактных понятиях о морали. Нет! Всё было значительно хуже: покойный муж попал под автомобиль, упившись с одной такой особой.
Лулли испытывал к Джузеппе смешанные чувства. Не столь важно, что оба были крепкими мордоворотами, и никто заранее не смог бы предсказать, который из них победит, если начнётся драка. Подобных здоровяков полно, и они отнюдь не желают на каждом шагу выяснять, кто из них круче. Зачем? Смазливой внешности Хенди тоже не завидовал, ему не то что нравилось собственное лицо, а просто было наплевать. Чай не баба, чтобы в зеркало на себя любоваться, у мужчины главное другое. Что именно «другое», не продумывалось – другое, и всё тут! Однако Лу сильно смущала профессия. Сутенёр – это что-то такое… липкое, скользкое. Он сам никогда бы не хотел стать сутенёром! Но, положа руку на сердце, каждый день проводить время в компании красоток… И не просто проводить! Вы понимаете? Любого мужчину такое невольно привлекает.
 
Словом, Джузеппе не поили чаем с печеньками, пока он ожидал прихода медиума, зато потом сразу позвали в кабинет.
– Мистер Нельсон, хочу сказать, что вчера поздно вечером вами интересовалась полиция. Точнее, они расспрашивали о ваших вечерних передвижениях. Три моих девочки видели вас на пути из ресторана до вашего дома.
– Сердечно благодарю.
Джек достал было из стола чековую книжку, но сутенёр тотчас остановил его:
– Мистер Нельсон, прошу вас, не надо. Эту услугу я оказал вам из уважения, а не за деньги. Зачем полиции беспокоить достойного человека?
– А чего они хотели?
– Точно не знаю, но в переулке нашли три трупа. Говорят, умерли сами. Ран, ссадин и синяков не обнаружено. Возможно, это яд, но синюшности губ, признаков асфиксии или чего-то подобного не было. В морге должны будут это проверить.
– Пусть ищут. Не думаю, что что-то найдут.
– Да, конечно. Так бывает: идёт человек по улице и вдруг падает. И ещё одно. Мне рассказал знакомый из полиции, что на одежде нашли следы зелёной слизи.
– Ничего страшного. Некое летучее белковое соединение. Безопасное и быстро распадающееся.
– Я понимаю. Разрешите ещё раз выказать вам своё глубокое уважение. И, если позволите, мне бы хотелось вновь попросить вас взять меня в ученики.
– Что ж, услуга за услугу. Но подумайте, Джузеппе, вы действительно этого хотите? Ведь вам придётся кардинально поменять свой образ жизни.
– Мистер Нельсон, давайте поговорим начистоту. Я реалист, мне сорок два, из них двадцать лет в деле, и никаких перспектив не светит. Увы! Мы все не становимся моложе, а работать на улице с возрастом всё сложнее. А сейчас на моё место метят конкуренты.
– Дела так плохи?
– Нет, это бизнес. Некая довольно крупная… э… фирма хочет расшириться. Реально оценивая ситуацию, предпочитает мирно договориться и выплатить приличную сумму, но в случае отказа конфликт неизбежен. С моими связями я, конечно, выстою, но бизнесу война очень навредит.
– Я вас услышал. Тогда, пожалуй, задам несколько вопросов. И первый из них может показаться неожиданным: вы знаете латынь?
– Мне удалось окончить церковный колледж под покровительством иезуитского ордена. Моя мама хотела видеть меня священником. В церковники я не пошёл, но греческий и латынь знаю неплохо. Томики Плутарха и Тацита вожу с собой в машине. Знаете ли, люблю полистать классиков. Они успокаивают.
– Недостаточно, но значительно лучше, чем ничего. Многие и этого не знают. Вам придётся подучить язык. Средневековая латынь несколько отличается от классической.
– Я готов, но где?
– Где выучить? В университетской библиотеке. Я дам вам рекомендательное письмо к одному очень знающему человеку. Он вас подтянет до нужного уровня и одолжит для перевода некую книгу. Вы слышали о путешествующих в Сантьяго-де-Компостелу?
– О паломниках? Да, конечно.
– Это путевые заметки одного путешественника, тоже своего рода паломничество. Вам придётся повторить его путь из Месопотамии до Карфагена с заходом в девяносто семь других старых городков. Куда конкретно и что делать в каждом, прочитаете в переведённом томе. Согласны?
– Да, конечно. Хотя несколько неожиданное требование.
– Мне самому пришлось пройти этот путь. И поверьте, с современным транспортом вам будет не в пример легче путешествовать, чем раньше. Железная дорога, самолёты, пароходы. В моё время с этим было несколько хуже. Заодно посмотрите мир. Апеннины, Ближний Восток, Африка. Прекрасные места. Правда, иногда опасные.
– Я риска не боюсь!
– И это правильно. Хотя какой сейчас риск? Там относительно спокойно. Словом, готовьтесь к путешествию. Когда переведёте книгу и выясните все те места, которые вам будет необходимо посетить, то зайдёте в агентство «Томас Кук и сыновья». Они вам проложат маршрут, купят билеты, поменяют деньги на дорожные чеки и всё такое. Только помните, что отклонения от маршрута не допускаются! Контролируйте ваших туристических агентов.