Мой сводный кошмар (СИ)

Я никогда в жизни не летала на самолете… Да что там говорить, я даже стоя на мосту не могу заставить себя посмотреть вниз, не ощутив при этом головокружения и тошноты. Но мне неловко признаться в этом перед Кириллом и ребятами. У всех такое отличное настроение, что я не хочу им его портить какими-то фобиями.
Когда мы едем к аэропорту, я заставляю себя улыбаться, но, когда оказываемся внутри, скрывать страх становится все сложнее.
Пока мы идем, я невольно вспоминаю все фильмы с авиакатастрофами, и все подобные новости, которые читала, слышала или видела когда-либо в жизни. Мои ладони потеют, а сердце колотится, как безумное.
Ты сможешь, Злата. Это всего-лишь самолет. Люди летают на них каждый день.
И иногда разбиваются.
Я шумно сглатываю, и пытаюсь взять себя в руки. Напомнить, что люди также, даже гораздо чаще, попадают в автокатастрофы, но легче от этого почему-то не становится. Я тяжело дышу и мельком смотрю на ребят, пытаясь понять, не заметил ли кто-то странностей в моем поведении, но, к счастью, Лина и Алекс слишком заняты друг другом, и не замечают ничего вокруг. Вот только Кирилл крепче сжимает мою руку, словно пытается поддержать, обещая, что все будет хорошо.
Когда мы проходим все необходимые процедуры перед посадкой, и приходит время подниматься на борт, мне кажется, что я сейчас упаду в обморок или закачу истерику и сбегу, только бы не заходить туда, но Кирилл идет рядом со мной, и я заставляю себя пойти на это.
Пока мы стоим, и стюардесса рассказывает нам технику безопасности, и до самого взлета я почти не дышу. А когда самолет разгоняется и наконец отрывается от земли, я так сильно вжимаюсь в кресло, словно собираюсь слиться с ним воедино.
Все это время я держу глаза закрытыми, пока Кирилл не касается моей щеки.
— Посмотри на меня, Злата, — шепчет он, и я открываю глаза.
  
Глава 27
 
Злата
Когда я садилась в самолет, я была уверена в том, что умру от страха, если посмотрю в окно во время полета. Если буду не только знать, но и видеть то, насколько мы высоко над землей.
Однако, стоило мне посмотреть в иллюминатор, стоило взглянуть на пушистые белые облака внизу, на леса, поля, города, реки и озера, что простираются под нами, как у меня перехватило дыхание. Я была настолько заворожена, что все страхи мигом вылетели из моей головы.
Кирилл тихо смеется, наблюдая за тем, как я прилипла к окну, и я снова сажусь ровно.
— Не смейся, я знаю, это выглядело глупо, — хмуро говорю я.
— На самом деле это выглядело мило. Я надеялся, что тебе понравится, и что вид из окна тебя немного отвлечет.
— Это сработало, — отвечаю я, и не могу сдержать улыбки.
Проклятье, когда он на меня так смотрит и улыбается, я на него даже дуться не могу!
Оставшиеся полтора часа полета прошли легче. Если не считать одного раза когда мы наткнулись на воздушную яму, и я вцепилась в Кирилла руками и ногами, их даже можно назвать приятными.
Ну а когда мы приземлились, прошли регистрацию и наконец-то поймали такси, чтобы нас отвезли к нашему отелю, к окну прилипла уже не только я, но и Лина, и я была почти уверена в том, что она, как и я, ждет, когда там покажется море.
Мне всегда казалось, что в том, как солнце бликует на поверхности воды, есть своя особая магия.
Когда мы подъезжаем к отелю, и на горизонте показывается море, у меня перехватывает дыхание. Знаю, это немного по-детски, но я не могу дождаться того, чтобы оказаться на берегу.
Наш отель хорош, он выглядит современно и очень дорого, но я почти не смотрю ни на него, ни на бассейн. До тех пор, пока мы не оказываемся внутри.
— Обалдеть! — шокировано выдыхает Лина, — Вы что, оставили здесь всю свою годовую выручку?!
Кирилл с Алексом переглядываются с довольными улыбками. Похоже они добились желаемого эффекта.
Наш номер оказывается большим, трехкомнатным и просторным. В нем две спальни с большими двухместными кроватями, на каждой из которых, кажется, можем поместиться все мы четверо, плоскими телевизорами и шкафами для одежды, общей гостиной с двумя диванами, креслами и общим столом, общей ванной с джакузи и балконом с плетеными креслами и видом на море.
 
В номере преобладают бежевые, коричневые и черные тона, а еще в нем много живых растений, за которыми явно отлично ухаживают.
— Мы заказали завтрак в номер, его должны принести примерно через двадцать минут. Если хотите, можете пока принять душ.
О, мы хотели! Так что даже спорить не стали.
Чтобы было честно, мы с Линой сыграли в камень-ножницы-бумага, и, как победитель, я первая пошла в ванну, прихватив с собой сменную одежду. Полотенца, тапочки и всякая уходовая косметика в маленьких бутылочках предоставлялись отелем.
Как я и думала, нет ничего лучше, чем душ после долгой дороги. Особенно летом, во время жары. После него я мигом чувствую себя посвежевшей, и заодно вспоминаю как сильно я проголодалась.
К счастью, нас не заставляют долго ждать, и приносят завтрак еще до того, как Лина выходит из душа в халате. Ее вид — одна большая провокация для Алекса. И, судя по тому, как они с Кириллом обменялись взглядами, прежде чем мы вышли из комнаты, она сработала.
— Может сбежим из номера? — предлагаю я, бросив взгляд на море за окном.
Пляж частный, а большинство посетителей еще либо не проснулись, либо предпочли морю бассейн, так что места там предостаточно.
На губах Кирилла появляется хитрая, почти хищная улыбка, и он соглашается.
Я все предусмотрела, так что купальник заранее на мне, под одеждой, а вот Кириллу приходится сходить в душ, прежде чем мы выходим из номера, и надеть плавки. Впрочем кроме них он ничего и не надел, демонстрируя сначала мне, а потом и всем остальным все шесть кубиков пресса.
Кажется меня тоже решили подразнить.
— Что-то не так? — с улыбкой спрашивает он, и я отворачиваюсь.
Хоть мы и встречаемся уже полгода, я до сих пор не могу привыкнуть к тому, что он ходит рядом со мной без футболки.
Как оказалось, это мелочи по сравнению с тем, что я чувствую, когда на него пялятся другие женщины. Как будто меня рядом и нет, честное слово!
Я злюсь и беру его за руку, и вижу, как на их лицах отражается досада, а я словно говорю: “Выкусите, он мой!”.
Да, может это немного по-детски, но я ничего не могу с собой поделать.
Когда мы оказываемся на пляже, Кирилл как-то хитро улыбается, а потом неожиданно подхватывает меня на руки и бежит к воде.
— Кирилл! Кирилл, подожди! Я же еще даже не раздела-а-ась! Кири-и-и-ил!.. — кричу я, а этот нахал смеется и с разбега влетает в воду.
Раздается всплеск, и я чувствую, как одежда намокает и прилипает к телу, облегая его как вторая кожа. Я знаю, что он тоже мокрый, и все же пытаюсь его обрызгать, и тогда Кирилл смеется и прижимает меня к себе. Вода еле теплая, и все же мне жарко.
— Дурак… — шепчу я, а потом он накрывает мои губы своими, и целует так, что у меня кружится голова.
Какое-то время мы просто стоим по пояс в воде и целуемся, как будто ничто на свете больше не имеет значения, а потом нас окликает Лина:
— Фу! Здесь же дети! — смеясь, притворно возмущается она, и мы нехотя отрываемся друг от друга.
Они с Алексом тоже переоделись. Лина в смежном купальнике оливкового цвета, а он в черных плавках на манер шорт. В ее руках надувной мяч для игры в водное поло. Я удивленно приподнимаю брови, не понимая когда она успела его взять с собой.
— Вы играть собрались?
— А ты что, боишься, Злата? — поддразнивает меня Лина, слегка подкидывая мяч, и я прищуриваюсь.
— Боюсь? — возмущенно фыркаю я, — Еще чего!
Хотя, если честно, это правда. Вообще-то мне неплохо дается спорт, но командные игры с мячами — совсем другое дело. И не сосчитать, сколько раз я получала мячами в школе.
— Тогда как насчет пари? — предлагает она, — Проигравшие выполняют одно желание победителей!
Я хмурюсь. Мне совсем не нравится это предложение, и я совсем не уверена в том, что смогу выиграть, но врожденное упрямство не позволяет мне в этом признаться, и я киваю, надеясь, что парни вмешаются и остановят нас. Но, как назло, им нравится эта идея, и они решают ее поддержать.