Женское счастье (СИ)
И жить дальше.
Глава 29
Даниэла
Сестра дает мне время проснуться окончательно и привести себя в порядок. Даже позавтракать. Потом просто кладет передо мной на стол телефон (мой же!) и повелительным тоном командует:
- Звони!
Смотрю на телефон и никак не могу решиться. Словно клянчить что-то собралась.
- Звони, говорю! Знаю я тебя. Как только я уйду, ты передумаешь.
Трагично вздыхаю и, найдя в телефонной книге номер Крыжевского-старшего, жму на зеленую кнопочку. Номер телефона он мне оставлял, когда Жасмин в больнице лежала. На всякий случай.
- Алло? - отзывается мужчина почти сразу же.
- Алло... - мычу в ответ. Как неловко-то! - Эм...
- Даниэла, что-то случилось? - обеспокоенно спрашивает Антон Павлович.
Тут же ругаю себя. Человек итак на нервах, а тут я... Эм...
- Да, это я, - всё-таки мне удается договориться со своим речевым аппаратом и начать произносить слова, - Антон Павлович, мне Жасмин только что сказала про поездку...
Крыжевский к моему удивлению тихо смеется.
- Я был уверен, что вы позвоните, Даниэла. Не забивайте себе голову. Если предлагаю, значит у меня есть возможности. Не думаете же вы, что я выжил из ума? А Жасмин так будет лучше, спокойнее. Соглашайтесь.
- Хорошо, - выдыхаю я. Чувство неловкости никуда не делось, но назвавшись груздем, приходится лезть в корзину.
- Отдайте свои документы Жасмин, она мне их сегодня завезет и через два дня собирайтесь на самолет.
Всё-таки расплываюсь в счастливой улыбке.
- Спасибо вам большое.
- Пустяки, Даниэла. До свидания.
- До свидания.
Жас, чуть наклонив голову, наблюдает за мной. Я встречаюсь с ней взглядом и неожиданно для себя самой взвизгиваю и кидаюсь к ней обниматься.
- Ура! Мы летим на Мальдивы!
Она какое-то время терпит мои обнимашки, потом отстраняется.
- Так, всё. Задушишь. Как приятно, когда ты ведешь себя как нормальный человек.
- Ты обалдела! - возмущаюсь я, - Я себя всегда так веду.
- Угу, - раздается в ответ, - Документы давай. Я отвезу. Завтра начнем собираться.
Остаток дня я смотрю в интернете ролики про Мальдивы и созваниваюсь с сестрой, решая, что мы с собой возьмем.
Крыжевский выполняет свое слово. Через два дня мы втроем стоим в аэропорту и оживленно обсуждаем предстоящий отдых.
Герман
Иду по залу аэропорта. Рядом со мной перекатывается исполнительный директор. У нас самолет в Мюнхен, где нас ожидает подписание выгодного контракта. Это моя личная победа и прорыв для моей компании. Такой шанс упускать нельзя. Исполнительный - невысокий толстяк с поистине выдающимися дипломатическими способностями, поэтому я и прихватил его с собой. Однако за мной он поспевает с трудом, да еще и постоянно вытирает струящийся по лицу пот платком. Раздражает. Меня последнее время много что раздражает. И никто в этом не виноват. Разве что одна вредная коза с непонятными моральными принципами. В чем-то я с Демьяном даже согласен - если ты настолько правильная, то почему согласилась на это бля*ство? А раз согласилась, то не такая ты и правильная... И нечего набивать себе цену, надеясь, что я буду за тобой бегать.
Не буду. Осталось дождаться, когда этот переклин пройдет. Он ведь пройдет, да?
Зачем-то поворачиваю голову в сторону и резко торможу. Она... Даниэла... Кто её так назвал вообще? Она меня не видит, так как занята тем, что улыбается во все зубы какому-то старпёру. Да ему под шестьдесят! Это с ним она семью собралась строить?! У него же не стоит уже. Волна ярости поднимается изнутри и проходится вдоль позвоночника.
Я даже не сразу замечаю, что исполнительный директор из-за моей резкой остановки споткнулся и упал.
Набираю номер начбеза.
- Что-то случилось? - осторожно интересуется тот, приняв вызов, - У вас же посадка должна быть...
- Дубен Даниэла Генриховна вылетает сегодня из того же аэропорта, что и я. Мне нужно знать, куда и с кем.
- Хорошо. Сейчас сделаю, - он очень толковый спец. Не сомневаюсь, что сделает.
А сам чуть ли не с открытым ртом наблюдаю, как этот старый хрен любезничает с Данькой. Это она меня на него променяла?! Мозг подсказывает мне, что она никогда со мной и не была. Тот единственный раз не в счет. Мужик ей помогает, что-то говорит, а меня буквально разрывает от злости. Перед глазами темнеет.
- Посадка... - блеет толстяк под боком, - Мы опоздаем и сорвем договоренности...
Огромным усилием воли мне удается заставить себя направиться вместе с толстяком. Понимаю - надо. Но всё существо рвется туда, к ней. Оттащить от него, затолкать в ближайший туалет и показать ей, почему женщина должна слушаться мужчину.
Успокоиться получается лишь после взлета. И после сообщения начбеза, что Даниэла улетела с сестрой и Крыжевским Антоном Павловичем на Мальдивы. Компания странная. Сестра Даниэлы время от времени терлась с сынком Крыжевского, который к тому же погиб недавно. Вряд ли эту троицу связывают сексуальные отношения. Хотя чем черт не шутит. Я повидал всякого.
И перед глазами снова темнеет. Особенно, стоит мне представить чужие мужские руки на ее теле. Я готов признать, что в этот раз попал.
Эта потребность обладать строптивой игрушкой кроет меня с головой. Могу ли я перейти границы, чтобы добиться своего? Раньше думал, что нет. Был в себе уверен. Не привязывался. Никогда. Брал то, что мне нужно, и уходил.
И сейчас ушел. Только забыть не выходит.
Что делать-то, а? Как от этого избавиться? Знал бы, что так увязну, близко бы не подошел...
Прикидываю в уме, сколько займут дела в Мюнхене. И бронирую билет на Мальдивы...
Я спятил... По-другому объяснить себе свое поведение не могу.
Как только приземляемся, мой телефон начинает звонить. Жена... Этой-то что от меня надо?
- Ты улетел? - визгливо спрашивает, едва я беру трубку.
- Да, - стараюсь звучать ровно. Не то время она выбрала, чтобы выедать мне мозги.
После того, что она сделала, стараюсь все контакты с ней свести к минимуму.
- Обалдел совсем?! - усиливается она до состояния ультразвука, - Папа же сказал, что мы должны быть на приеме вдвоем...
- В жопу и тебя, и твоего папу! - негромко отчеканиваю я.
- Что ты сказал? - прекращает вопить жена. Не привыкла, что я могу так с ней разговаривать.
- Что слышала.
Я обрываю вызов. Если подпишем контракт, подам на развод и разорву все деловые отношения с тестем. Этот брак изжил себя. И никаких шансов у него не было изначально.
Воспоминания прорываются сквозь блоки, мучают моей беспомощностью. Хотя, наверное, поделом мне.
Я недостоин простого человеческого отношения. Сам выбрал.
Глава 30
Даниэла
Как же давно я не летала на самолете! Сейчас после посадки во мне теснятся воспоминания, но не о последнем перелете. А счастливые картинки из детства. Папа был состоятельным человеком, и мы много путешествовали. И может быть, это оттого, что в детстве мы всё воспринимаем иначе, но в душе до сих пор остались отголоски того безграничного счастья, которым была пронизана наша жизнь тогда.
Мое место возле иллюминатора, мы уже взлетели. Я смотрю на облака и вспоминаю. Моих пальцев осторожно касается рука Жасмин.
Я оборачиваюсь к ней и вижу отражение себя самой. У нее в глазах тоже стоят слезы.
- Я тоже помню, - шепчет она одними губами, но это тот момент, когда мне ее не надо слышать, чтобы понять.
Я пожимаю её руку. Я здесь, с ней. Так будет всегда, чтобы ни случилось. Мы останемся друг с другом. И не просто останемся - а родными, близкими людьми. Мы уже достаточно большие, чтобы понимать, что истинная связь между людьми рождается не при кровном родстве, не при любви, не при чем-то ином - лишь при взаимном желании быть рядом. Когда холодно, когда жарко, когда плохо и когда хорошо. Когда тебе не нужна причина, чтобы прийти к твоему близкому человеку. Ты приходишь, потому что там тебя ждут и тебе рады.