Свободные отношения (СИ)

— На краю стола стояла ваза с фруктами, — рассказываю дальше. — Стриптизёр и так и этак крутился возле нас. Старался, приставал. Его тело блестело от избытка масла, а кубики пресса были похожи на тёрку. В самом финале он вернулся на сцену и кокетливо оголил кусочек яичка. Когда затихла музыка, Рита в полной тишине и ворчливым голосом сказала: «Этот гад стащил наше киви». Мне кажется, эту реплику слышали все, потому что танцор уходил за кулисы под повальный смех и бурные аплодисменты.
Я вновь хохочу и вытираю салфеткой выступившие в уголках глаз слёзы. Моя истерика длится пять минут, после чего я пью сок и возмущённо смотрю на Скорикова.
— Совсем не смешно? — качаю головой.
— Мне просто нравится тебя слушать, — произносит он.
— Но шутку ты не понял, да? Давай поясню. Рита решила, что яичко — это и есть наше киви.
Паша неприятно морщится.
— Можно без подробностей?
— Ладно, если тебе настолько брезгливо слушать. Кстати, а ты не думал о том, чтобы стать стриптизёром, когда учился в универе? У тебя была подходящая фигура.
— Не думал, но мне предлагали.
— И почему ты не согласился?
Мне жаль, что у Скорикова есть условный срок. Правда, жаль. Паша утверждает, что он ему не мешает, но в глазах при этом читается сожаление и грусть. И я уже не столько категорична. Язык не поворачивается назвать его уголовником.
Двадцатилетний студент безумно хотел разбогатеть, чтобы впечатлять девчонок, потому что понимал, что в наше время без денег никуда. Он намекал, что Натану со мной повезло, потому что я полюбила мужа бедным.
— Друг, который много лет отработал в «Эгоисте», отговорил, — отвечает Паша. — Сказал, что полностью разочаровался в женщинах.
— Он теперь по мальчикам? — спрашиваю с улыбкой.
Настроение у меня весёлое, игривое. В компании Скорикова хорошо и легко. Даже нравится. Возможно, потому что он смотрит на меня как голодный хищник на сочный кусок мяса.
— Нет, не по мальчикам, но психика у него пошатнулась. Володя утверждал, что женщины — бездушные существа, они часто жестче мужчин. Например, выйдя на сцену, можно было наткнуться на совершенно неадекватную реакцию. Кто-то тыкал пальцами, кто-то обсмеивал, царапал и кусался. Кто-то лез в трусы и не слышал слова «нет».
— Ой да, мы такие. Бездушные, вульгарные, — произношу с сарказмом. — У меня не было ни девичника, ни свадьбы. На чужих я всегда вела себя прилично.
— Не представляю тебя неприличной, Влада, — произносит Паша.
— Просто вспомни, когда я впервые пришла к тебе в номер.
Скориков удивлённо вскидывает брови. Очевидно, он так не считает, а для меня это был верх безрассудства и распущенности.
— У нас с тобой прогресс, Влада, — позже говорит Паша, убирая посуду. — Семь лет назад ты даже не смотрела в мою сторону, а сейчас мы отлично проводим время. Не удивляюсь, если ещё через семь лет ты выйдешь за меня замуж.
Я тут же закатываю глаза и делаю вид, что не оценила глупую шутку.
  
Глава 34
 
* * *
— Когда мы увидимся? — спрашивает Паша, когда я бегаю по номеру в поисках одежды.
Стрелки часов давно перевалили за полночь. Мне нужно уезжать. В любом случае нужно. Хотя время мы провели действительно хорошо.
Натягиваю колготки, платье. Интересно, Натан уже вернулся домой?
Тряхнув головой, смотрю в глаза Паши.
— Не знаю, — жму плечами. — Думаю, что скоро.
— А поконкретнее?
Скориков упирается локтями в колени и делает глубокий вдох. Взгляд угрюмый, прямой. Я заранее очертила границы. Например, за ужином мягко попросила Пашу больше не покупать мне ни цветы, ни подарки. Не нужно писать, звонить и навязываться. Этим он поставит меня в неловкое положение. Или так, или никак. Другого варианта не дано.
— Я тебе сообщу, — проговариваю торопливо. — Примерно через неделю-две. Найди чем занять себя в это время. Уверена, что я не единственный интересный эпизод в твоей жизни.
Несмотря на устное согласие по всем пунктам в глазах Скорикова читается постоянный протест и борьба с самим собой. Этот человек привык получать всё и сразу. Быть на главных ролях. Подчиняться и подстраиваться — это не для него, но он попытается.
 
Паша выходит провожать меня на улицу с цветами. Я так и не осмеливаюсь сказать, что единственная участь, которая их ждёт — это мусорный бак в ближайшей подворотне.
На улице начинает моросить мелкий дождь, поэтому я быстро прощаюсь, взмахиваю рукой и сажусь в автомобиль.
Включив музыку, еду по пустому туманному городу. Вокруг красиво, завораживающе. Хочется остановить машину на обочине и прогуляться до дома пешком. Вдохнуть прохладный, пахнущий весной воздух.
Остановившись на светофоре, мой взгляд привлекают красные розы, лежащие на переднем сидении. Сердце сжимается от мысли, что придётся их выбросить. И дело вовсе не в том, от кого этот подарок.
Я умная девочка и Натан в меня верит. Никакой привязанности к Скорикову нет и не будет. В любой момент я смогу безболезненно прервать эту связь. Но без эмоций у меня не получается. Я не робот, а женщина.
Увидев мусорные баки, я останавливаю автомобиль и выбираюсь из салона. Ничего не поделать. Цветы мне не нужны.
В этот же момент из бара с тусклой едва мерцающей вывеской выходит молодая яркая парочка. Девушке лет восемнадцать, а парню немногим старше. Они ругаются, спорят. Горячие, взрывные. Мы с Натаном тоже были такими в этом же возрасте. За день могли поссориться раз десять, а потом пылко помириться и обо всём забыть. Сейчас вспоминаю и улыбаться хочется. Тогда проблемы были совсем незначительными, а нам казалось, что вот-вот расколется мир.
— Идиотка! — выкрикивает парень вдогонку девушке.
— Сам дурак! — не отстает она.
Девушка быстрым шагом несётся в сторону баков и едва не сбивает меня с ног. Роняет шапку, отряхивает её от снега и вскидывает хмурый взгляд.
— Извините, — ворчит себе под нос.
Я киваю, прижимая к себе роскошный букет.
— Можно подарить вам цветы? — спрашиваю незнакомку.
— А за что? — удивляется она.
— Мне они не нужны. Заберите. Пожалуйста.
Девушка пожимает плечами и тут же соглашается.
— Заберу, почему нет. Сфоткаюсь, выложу снимок в соцсети. Дима увидит — с ума сойдёт от ревности и пожалеет о том, что обозвал меня.
Обрадовавшись тому, что мне удалось пристроить цветы, я возвращаюсь в автомобиль и продолжаю дорогу.
Я не надеюсь, что Натан дома и оказываюсь права. Меня встречает абсолютная тишина и чистота в квартире. Сегодня здесь убиралась помощница и, похоже, она расстаралась на славу. Всё лежит на своих местах и сияет. Не к чему придраться.
Сняв с себя одежду, я принимаю душ и рьяно стираю с себя запах Скорикова. Было волнительно, страстно. Эмоции кипели внутри при максимальной температуре, но Паша не имеет права присутствовать в моих мыслях за пределами гостиницы и вне наших встреч.
Заварив травяной чай, чтобы крепче уснуть, я прохожусь по комнатам и сажусь на диван в нашей неофициальной детской. Здесь светлая мебель, стены пастельных оттенков. Когда мы с Натаном планировали купить квартиру, я торопила мужа и хотела хотя бы двушку, лишь бы поскорее сделать ремонт и въехать. Но Натан попросил меня немного подождать и накопить на жильё попросторнее — минимум с двумя детскими. Для мальчика и девочки.
Забравшись под одеяло, я закрываю глаза и чувствую усталость. Слишком много событий произошло за сегодняшний день. Разговор с Анной-Луизой, переговоры с Барановым и встреча со Скориковым. Уровень моей энергии где-то на нуле. В следующий момент я засыпаю.
Мне снится летний отпуск с мужем, наши приключения и первый неудачный выход в город. У меня тогда украли кошелёк со всеми кредитными картами и наличкой. Было забавно бегать по узким улочкам и пытаться поймать преступника до приезда полиции.
Когда я чувствую крепкие объятия, то не сразу понимаю, что это не сон. Горячее дыхание греет затылок, а аромат чистой кожи и геля для душа проникает в мои ноздри. Натан вернулся. Хочется повернуться к нему лицом и поговорить, но у меня слишком мало для этого сил.