По прозвищу Малюта (СИ)

Сержант Осадчий в бинокль оглядел окраинные дома Минска, всё было спокойно, даже на просёлочной дороге, которая вела в город ни кого не было. Боец Карасёв быстро переоделся в гражданскую одежду, которую захватил с собой, и отправился на встречу с подпольщиком. Для этого дела выбрали именно его, так как он сам был родом из Минска и хорошо знал город, среди других бойцов было ещё четверо минчан, это на случай, если с Карасёвым что случилось при десантировании или в дороге. Он вернулся только через пять часов, уже вечером и не один, вместе с ним был невзрачный мужчина, уже в возрасте, и все вместе они двинулись назад к основной группе.
На следующий день после того, как в город отправились разведчики, уже поздно ночью они вернулись назад и не одни, вместе с ними был связной из городского подполья. Пришли они правда не к развалинам усадьбы, а в другое место, где я их собственно говоря и ждал вместе со своими бойцами. Связной казалось идеально подходил на свою роль. Невзрачный мужчина в возрасте с таким лицом, что оно совершенно не запоминалось и не привлекало к себе внимание. Обменявшись с ним рукопожатием, я начал разговор.
-Добрый вечер, меня зовут Малюта.
-А я Пётр Никанорович, нам пришла шифровка, где сказано, что мы должны вам помочь, сделать всё, что вы скажите. Чем сможем, тем поможем, но многого от нас не ждите.
-Не волнуйтесь Пётр Никанорович, многого от вас и не потребуется. Нам необходимо знать всё о немецких войсках и высоких чинах в городе. Сколько их, кто и где располагается, это всё.
-Действительно, ничего особо сложного, кое что я мог бы сказать вам и сейчас, но не всё.
-Сколько вам нужно времени на выяснение?
-Дня четыре, не меньше, а возможно и больше, трудно сказать.
-Хорошо, подождём, время ещё есть.
Распрощавшись с подпольщиком, я ушел, а он вместе с разведчиками остался ночевать, правда не на голой земле. Пока мы ждали, мои бойцы соорудили пару небольших шалашей, натаскали веток и травы под подстилки и приготовили ужин, который и оставили. Пять дней мы сидели на попе ровно, затаившись, как мышь под веником, правда мои бойцы вели наблюдение за окрестностями, но всё было тихо. Наконец на шестой день вернулись разведчики с подпольщиком, правда на этот раз они пришли к основному отряду. В одной из комнат, где сохранился большой стол, я и устроил свой штаб и именно туда и привели подпольщика. Поздоровавшись с ним, подвёл его к столу, на котором была расстелена карта Минска.
-Пётр Никанорович, вот карта города, вы сможете на ней отметить всё, что узнали?
-Смогу, чай не неграмотный селянин, карты читать умею.
-Вот и отлично.
Подойдя к столу, он сначала пару минут изучал карту, а потом начал сверяясь с записями в небольшой записной книжке наносить на неё места расположения немцев с указанием, кто это. Минут двадцать подпольщик переносил всё из своей записной книжки на карту.
-Пётр Никанорович, что бы мне не терять время, вы можете указать, где располагаются чины штаба?
-Могу, значит вы на них нацелились, правильно, бардак после этого у немцев будет знатный.
После того, как подпольщик выделил места квартирования интересующих нас персон, я позвал командиров рот и взводов на совещание. Когда я планировал это, то возник вопрос, когда и где наносить удар. Если днём, то все интересующие нас персоны будут в одном месте, но и акцию провести будет практически нереально. Немцы будут везде и готовые к бою. Ночью в основном они в казармах, но и начальство не все вместе, а по всему городу. Обдумывая и так и этак, я всё же решил действовать ночью, так шансов на успех намного больше. Из высокого начальства решено было брать разумеется в первую очередь командующего, генерал-фельдмаршала Фёдора фон Бока, а кроме него, начальника штаба, начальника связи, начальника тыла и начальника разведки. Придётся конечно побегать, а что делать, по-другому не получится. Кроме этого остальные бойцы устроят в городе хаос, что бы скрыть похищение начальства. Они должны будут забросать бутылками с зажигательной смесью казармы немецких войск, а кроме того, отдельные группы обеспечат нас средствами эвакуации, то есть транспортом и еще одна группа будет в прикрытии на выезде из города.
 
В Минск мы вошли после 12 ночи, когда все немцы уже спали. Как раз прошла смена караулов, и до следующей смены было почти два часа. Разбившись на группы, мы двигались каждый своим маршрутом, причём вели нас подпольщики, которые ждали нас в условленном месте, этим я озаботился еще при первой встрече со связным. Разумеется, что себе я выбрал захват фон Бока, Судоплатов пошел брать начальника штаба, а командиры рот остальных намеченных к захвату. Через полчаса мы вышли к неплохому особняку, рядом стояли два бронетранспортёра и три легковых машины, причём одна из них была Хорьх, видимо самого фон Бока. Сначала внимательно осмотрели все подходы к особняку, но кроме пары часовых, которые стояли возле входа в особняк, ни кого не обнаружили, но меня смутили бронетранспортёры у входа. Кто его знает, может водитель с пулемётчиком внутри спят, а потому их тоже надо проверить. Тихо щёлкнули ППС, поставленные на одиночную стрельбу патронами с дозвуковой скоростью, глушители сработали штатно и кроме едва различимого хлопка, был только не очень громкий лязг затвора. Четыре тени метнулись к бронетранспортёрам и спустя мгновения я услышал тихий лязг затворов, правда на этот раз пистолетов, как я и думал, в бронетранспортёрах были солдаты, зато сразу решился вопрос с эвакуацией, правда мне надо было больше транспорта, но неподалёку стояли несколько грузовиков, так что возьмём их.
Дверь в особняк оказалась не заперта, тихо её открыв, мы просочились вовнутрь, правда пришлось сразу стрелять, в небольшом холле, который был сразу за дверью, за столом сидел немец, унтер-офицер, хорошо, что он не сразу среагировал на тихо открывшуюся дверь, а когда понял, кто заходит, то было уже поздно. Тихий звяк и вот он уже ничком лежит на столе, а из его головы вытекает кровь из аккуратной дырочки во лбу. К сожалению выяснить, где именно расположился фон Бок не удалось, но не беда, думаю в одной из комнат второго этажа, а первый отведён под охрану и обслугу. Скоро слышится едва уловимый лязг затворов, это мои бойцы ликвидируют охрану и обслугу. Пять минут и на первом этаже не остаётся ни кого живого кроме меня и моих ребят. Осторожно поднимаемся наверх и рассредоточиваемся, перед каждой дверью минимум по паре человек. Открываем их одновременно и неслышными тенями просачиваемся вовнутрь. Тут надо действовать очень осторожно, мы не знаем, где находится наша цель, а потому приходится действовать очень осторожно, что бы не убить её. Перед заданием всем показали фотокарточку фон Бока, нашлась такая в недрах разведки, но в комнатах темно и можно его не узнать, а потому ребята глушат спящих немцев, что бы потом при свете разобраться, кто есть кто. Включив фонарик, начинаю обход, фон Бок обнаруживается в пятой комнате, после этого всех остальных валят, перерезав им горло.
Забрав пистолет фон Бока, выливаю ему на лицо стакан воды из стоящего рядом графина. Он застонав, приходит в себя и медленно садится на кровати.
-Одевайтесь господин генерал, если не хотите дальше передвигаться в нижнем белье. — Говорю ему. Фон Бок недоумённо на меня смотрит, а затем спрашивает: — В чём дело, что происходит?
За последние два года я достаточно хорошо подтянул немецкий язык, и хотя говорю с акцентом, но зато всё отлично понимаю, а потому общение с немцами проблем у меня не вызывает.
-Это похищение господин генерал, вы похищаетесь русскими диверсантами. Советую вам не злить нас и беспрекословно выполнять все наши приказы.
-Когда вас схватят, то не расстреляют, а повесят, я об этом позабочусь!
Подойдя к фон Боку отвешиваю ему подзатыльник.
-Что вы себе позволяете?!
-Заткнись мразь! Либо ты быстро и молча одеваешься, либо тебя сейчас выведут в одном нижнем белье. А будешь артачится, так после того, как тебя выпотрошат наши контрразведчики, обоснуешься в московском зоопарке, где тебя в голом виде будут показывать всем посетителям. Впрочем, ты там долго один не будешь, когда мы займём Берлин, то к тебе присоединится твой бесноватый фюрер, будете на пару развлекать посетителей.