По прозвищу Малюта (СИ)

-Скажите, товарищ капитан, а вы действительно могли тогда скрутить всех шестерых моих сотрудников в Арагви?
Я честно говоря немного завис от такого вопроса, я уже и забыл о той стычке. Тем более, что ни каких последствий для меня после неё не было. Мы тогда с Леной спокойно вернулись в Нахабино и больше к нам по этому поводу ни кто не подходил.
-Товарищ Берия, — Еще раньше, когда мы только начали разговор, Берия предложил обращаться к нему просто по фамилии, не выговаривая каждый раз, товарищ нарком внутренних дел СССР. — Это ведь были не подготовленные бойцы, один — два удара каждому и всё. Даже не обязательно их вырубать, достаточно сильного удара в солнечное сплетение и они минимум на пару минут не бойцы. Когда ты не можешь вдохнуть воздуха, то уже не боец, особенно если ты не тренирован, а за пару минут можно очень многое сделать. Кроме того не стоит забывать, что они были пьяными.
-А вы?
-Я практически не пью, мы тогда с невестой взяли бутылку киндзмараули на двоих, так что с неё не опьяняешь.
-А почему вы больше не ходили со своей женой в Арагви, не понравилось?
Меня очень удивил этот вопрос, он в принципе не имел ни какого отношения к моей работе или жизни.
-Кухня очень понравилась, мне кавказская кухня нравится, только не хочу я повторения подобных эксцессов. Жена потом очень переживала, она тогда сильно испугалась. А одному ходить, так во-первых, я в Москве почти не бываю, свободного времени почти нет, а во-вторых, когда свободное время есть, то один без жены не хочу, она ведь тоже любит вкусно поесть. Получится нечестно, я ем в ресторане, а она нет.
-Это вы зря, а на счет тех сотрудников не беспокойте, они уже переведены из Москвы.
Когда некоторое время спустя до Берии дошли об этом инциденте слухи, а они пошли по управлению НКВД, как простой армейский капитан поставил на место их сотрудников, то разумеется, дошли они и до Берии. Всё вместе это работало против репутации НКВД, к тому же в том случае сотрудники его ведомства были в корне неправы. Спустя месяц их вызвали к начальству, вставили пистон и отправили служить дальше на периферию.
-Можете смело приходить в Арагви.
-Спасибо, но пока не до этого, надо как можно скорее подготовить хороших бойцов по нашей программе, боюсь, скоро они нам очень понадобятся. Обстановка в мире накаляется и нас точно не оставят в покое.
-Тут вы правы, ваши бойцы нам нужны как можно скорее.
Берия уехал, а учебный процесс шёл прежним темпом. На смену осени пришла зима и первый снег и вместо пробежек теперь курсанты бегали на лыжах. Лыжной подготовке отводилось достаточно времени, тут и езда с палками и без и скатывание с гор и подъём на гору. На носу у нас была финская война, и пускай про неё знал лишь я один, Углову я тогда про неё ни чего не говорил, но весь первый выпуск будет проходить стажировку на ней. Сейчас, пока ещё у нас есть время, курсанты учились не только ходить на лыжах, но и прятаться в зимнем лесу. Памятуя о финских кукушках, один взвод имитировал их, устраивая учебные снайперские лёжки, а все остальные курсанты центра должны были их обнаружить и нейтрализовать. От того, как они сейчас усвоят эту науку, уже через год будут зависеть их жизни. Здесь нам очень хорошо помогали якуты охотники, которые выступали у нас инструкторами. Вот так незаметно наступил и новый, 1939 год. Мы отмечали его все вместе в нашем центре. В лесу срубили ёлки, одну большую на плац, и вторую нормальную поставили в клубе, а кроме того по небольшой ёлочке в каждую казарму. Вечером 31 декабря, на плацу выстроились все курсанты, и Старинов сказал небольшую речь, затем все разошлись по своим казармам. По случаю праздника мы выделили дополнительные средства на праздничный ужин для курсантов. А в клубе собрался командный состав центра вместе со своими жёнами. Так оказалось, что только Углов оказался неженатым, все остальные командиры и преподаватели были семейными, только наши якуты были одни, даже если и есть у них дома жёны, то они там, а не тут. Наши инструктора охотники лишь немного посидели вместе с нами, а потом ушли к себе, они хоть и хорошо говорили по-русски, но всё равно старались держаться вместе, наособицу от остальных. Отметили Новый Год хорошо, по случаю праздника курсантам выделили по бутылке вина на человека и бутылку водки на четверых, это кроме праздничного ужина. Ещё мы сделали 1 и 2 января выходными, пускай ребята немного отдохнут, а то нагрузка на них была очень большой, гоняли мы их нещадно.
 
Я сам с Леной 2 января поехал в Москву на служебной эмке. Мы гуляли с ней весь день по городу, любуясь его красотами, а вечером я снова повёл её в Арагви. Лена сначала не хотела туда идти, только моё заверение, что сам товарищ Берия спрашивал, почему мы больше туда не ходим, и что подобное больше не повторится, склонили её к повторному посещению этого ресторана. Мы заказали новые блюда и снова смаковали вино, заедая его фруктами, пока готовился наш заказ. Готовили здесь действительно очень вкусно, наконец и десерт из кофе и мороженого и тут снова к нашему столику направился слегка подвыпивший гость, только в этот раз это был майор лётчик. Лена вся напряглась, я уже тоже рассердился не на шутку, это что получается, нам каждый раз всякая пьянь в ресторане покоя не даёт, вот только ни чего не произошло. Майор галантно спросил разрешения потанцевать с красивой девушкой, но получив отказ, не стал лезть в бутылку, а извинившись, отправился за свой столик. Я аж выдохнул, что всё тихо и мирно разрешилось, а то не хватало новой потасовки. Нет, за себя я не переживал, бойцов моего уровня тут единицы, но вечер это снова испортит.
-Игорь, а ты говорил, что подобное больше не повторится. — Начала меня упрекать Лена после этого.
-Лен, а что ты хочешь? Ты очень красивая девушка, неудивительно, что посторонние мужчины хотят с тобой потанцевать. Куда бы мы с тобой не пошли, ты везде будешь привлекать к себе внимание, мужчины будут к тебе слетаться, как мотыльки на свет. Только сейчас ты сама видела, товарищ майор вежливо пригласил тебя потанцевать, и получив отказ, извинился и ушел.
-Извини, просто я всё ни как не отойду от того раза. А те ухажёры к нам снова не пристанут?
-Нет, не пристанут, не бойся, товарищ Берия сказал, что их после того случая перевели из Москвы, так что они нам больше не помешают.
Вот так успокоив свою жену, мы спокойно допили кофе с мороженым и сытые и довольные поехали к нам в Нахабино. Я спокойно сел за руль, выпил немного, да под хорошую закуску, так что доехал домой спокойно, без всяких происшествий. Что меня радовало, так это отсутствие государственных разбойников с полосатыми палочками. Тут и анекдот вспомнился — кто был первым гаишником на Руси, Соловей разбойник. Свистел и грабил.
Незаметно прошла зима, дни летели один за другим, я не только гонял курсантов, но и сам бегал вместе с ними, а также проходил полосу препятствий, тропу разведчика и бои в населённых пунктах. Я не только показывал курсантам своим примером, как надо правильно действовать, но и держал себя в тонусе, ведь впереди война и я должен быть полностью готов к ней, хотя бы физически. Также много времени я проводил на полигоне, оттачивая свои навыки стрельбы, в том числе и вслепую на звук и с двух рук. К весне уже четверть курсантов ломала доски и кирпичи ударами рук и ног, прогресс был налицо, да и их общефизическое состояние заметно улучшилось. Курсанты теперь вполне уверенно могли выйти против противника вооружённого ножом, хотя я вдалбливал им, что если есть возможность использовать подручные средства против противника, то не следует их избегать. В конце концов, если противник мастер ножевого боя, а исключать этого нельзя, то курсантам может не помочь их подготовка. На подходе был конфликт на Дальнем Востоке и нас несомненно туда отправят, в этом я ни сколько не сомневался и избежать этого не мог, хотя и хотел. Все мои доводы начальство проигнорирует, а потому я даже и пытаться отказаться от этой командировки не буду. Тут тогда я больше вреда нанесу, чем пользы, просто постараюсь снизить вероятные потери к минимуму, а то что они будут, я ни сколько не сомневался, война есть война.