По прозвищу Малюта (СИ)
-Как вы, товарищ лейтенант? — Участливо спросила женщина.
-Вроде всё в порядке и спасибо вам, судя по всему, вы меня спасли.
-Да это вы нас извините, это ведь из-за Васьки всё произошло. Руки у него золотые, когда трезвый. А как выпьет, так всё через пень колоду, вот и с проводом так вышло, что на вас упал.
-Да ладно, сейчас хоть крепко провод закрепили?
-Крепко!
-Вот и хорошо, а вы лучше мне скажите, как мне к себе в часть побыстрей добраться.
-А куда вам надо?
-Вот, в моём предписании стоит посёлок Черняхов.
-Надо подумать, сейчас у нас полдень, ага, через пару часов туда машина с товаром от райпотребкооперации пойдёт. Думаю они вас с собой возьмут, подождите немного.
Начальница этого полустанка вышла, а я прикинул, почему это тело тут оказалось. Видимо приехав в Житомир, лейтенант Скуратов решил доехать на местном поезде поближе к своей части, вот так он и оказался на этом полустанке. Вскоре вернулась железнодорожница.
-Договорилась, вы товарищ лейтенант идите в магазин, он на площади, как раз напротив вокзала, там и подождёте машину, она всё равно в магазин товар сгружать будет.
-Спасибо вам большое за всё.
-Да не за что, удачно добраться.
Выйдя из здания вокзала я огляделся, действительно маленький даже не городок, а посёлок и если бы не железная дорога, а вернее станция, то было бы тут полное захолустье. Асфальтом и не пахнет, даже привокзальная площадь не то что им, а и обычным камнем не вымощена. Представляю, что тут во время дождей творится, но это по большому счёту мне до барабана. Вон магазин потребкооперации, а мне туда. Захожу в магазин и оглядываюсь. За прилавком молодая продавщица, как говорят кровь с молоком, да с молокофермой, которая рвётся на свободу из тесной блузки. Честно говоря было бы неплохо её на сеновале повалять, может и получится потом, кто знает, а сейчас у меня другое, мне сейчас надо в свою часть попасть.
-Добрый день красавица.
-Добрый товарищ лейтенант, это значит вам надо в Черняхов добраться?
-Мне.
-Тогда подождите немного, скоро машина придёт с товаром, они потом туда поедут.
-Спасибо.
А я стал оглядываться, что тут есть. Содержимое чемоданчика Скуратова я тоже уже успел изучить, ну что сказать, салага он и есть салага. Кроме запасной формы и белья с мыльно рыльными у него ни чего нет. Хорошо хоть оружие выдали, и не наган, а ТТ. Нет, наган тоже неплохой ствол, главное надёжный, и осечки нестрашны, просто провернул барабан и стреляй дальше. В ТТ придётся в таком случае затвор передёргивать, что бы дефектный патрон выбросить, вот только он намного скорострельней нагана и по мощности больше. Осмотревшись, я прикинул свои финансы, они пока не пели романсы, но и шикануть не получится. Ещё раз прикинув свои финансы и цены, купил две бутылки водки, четыре банки рыбных консервов и две тушёнки, а также пару пачек печенья. Не знаю, как оно тут, вроде на сколько я слышал в это время на водку и консервы не жаловались, надеюсь не фуфло это, а то ведь надо проставиться по случаю прибытия и вступления в должность. Это Скуратов был похоже телок телком, а я фишку знаю, тут ведь как себя сразу поставишь, так и будет, потом трудно сложившееся мнение исправить. Если я сразу покажу себя бывалым, то и в дальнейшем мне легче будет там служить. Ещё раз оглядевшись, решил пока жду машину перекусить. Особого разносола разумеется не имеется, но вот пару бубликов и бутылку кефира купил. Ммм… вкуснота, свежие и вкусные бублики, да и кефир не подкачал, а главное ни какой долбанной химии, натурпродукт блин, кислый и прохладный кефир отлично утолял жажду и превосходно шёл под бублики.
Часа через полтора пришла наконец машина, такие я видел в фильмах про войну, водитель и экспедитор споро скинули привезённый товар и затащили его в магазин. Я легко договорился с ними, что бы они подвезли меня до Черняхова. Тут хочешь, не хочешь, а надо вживаться в новую жизнь и лучше пока не особо привлекать к себе внимания, вот только чувствую, не получится у меня это. Я ведь не собираюсь сидеть на попе ровно и абсолютно ни чего не делать, так досижусь, что летом 41-го раздолбают нас немцы. Вот только действовать надо осторожно и не торопясь, время пока слава богу у меня есть. Вот с такими мыслями я трясся в кузове Захара, так оказывается называлась эта машина, ЗИС-5. В кабине были водитель и экспедитор, а я устроился можно сказать с комфортом на каком-то мешке и тоже ехал неплохо. Тут лучше плохо ехать, чем хорошо идти. Вся дорога была разбита, так что грузовик немилосердно трясло, и это не смотря на то, что водила ехал не спеша, километров 20 наверно в час. Наконец мы доехали до Черняхова, ехали около часа, а пешкодралом мне часа четыре наверно пришлось бы пылить по жаре. Украина, конец мая, погода жаркая, а на небе облаков почти нет и идти пешком удовольствие ниже среднего. Да и успею я ещё набегаться, надо ловить момент, когда можно на законном основании сачкануть, ведь как только начнётся моя служба, а это считай с завтрашнего дня, так начну я из своих бойцов делать людей, вот тогда все будут носится как электровенники.
На окраине поселка машина остановилась, и водила любезно указал мне направление движения, вот там примерно в километре и начинался военный городок, где и была расквартирована моя дивизия. Благодаря машине я успел прибыть днём и штаб работал, а потому быстро предстал перед штабными деятелями, которые меня и определили в третью роту, второго батальона 137-го стрелкового полка. Узнав у дежурного место расположение моего батальона, пошел представляться его командиру. Сам батальон был расквартирован в трёх одноэтажных бараках сколоченных на скору руку, а один из бараков был подлиней, так как там была ротная и батальонная канцелярия. Вот там я нашел своего командира, капитана Широких, Сергея Николаевича. Представившись по всей форме, принял под командование третий взвод, третьей роты, второго батальона. Затем в батальонной канцелярии знакомился со всеми командирами, а когда достал из своего чемодана две бутылки водки и консервы в качестве закуски, то встретил одобрительный рокот командиров, вот только два пузыря на почти полтора десятка здоровых мужиков это мало. Деньги у меня ещё были, а потому комбат быстро послал бойца в дивизионную лавку купить ещё две бутылки водки.
Отмечали моё вступление в должность вечером, в батальонной канцелярии. Четыре бутылки водки на шестнадцать человек это не много, тем более под закусь, а не на голодный желудок. Короче посидели с час, комбат распорядился принести самовар и дальше мы чаёвничали, всё же комбат оказался мужик мировой, и за вступление меня в должность выпили и не напились, а нормально посидели и поговорили за жизнь. Я больше слушал, чем говорил, сейчас язык мой — враг мой. Пока я нормально не врасту в это время и в этот коллектив, то лучше больше слушать и меньше говорить. Мне показали мою койку в казарме, она правда была не в общем помещении вместе с бойцами, а в небольшом закутке для командиров. Все несемейные командиры жили в казармах, вместе с бойцами, а мне в принципе это по барабану, могу и тут пожить. С утра первым делом сходил в магазин и там к своему счастью нашёл устав РККА, который и купил. Ну вот, недельку на изучение устава и врастание в среду, а там, как говорится помолясь и приступим.
18 мая 1937 года, посёлок Черняхов.
-Рота подъём!
Дневальный будит роту на построение, а я уже одетый смотрю за тем, как бойцы роты вскакивают и начинают одеваться. Ну что сказать, плохо, очень плохо, их еще дрючить, дрючить и ещё раз дрючить. Не думаю, что ротный даст мне заниматься со всей ротой, но своих бойцов я выдрессирую как надо. Сейчас, первую неделю буду присматриваться и вживаться в эту жизнь, а затем вплотную займусь своим взводом, заодно за эту неделю и немного бойцов изучу. Весь день провел за чтением устава, отличия конечно очень большие, но память у меня хорошая, так что за пару дней выучу. Ротным у меня Антон Игоревич Разин, старший лейтенант, молодой парень, всего на несколько лет всего старше этого тела, тобишь меня. Надеюсь сработаемся, по крайней мере вчера, при скажем так вливании меня в наш, надеюсь дружный коллектив, у меня вроде сложились с ним нормальные отношения. Короче посмотрим, вчера времени не было нормально с ним поговорить. А вот и ротный напомине, только о нём думал и на тебе, он тут как тут.