Неостывший лед (СИ)

Через несколько минут лес начал редеть. Еще через какое-то время вдали послышался шум воды. Его услышали все и воодушевились. Вскоре мы вышли к берегу бурлящей реки, бегущей быстро вдаль. С огромной радостью я поспешила к воде с большим желанием напиться ею на всю жизнь. Остальные последовали моему примеру. Наверное, Николас и Николь никогда так не радовались реке, как сейчас, когда уже несколько часов мы шли, мучаясь жаждой.
Вода была бодрящей и чистой. Я даже подумывала искупаться, но становилось все прохладней. И если в начале нашего пути все были одеты легко, то после заката солнца стало заметно холоднее, и все накинули кофты.
— Все! Я здесь остаюсь, — твердо заявила Николь, присаживаясь прямо на песчаный берег.
— Слышали? Приготовить принцессе кровать с балдахином!
— Сам и готовь, — буркнул Уилл и приступил к собиранию палатки. — Переночуем здесь. А ранним утром пойдем дальше.
— Без кофе никуда не пойду, — заявил Николас, растягиваясь на зеленой траве. Хотя он и старался держаться, по нему все равно было видно, что дорога с Николь на руках далась ему нелегко.
Уилл не смог удержаться, чтобы не поиронизировать:
— Может, тебе еще и свежевыпеченную румяную булочку к кофе выдать?
— Неплохо звучит! — мечтательно воскликнула Николь. — Чем будем ужинать?
— Пойду поищу что-нибудь, — сказала я, включая фонарик, потому что вокруг становилось все непрогляднее.
— Только не грибы! — произнес Николас, устало поднимаясь со своего места.
— Это по твоей части. Я вроде бы не просила о сопровождении.
— Я вроде бы и не сопровождаю, а охраняю.
И вот так пререкаясь, мы незаметно отошли от остальных на приличное расстояние. Вдоль берега реки ничего съедобного не росло, а в лесу делать уже было нечего. Даже с фонариком ничего уже нельзя было разглядеть.
— Как ты это сделала? — спросил Николас, когда мы повернули к нашему лагерю.
— Что именно?
— Отбросила меня.
— Я не знаю. Это произошло само собой.
— Неужели, ты правда думала, что я тебя убью?
— А ты хотел?
— Нет, конечно! Но я и вправду думал, что ты в сговоре с разбойниками.
Я хмыкнула и задумчиво посмотрела на небо. На нем появлялись первые звезды. Так странно сложилась моя жизнь, даже жалко стало себя на мгновение. Непонятно откуда взявшиеся видения, неожиданный способ защиты, дальнейшая неопределенность — все это пугало. Николас, как будто прочитал мои мысли, потому что спросил:
— Ты боишься?
— Чего?
— Того, что тебе предстоит. Что ты будешь делать на Крае?
— Я не знаю. Но я не боюсь, — твердо заявила я, хотя знала, что это совсем не так.
— А я бы боялся… Тебе грозит смерть, если кто-то узнает. Жан знал, да?
— Догадывался.
— А я ведь мог бы тебя сдать, — тихо произнес Николас и остановился.
Я замерла. Мимо нас беззвучно пролетела летучая мышь и скрылась в сумраке леса.
— Но ты же не сдашь?
— После лавандового поля? Вряд ли, — хмыкнул Николас и пошел вперед.
Медленно я шагнула вслед за ним, обдумывая, шутит он или нет. В своих мыслях даже прошла дальше лагеря, все еще безнадежно высвечивая местность фонариком в поисках еды. Николас шел позади, насвистывая какую-то незнакомую мне мелодию. Слева от нас стала видна пустая дорога, освещенная синим светом дорожных фонарей. Но меня привлекла не она, а то, что виднелось в стороне от нее. Тусклым светом освещены были деревья, так похожие на яблони…
— Видишь? — спросила я у Николаса, резко свернув на дорогу.
— Угу. Приготовишь мне яблочный пирог?
Я проигнорировала его тонкий юмор. Мы оба были голодны, и яблоки казались прекрасной альтернативой голоду.
Похоже, это был яблоневый сад, но никаких зданий я не разглядела. Лишь яблони, на которых росло много красноватых плодов. Это же не воровство, если мы позаимствуем немного яблок себе?
Николас снял с себя кофту, и мы набросали в нее столько, сколько посчитали, что можем съесть сегодня. Мы даже не удержались и съели по яблоку прямо здесь, слишком вкусно они пахли.
— Теперь пойдем обратно, — довольно сказал Николас, завязывая кофту как мешок.
 
— Стоять! — раздался резкий женский крик, и в полутьме отчетливо послышалось, как кто-то взвел курок.
— А полежать можно? — отозвался Николас, потянувшись к своему пистолету.
— Это можно устроить, — уже спокойным голосом произнесла девушка, вышедшая из-за яблони. И голос ее мне показался знаком.
В серых сумерках нельзя было разглядеть лица, но фигура, длинные темные волосы разом вернули меня в детство, проведенное вместе с подругой.
— Рената…
И это был не вопрос. Потому что я уже знала, кто стоял передо мной с ружьем в руках.
  
Глава 13
 
— Леона? — удивленно спросила Рената, все еще не выпуская из своих рук ружье.
— Вы что знакомы? — не менее удивленно поинтересовался Николас, держа в руке пистолет.
— Это правда ты?
Глупый вопрос, я прекрасно понимала это. Но мне нужно было его озвучить, прежде чем броситься в объятия подруги.
— Погоди, — насмешливо сказала она, прислоняя ружье к стволу яблони. — Как ты здесь оказалась?
— Долго объяснять. Я так скучала!
Мы обнялись, лучшие подруги, которые уже и не думали, что когда-нибудь встретятся.
— Я что-то не понял… — протянул Николас, глядя на нас. — Кто это?
— Это моя подруга детства, — объяснила я ему, а затем сразу к Ренате: — Что ты тут делаешь?
— Ох, это тоже долгая история. А ты? — Рената отошла на шаг назад, чтобы в тусклом свете фонаря рассмотреть Николаса. — Ты что сбежала с северянином?
— Вот и я так тоже подумал!
Я в очередной раз проигнорировала сарказм Николаса и рассказала заранее заготовленную историю моего побега, которую уже говорила и Николь. Не то чтобы я не доверяла Ренате, потому что и так в мою историю было вовлечено больше людей, чем хотелось бы. Но такое не поведаешь при случайной встрече. Быстро рассказав про мифическую библиотеку, про Уилла, который едет домой, а Николас и Николь к своей бабушке, я перевела тему на саму Ренату:
— А ты здесь работаешь?
— Да. — Подруга тяжело вздохнула. — Видишь ли, меня понизили в должности, если можно так выразиться. Я проработала несколько дней в саду одного богатого северянина, а потом ему не понравились мои розы! Представляешь, они могли кому-то не понравиться! И он отправил меня сюда, в его домик за городом. Знаешь что я делаю каждый день? Поливаю и охраняю яблони!
— Рената, мне так жаль! — воскликнула я, понимая ее, как никто другой. Мечта всей ее жизни растворилась в воздухе.
— Это все прекрасно. — Николас замешкался, понимая, что подобрал не совсем верное слово. — Точнее печально, но нам бы где-нибудь переночевать… Мы так долго шли.
— А почему вы пешком? — спросила Рената с любопытством.
— Наша машина сломалась, — соврал Николас.
Только сейчас я заметила, что он убрал пистолет, который до этого был в его руке. Может, и хорошо, что он такой недоверчивый. В этом мире всегда нужно быть бдительным. Но не с Ренатой же!
Подруга провела нас сквозь неровные ряды ветвистых яблонь к небольшому домику, в котором она жила. В темноте уже ничего нельзя было разобрать, но то, что нам удастся поспать этой ночью не на холодной земле, придавало мне радости. Хотя скорее всего я просто была счастлива от того, что рядом со мной находился близкий человек, по которому я очень скучала.
— Я же говорил, что ты опять приведешь нас к какому-нибудь домику! — произнес Николас, оглядывая скромную обстановку комнаты, в которую мы вошли.
— Обращайся, — обронила я ему, чуть улыбнувшись.
— Непременно! В следующий раз загадай дом получше.
Небольшая чугунная печка стояла посередине комнаты, справа от нее находился стол с четырьмя стульями, слева — коричневый диван с несколькими подушками. Даже в доме у Ренаты, который остался на Юге, обстановка была побогаче.
— Все, что есть! Если не нравится, можно и на улице поспать, — резко сказала Рената.