Наша вина

—Дженна! —я произнесла ее имя в истерике.
Она проигнорировала меня.
— Да, она со мной, — сказала она тому, кто с ней разговаривал. —Ну, скажи ему, чтобы он успокоился. Нет, Лион, потом мы с тобой поговорим, но я не хочу, чтобы она нервничала больше, чем сейчас, это плохо для ребенка… Ну, так скажи ему!
О, черт, это действительно заставляло меня нервничать больше.
—Мы будем через пять минут.
Я выглянула наружу и почувствовала, что меня ведут к самому Гуантанамо.
Когда Дженна припарковалась возле многоквартирного дома, мне показалось, что вся моя кровь сосредоточилась в одном месте моего тела. Я заметила, что дрожу, потому что понятия не имела, какой будет его реакция, не знала, что он собирается мне сказать, и, что хуже всего: я боялась, что все пойдет не так, и он в итоге, останется не со мной, а я Софией, без моего ребенка, а я без человека, в которого я была влюблена.
Я открыла дверь, чтобы выйти из машины, и увидела, что входная дверь в апартаменты открылась в тот момент, когда я ступила на землю. Николас вышел из нее и впился в меня глазами так, что хотела, чтобы я исчезла и чтобы земля поглотила меня. Инстинктивно я снова села в машину и, даже не задумываясь, щелкнула замком и заперлась внутри.
Боже, я вела себя как настоящая трусиха! Я почувствовала себя идиоткой, когда Дженна скрестила руки на груди рядом с моим окном и посмотрела на меня, покачав головой.
Затем передо мной появился Николас и наблюдал за мной через стекло.
Он казался вне себя, хотя и пытался казаться спокойным. Его глаза с беспокойством посмотрели на меня, а затем он указал мне на что-то пальцем.
—Открой, — спокойно приказал он.
Я покачала головой, глядя на него, как на зарезанного ягненка.
Ник уперся руками в окно и наклонился над ним, занимая почти все мое поле зрения.
— Могу я хотя бы сесть в машину? — сказал он после некоторого молчания, я сомневалась.
Я видела, как Дженна вынула ключ от машины из кармана, показала его Нику и, наконец, бросила ему. Он поймал его на лету и обошел машину, чтобы сесть на водительское сиденье. Я с ненавистью посмотрела на Дженну. Она просто извинилась с легкой улыбкой, одновременно взяв за руку Лиона, который также вышел в сопровождении Ника, и потянула его за собой в дом.
Ник открыл дверцу, сел и, ничего не говоря, завел машину.
—Пристегнись, — приказал он мне, когда вывел машину со стоянки и выехал на дорогу.
Боже… Почему он не взорвался? Или не говорил? Хотя бы что-то сказал?
Тишина убивала меня.
После нескольких минут невыносимого молчания я решилась заговорить.
—Только тебе приходит в голову ляпнуть что-то подобное в текстовом сообщении, —упрекнула он меня, глубоко дыша, как будто пытался не взорваться вместе со мной в машине внутри, не выплеснуть злость на меня.
—Да, ну… я хотела сделать что-то оригинальное, — сказала я.
Николас повернул ко мне лицо, под его кожей пульсировала жилка на шее.
—Ты чуть не довела меня до сердечного приступа, я едва не попал в аварию. О чем ты думала?—спросил он меня, повышая тон.
Мини Ноа отреагировала на его голос так же бурно, как и прошлой ночью. Мне показалось забавным, что она делала это только тогда, когда Ник был со мной. .
Я предполагаю, что бабочки, которые я всегда чувствовала, находясь рядом с ним, теперь превратились в ребенка. Моя рука инстинктивно легла на живот, и этот жест не остался незамеченным для извергающегося вулкана рядом со мной.
Его глаза впились в эту часть моего тела, затем в меня, а затем автоматически переместились на дорогу.
Я не ответила на его последний вопрос, что-то подсказывало мне, что лучше промолчать. Николас продолжал вести машину, казалось, он все еще это осознавал, и ему нужно было занять руки, пока он, наконец, не сможет встретиться со мной лицом к лицу.
Через полчаса я поняла, что мы идем на пляж. Когда мы приехали, внутренний покой охватил меня целиком, я почувствовала, что начинаю расслабляться. Ник, похоже, почувствовал то же самое, потому что он сделал глубокий вдох после нескольких минут созерцания прибоя и повернулся ко мне, чтобы посмотреть мне прямо в глаза.
 
— Я буду отцом? — спросил он, и я увидела страх в ее голубых глазах.
Я вздрогнула с головы до ног от этого вопроса. Боже, этот потрясающий мужчина был отцом моего ребенка!
—Если все пойдет так, как должно идти. . мы оба будем такими, —нервно ответила я.
— Я до сих пор не могу в это поверить. . как это возможно? — сказал он, все еще не отрывая от меня глаз.
Я подняла брови почти до самых корней волос.
—Не надо, Ник, поверь мне, — с досадой предупредила я его.
Я еще не простила его за это.
— Могу я? — он спросил у меня разрешения, игнорируя мой ответ.
Его рука потянулась в направлении моего живота, но остановилась на полпути, ожидая моего ответа. Я вытянула руку и поднесла его руку к своему животу, положив свою поверх его. Это был невероятный момент. . момент, который, несмотря на все плохое и все, что я все еще хранила в себе, я запомню навсегда.
Затем Ник поднял мой свитер и положил руку на мою обнаженную кожу. Все мое тело горело от его прикосновения.
—Сколько. .? — с сомнением спросил он, продолжая поглаживать меня в изумлении, словно ошеломленный тем, что было под моей остывающей кожей, потому что да, я уже упоминала, что его рука на моем пупке согревала меня, и очень сильно.
—Пятый месяц, — ответила я, прерывисто вздохнув, когда его пальцы опустились слишком низко на маленькую округлость. Я остановила его руку до того, как у меня случилась остановка сердца. Затем, я почти в спешке натянула свитер.
— Хватит уже этих прикосновений, — нервно приказала я.
Ник посмотрел на меня пристально и одновременно весело.
—Ты чувствуешь, как он шевелится? — спросил он, сосредоточившись исключительно на мне.
—Нет, но это скоро начнется. . я просто почувствую, как во мне начинает пузыриться, как будто во мне лопается попкорн, я не знаю, мне так сказали.
Ник засмеялся при моем обьяснении, и я беспокойно посмотрела на него в ответ. Было в этой машине слишком много напряжения, больше, чем я могла выдержать.
—Как давно ты узнала, Ноа? — сказал он неожиданно серьезно.
Я решила, что на этот раз лучше быть откровенной.
—Более трех недель назад.
—Больше трех недель - это много времени.… Достаточно, чтобы позвонить мне и сказать, тебе не кажется? — с досадой упрекнул он меня, сердито глядя вперед.
Я наблюдала, как он хмурится.
—Я была зла на тебя … Честно говоря, я все еще остаюсь при своем мнении.
Ник с удивлением повернулся ко мне.
—Зла, почему?
Я недоверчиво посмотрела на него.
— Это твоя вина, — сказала я, указывая на живот. Я все еще продолжала переживать тот момент, когда позволила ему заняться со мной любовью без всякой защиты. . ну какая же я идиотка!
Николас издал смешок.
—Я думаю, было бы правильнее сказать, что это наша вина, веснушка.
—Технические детали, — повторила я, глядя на море.
Ника, казалось, позабавил мой ответ.
На наших глазах происходил один из самых красивых закатов, которые я когда-либо видела, я предположила, что природа хотела подарить мне этот дар, нарисовать красивыми красками картину, которая все еще казалась слишком серой, чтобы дать ей название.
Несмотря на то, что теперь мы оба знали, что нас ждет, я не могла выбросить из головы последний разговор, который у меня был с Николасом перед его отъездом в Нью-Йорк. Я не знала, как мы будем действовать дальше, и я также еще не была уверена, какую роль я хотела бы, чтобы Ник сыграл во всем этом.
—Я устала, ты должен отвезти меня домой, — попросила я, внезапно почувствовав себя очень грустной.
Ник повернулся ко мне и вытянул руку, чтобы положить ее мне на затылок.
Его пальцы слегка погладили меня, прежде чем заставить посмотреть ему в лицо.
— Я хочу, чтобы ты пошла со мной, — объявил он тогда, застигнув меня врасплох. —Я хочу, чтобы ты собрала свои вещи и переехала в мою квартиру сегодня же.