Черная Луна (СИ)

Это было жестоко, но пока что моей целью были все, кто пытался выйти из таверны. Они очень скоро догадаются, что снаружи что-то не так, но до этого "скоро" я соберу урожай, сколько смогу.
  
Глава 22. Скачущий
 
Как это бывает в такие минуты, я действовал больше на автомате. Тело Стража Душ было хорошо тренировано, а стиль их боя я уже немного знал по прошлым перевоплощениям. Мне было достаточно только короткой мысли, что примерно я хочу сделать с противником, остальное тело делало само.
Тормозящих факторов было два.
Во-первых, уровень подготовки моего Стража был не так уж и высок, а противостоял я не обычным деревенским драчунам. Наверняка некоторые из подосланных убийц могли оказаться более опытными диверсантами.
Ну, и во-вторых, полностью мне не давало развернуться наличие невинных людей. В таверне могли оказаться и жители деревни, и реальные паломники, идущие в Храм Первого Полнолуния. Может, они и вправду проспали, а может, с утра их одолели сомнения, робость, и они ещё будут шататься по Ночёвке целые сутки, убеждая себя, что «завтра-то надо точно идти».
Этих людей как-то надо было отсеивать…
* * *
Двери открывались, выпуская на крыльцо разнопёрую массу. Вышли двое невзрачных мужичков, одетых, как возчики.
Их выдал особый блеск в глазах, едва они увидели труп на досках. Они удивились, но не испугались. Первый только дёрнулся рукой к поясу, но мой нож уже вошёл ему в кадык, а вот второй успел выхватить какой-то кастет с камушками.
Что там за артефакт я выяснять не стал, и просто толкнул первого на напарника. Тот припечатался к косяку, коснувшись кастетом сообщника, а затем мой нож нашёл его висок.
Я снова метнулся к двери. Мой взгляд был на уровне глаз, и первое, что я видел, когда приоткрывалась дверная щель — блеск зрачков противника.
У следующего блеск тоже оказался нехорошим, и он даже не успел выйти из проёма, когда я рванул его на себя. К счастью, даже опытному шпиону нужны доли секунды, чтобы разобраться в ситуации, и это время я использовал с умом.
— Беда! — зашипел я в ухо длинноволосому доходяге в форме солдата царской армии, — Царь заговорщиков казнит!
Тот вздрогнул, пробежав взглядом по трупам на крыльце, потом глянул на всадников, стоявших на площади перед гостиницей.
— Где?!
От него повеяло потаённым страхом, и того мне было достаточно.
— Здесь, — спокойно ответил я, довершая своё дело.
Следующий увалень, показавшийся из таверны, должен был быть точно воином. Но вот его обычные перепуганные глаза резко переубедили меня, и я едва успел повернуть нож рукоятью вперёд.
— Что за… уф! — здоровяк согнулся от удара в живот, я рванул его за шкирку на себя, добавляя подсечку.
Срубив тонкие перильца, бедняга улетел с крыльца. Главное, что живой.
Следующая жертва, оказавшаяся девушкой, лишь на миг заставила меня бороться с понятными любому мужчине сомнениями. К счастью, она потянулась за оружием, и этого оказалось достаточно, чтобы я перестал сомневаться.
Потом было двое… В минус.
Ещё один. В минус.
Сразу трое…
С ними пришлось тяжко, но среди них оказался вдруг оракул, который зачем-то захотел взять меня под контроль. Когда его же руками я убил сообщников и вернулся в Стража, то обнаружил, что живот скрутила дикая боль.
Я упал на колено. Ай-яй-яй, кровь на пальцах… Кажется, пропустил удар.
Скрипнула дверь, и я вытащил пистолет, понимая, что время рукопашки закончилось. На меня уставились женские испуганные глаза — «Ах!», — но я только махнул стволом:
— Давай, не задерживай. Беги!
Девушка, явно оказавшаяся служанкой, никак не среагировала на мою доброту. А то, что я увидел за её спиной в таверне, заставило меня дёрнуться вперёд, схватить дуру за руку, и рвануть вниз, чтобы упасть на доски вместе с ней.
Дверь уже начала было закрываться, но тут её прошибли несколько пуль, осыпая крыльцо щепками. С криком я рванул служанку на себя, вытаскивая из-под огня.
Загрохотали выстрелы, и я, спихнув визжащую служанку с крыльца, разрядил в ответ весь револьвер. И тоже через дверь, развлечения у нас такие.
 
Я откатился в сторону, вскочил на корточки.
Кто-то особо смелый метнулся из двери, вскидывая магострел, даже успел прицелиться. Пущенный из моей руки нож вошёл прямо в прицельный глаз, и смельчак улетел через ступеньки.
Резкий бросок не прошёл бесследно для раненого тела:
— Да твою псину!
Я попробовал вскочить на корточки, но снова упал на колени. Мир перед глазами качнулся. Рана в животе слишком серьёзная.
Ушей достиг звон копыт, краем глаза я заметил, что моя бравая команда уже скачет к гостинице. К счастью, Истомин оказался умным парнем, и не повёл лошадей прямо на двери, а стал забирать вбок, чтобы не попасть под огонь из таверны.
— Громов, твою лунную мать! — орал он на Фёдора, не понимая, зачем тот поскакал в самую гущу, и тянул его лощадь за уздечку. Наконец, Громов сообразил, что бежать прямо на линию огня не самая лучшая затея.
Споткнувшись о чьё-то тело, я выхватил у трупа из руки ещё один нож и, не глядя, метнул в появившуюся из двери тень.
— Сраная гвар… а-а-агрх! — заорал этот кто-то.
Видимо, я попал. Одновременно в проход воткнулись выстрелы уже от моих соратников — Мягонький быстро перезарядил магострел, снова вскинул. Василий тоже пытался что-то сообразить с магострелом, но, как мне кажется, прицельность у него была не особой.
Я сначала поковылял, потом побежал по крыльцу, чувствуя, что рядом уже кто-то скачет. Бежать мне пришлось мимо окон таверны, и огонь врагов не заставил себя ждать. Разлетелись стёкла, послышался крик Фёдора:
— Да твою ж луну! Эй, Страж!
Смотреть на него и бежать вперёд с раной в боку было не очень удобно, я мог споткнуться. Наконец, заметив краем глаза высокую скачущую тень, я скакнул к перилам, перелетел через них.
— И-и-иха! — заорал я.
Глаза… Мне нужны его глаза!
Зрачки Громова, тянувшего ко мне руку, показались тёмными точками посреди солнечного дня. На мгновение моё сознание раздвоилось — вот я скачу уже на лошади, и вот я влетаю лицом в жёсткую землю.
* * *
Ощутив себя внутри Фёдора, я сразу же перехватил поводья и рванул коня в сторону, уходя от крыльца. Пули засвистели совсем близко, по наитию я прикрыл голову ладонью, укрепив её каменной магией. К счастью, в меня не попали.
Где-то за спиной на землю кулем свалился Страж Душ, и на миг у меня отпечаталась даже картинка — оракул прыгнул, тоже протянув мне в надежде руку, да так и воткнулся с геройским криком «И-и-иха!» в пыльный гравий.
Влад рванул было коня к оракулу, но тут увидел, что я, то есть, Громов… то есть, мы скачем уже обратно, да и его принципал Василий тоже летит за мной.
Бедный телохранитель явно растерялся, но, подняв лошадь на дыбы, тут же пустил её в галоп вслед за нами.
— Что происходит, Громов, твою недолунную мать?! — заорал он, поравнявшись, — Какого хрена ты сюда поскакал?! Идиот!
— Не видишь, они стреляли в гвардейца! — я ткнул пальцем назад, в лежащего на земле оракула, — В Стража Душ! Гвардия не бросает своих…
Влад даже вывернул голову назад, пытаясь сообразить, что подразумевается под «своих не бросает». Оракул, лёжа в пыли, даже не двигался.
В этот момент я переглянулся с Василием… О-о-о, родная черепная коробка!
* * *
— Так, забираем влево, уходим переулком! — я сразу же стегнул коня пятками, — Мягонький, всё, отступаем!!! — заорал я рядовому, когда проскакали мимо него.
Тот послушно бросил винтовку на спину и развернул лошадь за нами.
Истомин, который секунду назад таращился на Громова, удивлённо уставился уже на меня. И его можно было понять — поведение и Фёдора Громова, и царевича за последние несколько минут нельзя было назвать нормальным.
Когда мы завернули в тот самый переулок, где я припечатал в штакетник Стража Душ, в воздухе свистело уже гораздо больше пуль, и некоторые даже ещё подстригли забор. Да что за грёбанный Дикий Запад!