Тарпея (СИ)

Чонгук ощущает, как в глотку льётся тёплая кровь, а на зубах остаются частицы кожи. Чужие кости хрустят громко. Альфа прокусывает взбесившемуся шею, делает это медленно, вонзая клыки не сразу. А после вовсе отрывает голову, откидывая далеко с территории.
Остальные живыми тоже не уходят. Война значит война.
***
Тэхен скучающе моет очередную порцию листьев, не понимая, откуда у Джина их бесконечный запас. Он мычит под нос песню, которую удалось запомнить, и даже пританцовывает. Настроение оставляет желать лучшего, но киснуть ещё больше вовсе не хочется.
За окном уже вечереет. Джин, скорее всего, застрял у Донмина. Тэхен подумывает тоже заглянуть к нему, но идти до его дома далековато, на другом конце поселения. Это же надо спуститься с холма.
Тэхен хлюпает носом, что заложило от огромного количества трав и их запахов. Даже голова уже кружится, открытое окно не спасёт, только морозит. И как только лекарь каждый день с этим возится? Уму непостижимо. Наверное, уже выработал иммунитет.
За спиной слышится шум, но быстрый и едва ли заметный. Тэхен оборачивается, прислушиваясь и хмурясь, пульс подскочил. На сердце стало неспокойно, испугался, если честно. Но он тут же тихо смеётся, когда видит распахнутое окно, которое же сам открыл.
— Это же просто сквозняк, Тэхен, — успокаивает себя и подходит к окну, чтобы закрыть и больше не дёргаться от дуновения ветра.
Омега кладёт ладонь на ручку, но не успевает даже сжать ее. Он чувствует только иглу в шее и после острую боль в месте введения дряни из шприца. Тэхен пытается перекинуться в волка, но тошнота и головокружение подступают так быстро, что его не хватает даже на то, чтобы схватиться за что-нибудь. Тело немеет и больше не слушается, валится на пол, как камень, ударяясь головой о деревянные доски. Он видит носы тяжелых ботинок, обшитых натуральным мехом.
В стае Чонгука такого не носят.
— Свяжи эту строптивую суку крепче, если вдруг очнётся.
Комментарий к Глава 7. Непредвиденные обстоятельства
В моей Вселенной этой работы свои правила и свои законы. Я не опираюсь на другие работы, сериалы или книги.
1. В моей работе омеге не обязательно перекидываться в волка за месяц до родов, если сам того не захочет для душевного спокойствия. Он обязательно делает это во время самых родов.
2. У оборотней есть такие состояния, как:
А). Зверение – человеческая сторона НЕ отворачивается, просто пребывает в сильнейшем стрессе, из которого его может вывести ТОЛЬКО его же волк.
Б). Одичание – в этом случае человек внутри умирает. Остаётся только животное. Вернуть уже нельзя.
У Тэхена другой случай. У него волк не в стрессе, а в трауре и скорби. Тэхену одному НЕ удалось бы так быстро помочь ему оклематься. Здесь больше повлиял Чонгук и ситуация с волчонком. Белый волк отвернулся от него не потому, что хотел, а потому, что так вышло.
========== Глава 8. «Мой альфа» ==========
Комментарий к Глава 8. «Мой альфа»
Я сама люблю эту главу и отношения в ней между Чонгуком и Тэхеном.
Первым, что приказывает сделать Чонгук, это вернуться в поселение и проверить оставшихся омег.
По дороге назад им встречаются Донмин с Сокджином, идущие неспешным шагом. Оба краснощекие от мороза, немного уставшие и довольные с полными корзинами еловых веток и шишек.
— Мы услышали по стайной связи опасность, но потом всё стало спокойно, — говорит Донмин.
«Где Тэхен?» — рычит вожак, идущий позади всех. Его не видно, зато каждому слышно.
— У меня дома перебирает травы для мазей, — громко отвечает Сокджин. — Он был не в лучшем настрое идти гулять и собирать шишки, поэтому решил остаться.
Донмин с Джином вливаются в поток волков, разворачиваются и идут обратно вместе со всеми. Омеги смотрят на вышедшего вперёд Чонгука, с пасти которого капают густые тягучие капли крови истерзанной плоти. Глаза ещё горят алым, шерсть дыбом от злости.
— Всё хорошо? — шёпотом спрашивает Донмин у Хосока.
«Я расскажу чуть позже».
Омега улыбается мужу и встаёт на носочки, чтобы почесать за ушком. Донмин миниатюрный, совсем кроха рядом со своим волком. Хосок нагибается и молча просит залезть ему на спину, муж, естественно, не отказывается. Довольный залазит на альфу и принимается болтать ногами в воздухе пока его, как самого настоящего принца, несут домой.
 
— Что случилось? — Сокджин самостоятельный молодой человек, поэтому свою жертву находит без проблем.
Лекарь подбивается под бок Намджуна и выжидающе смотрит.
— На территорию ворвались лжеохотники. Их было четверо. Пришли сказать, что недовольны тем, что Чонгук обратился к нам за помощью, — глава охотников сбавляет шаг, решая, что это прекрасный момент, чтобы познакомиться с Джином чуть ближе. Хотя бы поговорить друг с другом. На душе, как сметаной намазано. — Сначала попросили Чонгука отдать им белого волка. Он отказался, поэтому они начали угрожать. Обещали, что нападут тогда, когда мы будем ждать этого меньше всего.
— Мы в заднице, — громко выдохнув, подытоживает Джин, даже не думая подбирать иных слов.
— Именно, — подтверждает Намджун.
— Их было только четверо? Они ведь понимали, что идут на верную смерть? Это так глупо!
— Понимаете, Сокджин, это фанатики. Что-то вроде сектантов. Ради своего дела некоторые убивают родных детей, чего уж тут говорить о самих себе.
— Откуда они узнали, что охотники присоединились к нам? — лекарь сильно хмурится, пытаясь понять, как такое могло произойти.
— В этом и вопрос, — у Намджуна от одной только мысли, что завелась крыса, темнеет взгляд и голос становится ниже.
— Кстати! — вскрикивает Донмин, привлекая внимание оборотней. — Сегодня нужно пойти на охоту, мясо заканчивается. Скоро начнёт темнеть. Когда пойдёте?
Чонгук думает о другом. Все мысли лишь о том, что теперь нельзя будет расслабиться даже на долю секунды. Ночью придётся ставить охрану по периметру территории. Нужно обговорить это с Намджуном, сейчас стая уменьшилась в разы. На тренировки будут ходить по очереди. Главное — найти время на отдых, иначе потом не останется сил на бойню, именно этого лжеохотники будут ждать от них. Обессиленности и измотанности.
«Чонгук, ты слышишь? Когда нам выходить на охоту? Тренировки ещё не закончились. Поделимся на группы? Некоторые пусть идут отдыхать, другие продолжат занятия, а мы с тобой на охоту. Что думаешь?» — Хосок подпихивает вожака в бок, привлекая внимание. Донмин сверху тоже смотрит внимательно.
«Да, хорошо. Все слышали, что делать дальше? Решите сами, кому необходим отдых, а кто вернётся к тренировкам!» — Чонгук поднимает морду выше, окидывая каждого внимательным взглядом.
Видит и слышит положительные ответы. Так и делают, как было решено. Хосок отпускает Донмина, трется носом об его ладонь и вместе с вожаком срывается в сторону, чтобы раздобыть мяса на ужин и выпустить пар после стычки. Чонгуку вот было мало. Улов сегодня ждёт хороший.
***
— Думаешь, у Тэхена с Чонгуком что-то получится? — гундит Донмин, сидя на кухне за столом.
После прогулки по лесу они с Сокджином решили зайти домой к Донмину, чтобы согреться и немного отдохнуть. Заварили себе ароматный чай и удобно устроились на кухне. Джин не думает засиживаться, дома ведь ещё Тэхен ждёт, как бы омега там от скуки не сошёл с ума.
— Я надеюсь, что да, — продолжает Донмин, немного наивно с его стороны, даже по-детски, но только мысли эти самые искренние и от всего сердца. — Мне хочется, чтобы Чонгук был счастлив.
— Наличие пары не делает кого-то счастливым, — Джин забавно куксится, смотря на друга.
 
— Ты знаешь, о чем я!
— Я просто дразню тебя, — смеётся лекарь. — Но ты прав. Чонгук действительно заслужил счастья и спокойствия.
— Тэхен хороший, — Донмин помешивает сахар ложкой, громко стуча о края кружки, поджимая губы и задумываясь. — Было бы неплохо, если бы он, ну… Остался?
— Да, было бы неплохо, но решение будет за ним и за Чонгуком. Думаешь, Чонгук додумается предложить Тэ остаться? Даже если их любовные дела не сложатся.