Супруга господина мага. Ветер, раздувающий пламя (СИ)

— Красное, — ответил Рэй и тут же добавил:
— С пряностями. И, вероятно, острым перцем.
Натель ответил ему громким хохотом, невольно привлекая к себе внимание крестьян. Рэй поморщился. Не стоило ему так откровенничать. Надо было держать язык за зубами. Теперь вот придется неделю, а то и больше сносить шутки герцога про вино. Этот уж точно не упустит шанса развлечься, то и дело подкалывая верного мага.
— Значит, ты решил покорить нашу неприступную Луизу? — посмеявшись, поинтересовался герцог. — Один раз она уже отказала тебе. Не забывай, Треванс.
— Не забываю. Мне она именно этим и интересна.
Скорее интуитивно, чем сознательно, Рэй, привыкший обращать внимание даже на малейшее движение, что не раз спасало ему жизнь в бою, краем глаза заметил, как дверь одного из крестьянских домишек открылась и на пороге появилась она. Но, говоря откровенно и без никому не нужной романтизации, он вовсе не сразу узнал ее, одетую в простое без всякого затейливого шитья зеленое платье, сродни тем, что носят служанки или барышни из не обеспеченных или не родовитых семей. Поверх скромного платья был повязан сероватый фартук с большим карманом, из которого торчали черные перчатки, наверняка, из драконьей кожи — вещь дорогая, но незаменимая при изготовлении некоторых зелий, если, конечно, нет желания обзавестись парочкой ожогов. Темные волосы начинающей чародейки были заплетены в длинную толстую косу, перекинутую через плечо, а голову ей прикрывала белая косынка. Сейчас старшая дочь графа больше всего напоминала супругу какого-то зажиточного крестьянина, а вовсе не знатную леди. Тем не менее, это действительно была Луиза Сенферн.
— А! Понимаю! — кивнул герцог, не замечая, что внимание мага всецело приковано к Луизе, разговаривающей с кем-то, кто оставался в доме. — Охотничий инстинкт. Это совсем другое дело. Если хочешь, можем даже пари заключить. Скажем, на тысячу золотом.
Что-то тихо сказав на прощание, Луиза, грустно улыбаясь, пошла прочь. Она оказалась настолько чем-то расстроена, что даже не заметила ни пристального наблюдения, ни двух высокородных всадников, хоть и двигалась им наперерез. Однако Луиза не успела пройти и десятка шагов, как ее окликнул появившийся на пороге рослый широкоплечий крестьянин, немногим старше нее самой.
— Эй! Луи! Лови! — закричал хозяин дома и, прицелившись, кинул ей то, что до этого сжимал в руке.
Луиза повернулась как раз во время и, подавшись вперед, каким-то чудом сумела поймать зеленое яблоко. Откуда оно взялось в конце весны не ясно, но ей было дико приятно — Луиза, как и все женщины, любила сюрпризы. Она поднесла фрукт к носу, вдыхая сладковатый аромат, от которого успела отвыкнуть.
— Джо! Яблоко?! — искреннее удивилась Луиза. Счастливая улыбка расцвела на лице, делая ее еще красивее. — Я всегда говорила, что ты самый настоящий волшебник! Но груши я все равно больше люблю. Ты забыл? — она лукаво подмигнула и махнула на прощанье рукой. — Спасибо!
— Треванс, ты меня вообще слышишь? — недовольно спросил герцог, так и не дождавшись хоть какого-нибудь ответа. Он проследил за взглядом мага и понимающе усмехнулся, заметив Луизу на равных общающуюся с крестьянином.
Решение пришло мгновенно. И раз уж Треванс так желал заполучить себе эту взбалмошную девицу, то можно было бы ему и помочь в меру своих скромных возможностей, а заодно развлечься.
— Доброго дня, леди Луиза! — натянув поводья, герцог бодро окликнул старшую дочь графа Сенферна.
Вздрогнув от неожиданности, Луиза резко обернулась, чувствуя себя застигнутой на месте преступления. Улыбка, озаряющая не только лицо, но и зеленые глаза мгновенно исчезла. Даже следа не осталось. Она надела маску холодной учтивости, словно опасаясь, что два высокородных мужчины могут увидеть ее искреннюю радость.
— Здравствуйте, милорды, — Луиза сдержано кивнула. То и дело поглядывая на дверь недавно покинутого дома, она торопливо подошла к всадникам. — Неожиданно вас здесь встретить. Вы, как понимаю, к отцу?
Слегка склонив голову в знак приветствия, Рэй внимательно вглядывался в лицо Луизы, силясь отыскать в зеленых глазах отблески влюбленности, как у других женщин и девушек. Но напрасно. Все эти глупости были не про нее. Луиза смотрела насторожено, даже с некой опаской, словно на возможного противника.
 
— Верно. Граф уже давно не бывал в замке, вот мы и решили навестить его. Это на него совсем не похоже. Ваш батюшка обычно не часто пропускает наши развлекательные вечера, да и леди Габриэлла тоже. Надеюсь, ничего не стряслось? — поинтересовался герцог Натель, изображая живое участие.
— Нет. Думаю, нет, — несколько рассеяно ответила Луиза. Ей было неуютно под пристальным взглядом угрюмого мага. Страшно хотелось закрыться чем-то, а еще лучше сбежать, однако ее гордость бы такого не пережила, поэтому Луиза, прилагая немыслимые усилия, оставалась на месте и продолжала беседу. — Полагаю, вам стоит спросить об этом у самого графа, милорд. Мне о его делах ничего неизвестно.
— Как ваше магическое имя? — нахмурившись, неожиданно спросил Рэй, привлекая к себе ее внимание. — Тот мужчина назвал вас Луи. Это оно, верно?
— А как ваше? — чуть запрокинув голову, вопросом на вопрос ответила Луиза, с вызовом взглянув в холодные голубые глаза.
— Блэкфэр, — криво усмехаясь, представился Рэй. Странно, но прославленное среди магов имя не произвело на зеленоглазую бестию ровно никакого эффекта. Казалось, она вообще впервые слышит его. — Но вы мне так и не ответили.
— Луи — не слишком удачное сокращение от Луизы, а не магическое имя, — нехотя призналась она, и тут же холодно добавила: — Так меня называет только один человек. От других я подобного обращения не потерплю. Надеюсь, вы уясните это, сэр!
— Вы снова ушли от ответа, миледи, — настаивал на своем Рэй, забавляясь игрой с дерзкой девчонкой. Он и сам не мог точно сказать, но ему почему-то стало принципиально важно узнать имя, данное ей наставником, и как к ней обращаются другие маги. — Вы знаете мое имя, могу я узнать ваше?
— Конечно, можете, сэр! — Луиза неожиданно улыбнулась, но вовсе не так, как улыбалась тому крестьянину. В зеленых глазах зажглись лукавые огоньки. — Вот только не от меня. Я вам его ни за что не скажу!
Рэй мог поклясться чем угодно, но, кажется, в этот момент она едва удержалась, чтоб не показать ему язык. От столь неожиданного ответа лицо у него вытянулось, и Луиза могла в полной мере насладиться своей маленькой победой.
Герцог довольно ухмыльнулся, наблюдая за происходящим — хотел Треванс пряного вина — получил, теперь вот пусть расхлебывает. Надо было ему соглашаться на сладенький ликерчик — от него-то голова может кружиться ничуть не хуже.
Неизвестно сколько бы еще продолжался этот не совсем учтивый разговор, однако вмешался случай в лице маленькой светловолосой девчушки лет пяти отроду. Она, выглянув из дома недавно покинутого Луизой, хитро улыбнулась и опрометью бросилась к группе разговаривающих господ.
— Луиза! — подбегая, окликнула малышка, сжимавшая в ладошке небольшой полотняный мешочек. Одета она была хоть и довольно просто, но чисто и аккуратно — сразу чувствовалась рука заботливой матери. — Держи! — кроха протянула опешившей Луизе свой мешочек и, кажется, вовсе не обратила внимания на высокородных всадников.
Рэю, внимательно наблюдавшему за происходящим, стало абсолютно ясно — Луиза среди крестьян чувствовала себя не просто свободной, она была для них своей, несмотря на высокое происхождение. И, вполне возможно, именно поэтому она так враждебно относилась как к герцогу, так и к нему самому.
 
— Что это? — искренне удивилась Луиза, заглянув в мешочек. В нем лежали какие-то желтые и сладковатые на вид ломтики.
— Груша! — с детской непосредственностью гордо объявила малышка, озорно улыбаясь. — Папа велел передать. Говорит, ты груши любишь. Мамка по осени их вялит, и мы с чаем едим. Вкуснятина!
— О, Мэг! — только и смогла сказать Луиза. Хохотнув, она потрепала малышку по светлым вихрям волос. — Спасибо, солнце.