Сосед-подонок (СИ)
А потом она проснулась. В том же номере, накрытая покрывалом. Ее вещи были разбросаны по полу, на столе стоял поднос с завтраком, бутылкой минералки и упаковкой «Алка-Зельтцера». Руслана нигде не было — очевидно, он уже уехал. Катя присела на кровати, вспомнила, что произошло прошлой ночью, и схватилась за голову. Она помнила, что секс был великолепен, но все равно — так стыдно ей не было еще никогда в жизни. За свои двадцать пять лет она спала только с Валерой и Максимом. У нее никогда не было секса на одну ночь, она даже представить не могла, что когда-нибудь окажется в подобной ситуации. Она изменила Максу, повела себя, как дешевая давалка на одну ночь.
«А вот и не дешевая, — проговорил внутренний голос, и Катин взор упал на купюры возле подноса. Навскидку там было около тридцати тысяч. — Боже, во что меня превратил этот город??»
Быстро приняв душ, девушка выпила немного минералки (таблетки от похмелья не понадобились), оделась и покинула номер. Деньги так и остались лежать на столе. Какой-нибудь горничной сегодня крупно повезет.
Глава 20
По дороге домой Катя непрерывно смотрела на телефон, где не было ни звонков, ни СМС от Максима, но она продолжала смотреть, будто боялась, что он вот-вот даст о себе знать.
Войдя в квартиру Максима, девушка поняла, что его до сих пор не было дома. Ее косметика оказалась все так же разбросана по всей ванной комнате. Одежда, обувь — все осталось нетронутым с момента ее ухода. Катя не стала дожидаться и позвонила Максиму первая, попутно прибираясь в квартире.
— Буду дома минут через двадцать! — мгновенно ответил он, чем очень удивил девушку. А еще он был абсолютно трезв.
— Эм… хорошо. Голоден?
«Зачем я вообще спрашиваю, голоден ли он?? Да плевать!» — поймала себя на мысли Катя.
— Немного. Но я уже купил сырников, сметаны и варенья. Отличный завтрак для нас с тобой.
— Да… увидимся.
Катя положила трубку, быстро расшвыряла вещи по местам и решила еще раз принять душ, чтобы окончательно смыть запахи прошлой ночи.
«Я пахну, как этот… этот Руслан. Душ, быстрее! Запах, однако, неплох».
Максим зашел в квартиру с покупками из ресторана и продуктового магазина, а еще в руках у него был красивый пакет бирюзового цвета.
— Я голодный, давай есть. — Вывалив все на стол, Максим бросил кожаную косуху в угол кухни.
— Максим. Нам надо поговорить.
— О чем? Давай поговорим, когда поедим?
— Нет. Мы будем говорить сейчас. — Катя сама удивилась своему напору. — Садись.
«Может быть все дело в здоровом сексе?» — промелькнула мысль в ее голове.
— Ты мне изменяешь? — голос ее звучал ровно.
Подавившись сырником, Макс откашлялся и быстро вытер губы от сметаны тыльной стороной ладони.
— Что за дичь с утра пораньше? Ты в своем уме?
— Я жду ответа на свой вопрос.
— Ты спрашиваешь, потому что меня не было дома всю ночь?
— И это уже не первый раз, Максим! — Катя вскочила со стула и стала у подоконника, скрестив руки на груди. — Ты вечно темнишь, что-то не договариваешь… Я понятия не имею, что происходит в твоей жизни. А еще ходят слухи, что ты живешь в квартире своей матери, которую выгнал на улицу. И это не все! Еще наш с тобой секс больше напоминает бои на выживание, а не занятия любовью! Мне все это надоело! Я больше так не хочу!
— Воу-воу! — Максим встал со стула и подойдя к Кате попытался ее обнять, она вывернулась и отошла в другой угол кухни. — Кэт, ты не представляешь, как много для меня значишь. До тебя я был как сопливый котенок. Не понимал, куда двигаюсь, бросался на каждую юбку, но теперь все иначе. Теперь у меня есть ты. Все прекратилось со дня нашего знакомства. Я углубился в работу, понял, как много требуется знаний, чтобы вести клубные дела. И я делаю все это ради тебя. Работаю по ночам, чтобы быть с тобой днем, перестал звать тебя в клуб, потому что понял, как тебе надоело туда ходить. Касаемо моей матери: я могу только догадываться, кто распускает эти слухи, но ведь ты и сама понимаешь, что это все наглое вранье. Моей матери уже давно нет в живых, уже два года как.
— Ты никогда о ней не рассказывал. Ни слова! На все мои вопросы тут же менял тему.
— Потому что мне до сих пор тяжело о ней говорить. — Глаза Максимка будто заволокло дымкой печали. — Она была очень серьезно больна. Целый год лежала в кровати, цеплялась за жизнь… Все это время с ней был только я. Ты знаешь, что я из очень бедной семьи, никогда не знал своего отца. Мать работала на трех работах, чтобы поставить меня на ноги. Мыла подъезды и туалеты в офисах. Надо мной вечно смеялись в школе — я был одет беднее всех, и у меня не было всяких модных гаджетов. Но я обязан ей по гроб жизни. Так что скажи мне, кто автор этих слухов, и я научу его следить за словами.
Максим сел на стул, перевел дыхание. Его взгляд был устремлен куда-то вдаль.
— Максим… я… — Чувство сочувствия и жалости отбросило прочь все Катины сомнения.
— Нет, ты не виновата, что я ничего тебе не рассказывал. Сейчас постараюсь это исправить. Когда мне было около пяти, мама устроилась в крупную фирму, где нанимали домработниц для мажоров. Так одним из ее клиентов стал Лев Борисович. Они полюбили друг друга, затем он продал свой коттедж, потому что в том районе жило одно быдло, обогатившееся в девяностых. Он сделал ей предложение, купил эту квартиру, и мы стали жить все вместе. А потом, через девять лет, он погиб. Разбился на машине. После этого мать сильно сдала. — Макс поднялся с места. — Извини, но на сегодня историй хватит. Ты же знаешь, мне тяжело много говорить о личном. Но я покажу тебе фотки.
Он ушел куда-то в комнату, начал шуршать в шкафах. Катя стояла в оцепенении, она вдруг почувствовала, что вчерашний секс был самой огромной ошибкой в ее жизни. Макс вернулся с парой фотоальбомов в руках и принялся показывать ей фотографии, начиная со свадьбы своей матери и Льва Борисовича. Катя увидела женщину в сером костюме, состоящего из юбки и пиджака, и огромного, просто необъятных размеров мужчину в черных брюках, рубашке и пиджаке.
Рассматривая вместе с Катей старые фотографии, Максим вдруг снова заговорил:
— После его смерти она как будто сломалась. С каждым годом ситуация становилась все хуже: мать стала вытворять несвойственные ей вещи, открывала воду, газ, могла начать двигать мебель, иногда даже вышвыривала вещи из окон. Она звонила соседям и кричала, чтобы те вызвали полицию, что случился пожар, или что нас ограбили. После школы я пытался поступить в институт, но не смог — мне нужно было работать, чтобы обеспечить нас с мамой. А потом, в самом конце, у нее случился инсульт, после которого она больше не проснулась.
Максим встал у окна, обняв один из альбомов. Катя бросилась к нему и крепко обняла.
— Прости! Прости, Максим! За то, что поверила глупым слухам, за все эти идиотские подозрения. Я люблю тебя! И за вчера тоже прости.
Последняя фраза вырвалась как-то сама собой. Макс отстранился и настороженно на нее посмотрел.
— А что случилось вчера?
— Ну… я … слушала эти соседские сплетни и верила им!
— А, соседи… Ну теперь все ясно. Кучка завистливых ублюдков. Тебе не за что извиняться, Кэт. Я оставляю тебя в неведении и по ночам ухожу на работу. Любая на твоем месте начала бы подозревать меня невесть в чем. Но тебе не о чем волноваться. У меня много офисной работы. Наши офисы располагаются за городом, а не в самом клубе. Бухгалтерия, счета, заказ алкоголя, инвентаризация, разного рода бюрократия: все это делаю я. — Поймав ее вопросительный взгляд, Макс поспешил уточнить: — Да, знаю, я босс, но лучше меня это не сделает никто. Такой уж я гиперответственный. А еще можем обсудить то, что происходит в нашей постели…
— Не надо! — Катя еще крепче прижалась к его груди. — Все у нас в порядке.
В ее голове роились страхи и сомнения: «А что, если этот Руслан расскажет Максу о прошлой ночи? Что тогда будет? А вдруг это вообще была проверка на верность? Боже, что же я наделала?? пропала, все пропало!»