Л 5 (СИ)
Уже перед уходом удалось как бы невзначай подслушать оброненную кем-то фразу об отсутствии связи с Петроградом. Якобы мятежники захватили телеграф… Однако, повторяется история-то…
Так что и нас попросили пока находиться в нашей гостинице. А за новостями приходить позже, ближе к вечеру, а лучше вообще завтра к обеду. Так мы и решили сделать. Выхода-то особого не было. Хотя, все рвались вернуться домой. У всех семьи в столице. Так что без переживаний и волнений не обошлось. Да и я сам по вполне понятным причинам места себе не находил. Мало ли что там может случиться… Но и прямое указание своего непосредственного начальника не посмел нарушить. Есть у меня надежда на благополучное разрешение этого столичного конфликта, благодаря кое-каким намёкам Николая Степановича. Если, конечно, они там не прозевают с его локализацией и этот народный, или чей он там, пожар не разгорится во что-то большее. Ну мысли кое-какие собственные имеются. Предполагаю, для чего это всё затеялось. Лишь бы мои догадки совпали с реальностью…
Пользуясь случаем прогулялся по городу, зашёл в свой банк, проверил содержимое арендованной ячейки. Лежат мои драгоценности… Те самые, что мне когда-то очень давно удалось захватить у грабителей в Пскове. Грабители у немецких промышленников, а я у грабителей весьма удачно экспроприировал… Ну и пусть пока лежат. На чёрный день…
Назавтра новости были вообще неутешительные. Местные газеты вовсю пишут об одном — в России началась буржуазная революция. Точно такая же, как и в Германии, и во Франции. Тут уже не до выполнения приказов было — общим желанием экипажа было решено вернуться назад. Сунулись к самолёту, а нас назад и развернули…
Охрана стоит вокруг нашего самолёта и нас же к своей технике не подпускает! Оприходовали уже местные новейшую технику… Подсуетились!
И силой не пробьёшься, слишком их много. Пошумели малость для приличия, пообещали, как водится, жаловаться консулу и покинули аэродром.
Угрозу свою решили не откладывать и всем кагалом сразу же проехали до Русского посольства. Всех до приёмной не пропустили, остановили внизу, в просторном холле. Мы же с сопровождающим поднялись наверх, где пришлось ещё и подождать около получаса до приёма…
Ну, что сказать? Посол наш и сам практически все новости узнавал из прессы. И наши проблемы и заботы ему сейчас явно до одного места были… Со своими бы как-нибудь разобраться. Тем не менее пообщались. Порекомендовал не поддаваться на провокации и так далее и тому подобное. Короче, говорил всю ту лабудень, которую им положено говорить в подобных случаях. Ну, когда от них ничего не зависит, и когда сами ничего решить не могут, а лицо терять не хочется.
Вышли во двор, а здесь уже столпотворение. Не одни мы за новостями пришли. Русских подданных, оказывается, в Дании хватает. И все на нервах, все чего-то требуют и шумят. Ну и само собой, сразу же на нас с вполне понятными вопросами накинулись, в разные стороны потянули, чуть не разорвали на тысячу мелких клочков. И охраны вокруг никакой, самоустранилась она и правильно сделала. Иначе бы и ей не поздоровилось. Пришлось выкручиваться из положения, забираться на возвышение, коим фонарный столб оказался и уже с его тумбы во весь голос озвучивать последние новости. Впрочем, ничего нового сказать я не мог, всё это в утренних газетах можно было прочитать. Зато хоть нас в покое оставили. Упс, поторопился я с выводами насчёт оставили.
Самые ушлые из этой толпы всё мигом сообразили и вцепились в меня, словно репей. Дождались момента, пока основная масса подданных великой Империи в здании не скроется и весьма настойчивым образом приступили к моей планомерной осаде. Даже окружили со всех сторон довольно-таки грамотно. Не вырвешься без скандала и привлечения к нам лишнего в этой связи внимания. Ну и не стал вырываться, а предпочёл выслушать предложения — мол, мы же на самолёте? На самолёте… А, значит, обязательно должны в самом скором времени домой вернуться? Конечно, должны… А раз так, то и следующее вполне закономерное предложение не заставило себя ждать. Предложили эти ушлые себя в качестве пассажиров. Вместе со своими ближними, само собой. Огромные деньги предложили за подобную возможность.
Думаете, отказался? Как бы не так! Не та ситуация… Но и обнадёживать никого не стал. Объяснил, что самолёт у нас пока арестован и подобной возможности может не представиться вообще. Так что и рад был бы помочь, но… Ещё и руки в стороны развёл, с выражением явного сожаления на лице.
Съездили к самолёту, попробовали ещё разок безуспешно пройти к своей технике. Вернулись в гостиницу и начали разрабатывать операцию по возвращению своего движимого имущества. Собрались в моём номере, обсудили наши реальные возможности. Возможности оказались весьма слабыми. Вот где мне Степана-то не хватает… Или прежнего экипажа… А с этим особо каши не сваришь, придётся на одного себя рассчитывать…
Само собой, люди мы все военные, кое-кто даже в боевых действиях поучаствовал, но здесь не окопы, здесь совершенно другие навыки нужны. А подобные навыки есть лишь у вашего покорного слуги. И даже наш сопровождающий ничем таким особенным порадовать не смог. Непонятно, для чего Батюшин его нам подсунул? С какой целью? Сексотить? Но что имеем, то имеем, придётся работать с тем, что есть. Выработали какой-то план, выдвинулись к аэродрому с наступлением темноты. На что рассчитываем? Да лишь на то, что никто не ожидает от нас подобной наглости! Привыкли к своему законопослушному народу…
Действовать решил по канону. Под утро, как это всегда и бывает. Зачем менять или отказываться от того, что до нас миллионы тысяч раз успешно опробовали? Правильно, незачем. Поэтому тёмной ночкой, в самую так называемую собачью вахту, я во всём тёмном и не сковывающем движения пробирался к самолёту. В комбезе, то есть. Я — к самолёту, а остальной мой экипаж к караульному домику.
Осмотрелся осторожно, потихонечку вокруг стоянки обошёл, прокрался. Счастье-то какое! Сплошное оцепление было снято. Похоже, успокоило датчан наше мнимое равнодушие и бездействие, отсутствие видимой реакции на явный арест нашего имущества. А зря они успокоились… Но нам-то это как раз на руку!
Пришлось обойти самолёт ещё разок по кругу. Чтобы удостовериться в сделанных выводах. Очень уж ошибиться не хочется. Хорошо ещё, что погода словно по заказу. Поднялся с вечера небольшой ветер, нагнал хмари да облачности. Правда, облачность та была довольно редкой, но и за то большое наше мерси матушке-природе.
Дождался пересменки караула, выждал ещё полчаса и начал работать. Действовать пришлось жёстко, без всякой жалости. Но и без смертоубийства, желательно. Мне ещё в эту страну не один раз придётся возвращаться. Да и дела у меня в столичном банке имеются. Поэтому нужно постараться обойтись без уголовного преследования. Как там говорилось? Бить буду аккуратно, но сильно? Вот так и бил. Сильно. И по голове, защищённой, между прочим, уставным головным убором. Зимним. Оттого и пришлось сильно бить. Караульные-то не по одному ходили, а по двое. А сами попробуйте двоих одновременно успокоить… И ведь именно успокоить, а не упокоить. Последнее было бы значительно проще. А вот первое…
Тяжкое это дело, но возможное. Да и не совсем одновременное, ну, почти не совсем. Отработал, как учили. После ещё на всякий случай классику вспомнил, руку к шее каждого упавшего приложил, постарался пульс нащупать. Нащупал какое-то биение. Хотя не особо и ошибусь, если скажу, что это у меня в пальцах от волнения колотилось. Несмотря на довольно прохладную ночь с меня пот градом лил, до того жарко было. Отвык я от подобных дел за прошедший год. Расслабился на вольных хлебах. А тот случай в забайкальской тайге не в счёт. Там так, слишком быстро всё произошло. Я даже и испугаться особо-то не успел…
Но, вернёмся к нашим делам. А то ишь, в воспоминания ударился. Тоже, подходящее время и место для этого нашёл… На моё счастье ночное освещение стоянки полная дрянь, да ещё и под порывами ветра не только сами столбы раскачиваются, но и отражатели с лампами туда-сюда мотаются, тени причудливые в разные стороны разбрасывают. Захочешь что-то различить, не сможешь. И скрипят эти жестянки-отражатели жуть с каким противным скрипом. Так что зря я так волнуюсь. Но и медлить нельзя, совсем уж лопухов в подобной службе не бывает. Если только они сами не лопухнутся…