Чародейка. Ходящая по грани (СИ)
— Отлично! — съязвил Крейг. Как только ему удавалось одновременно болтать и улепетывать от опасности? — Если Ширгены нас не повяжут, то огонь спалит! Умница, чародейка.
Кинула обвиняющий взгляд на корха и продолжила забег. Что толку теперь причитать? Нужно было спасаться, срочно. Ловцы Ширгенов начали заходить с боков, плюясь в нашу сторону длинными лианами. Некоторые из них пролетали мимо, другие на ходу были разрублены сквоннами корхов. Когда догоняющих стало больше, а наши шансы к спасению прогрессивно падали, объявилась Жуть. Эппи, пристроившись к нашему отряду, принялась ожесточенно щелкать пастью, разрывая лианы. Что примечательно, сами Ширгены побаивались пока подходить ближе, атакуя со стороны. Все же, впечатлила их наша способность материализовывать огонь. Правда, через кратное время, они стали смелее, и теперь мы могли видеть, как над нашими головами, по верхушкам высоких растений и деревьев, прыгали зеленые клубки. А еще на нас опустилась огромнейшая крылатая тень.
— Эта фтица, она лефтит за нами! — ткнул в небо Бамс.
— Да на кой мы и ей — то сдались! — недоумевал Крейг. Тень накрывала нас все больше. — Чем этой тварюге плоды Ширгенов не угодили!? Могла бы стража сожрать и на этом успокоиться!
Когда листья Акхара над нашими головами начали ломаться от крыльев крылатой твари, а выглядело это так, словно она срезала их в полете, мы поняли, что спастись нам вряд ли удастся, ведь Гаррова тварь, действительно, выбрала нас своей целью. Мы припустили еще быстрее, хотя, казалось, это невозможно. Я слышала, что в определенный у человека второе дыхание открывается. Теперь я прочувствовала это на себе. Ширгенам конкурент не был в радость, поэтому они нападали на птицу, пытаясь связать ее лапы, цеплялись за крылья и костяные отростки на хвосте. Гаррова тварь неслась на нас во всю прыть, собирая на себе ловцов Ширгенов. Разбитые телом Квартуцении осколки от коры Акхара, летели в разные стороны. В следствие, открытые участки кожи на руках и лице саднили от порезов, которые еще и заливались горьким соком ломавшихся растений. Мы петляли, то в одну сторону, то в другую, чтобы чудовище не успело нас поймать. При всем своем внушительном размере, схватить юркую добычу ей не удавалось. По крайней мере, пока. Тело птицы накренилось в бок, и теперь один конец крыла пропахивал землю, оставляя на ней глубокую борозду. Тварь поравнялась с нами, демонстрируя нам свою спину, где находился весь наш отряд, отправившийся на спасение Лиллэ и Угго. Те, кстати, тоже там были. Они что — то пытались нам кричать, но расслышать, что именно, было невозможно. Бамс, признав своих на спине прирученной злобной твари, тут же остановился, дернув на себя остальных. Крейг хотел было врезать своему приятелю за такую «помощь», но вовремя заметил странность в виде чародеев и корхов, управляющих птицей. Времени удивляться дальше и задавать вопросы у нас не было. Хищная тварь опустилась на землю, разрушила своим весом немаленький такой клок Глуши и пригласительно расправила крыло. Не сговариваясь, принялись карабкаться на птицу. Дело оказалось нелегким, ведь Квартуцения раз от разу дергалась, щелкая клювом и отбиваясь шипастым хвостом от назойливых Ширгенов. Ренольд помог мне и Рэннэ, подтянув нас наверх. Как бы я не была его рада видеть живым, проявлять эмоции было некогда, я просто вцепилась в стража руками и ногами, ведь сорваться с подвижной твари было плевым делом. Улыбнувшись своим мыслям, Ренольд усадил меня впереди себя, крепко обхватив руками. Отряд немалыми усилиями вскарабкался на тварь, ухватившись за костяные наросты на хребтине. Взмахнув широкими крыльями, заодно сметая с себя ловцов, Квартуцения начала «взлет».
Я закрыла глаза и уткнулась лицом в грудь Ренольда, тварь откровенно пугала. И как только они смогли приручить ее? Жуть по сравнению с ней была маленькой безобидной кошечкой. Вспомнив об эппи, испуганно раскрыла глаза и заозиралась:
— Жуууть! — Эппи была все еще среди Ширгенов, а птица успела оторваться от земли и взлететь над деревьями. — Ренольд! Мы не можем улететь без нее!!
— Вернуться не получится, — ответил на это страж, — все Ширгены из нор повылезали, и теперь ищут тех, кто стал причиной разорения гнезда. Ловцов становится все больше. Квартуцения пол горы им снесла, пока мы забирались на ее спину. Она ж еще и от ловчей сети отбивалась.
— Жуть! — не унималась я. Никак мне не хотелось верить, что мы вот так просто оставим ее.
Та, словно услышав мой голос, хотя расслышать меня уже было невозможно, разорвала когтями, напавшую на нее Ширгену, ловко забралась на верхушку Алхара и пустилась в прыжки на длинные дистанции по верхам растений и деревьев. Затем, подобравшись к нам ближе, отпружинила и прыгнула высоко вверх, зацепившись когтями за хвост птицы. Квартуцения протестующе зашипела, но скидывать эппи не стала по неведомым мне причинам. Жуть, в свою очередь, подтянулась выше, чтобы удобнее выло вцепиться всеми лапами в мощный хвост твари.
— Твоя Жуть не пропадет, — заметил Ренольд, улыбнувшись, и вот теперь мне стало спокойно. Настроение резко поднялось — все остались живы, силы окончательно куда — то ушли, и меня утянуло в глубокий сон. Благо страж был рядом, поэтому упасть я не боялась.
ГЛАВА 14
Пламя весело потрескивало. Наш разношерстный отряд сидел вокруг костра молча, переваривая недавний бой с Ширгенами. Я опасливо посматривала на жуткую птицу, примостившуюся позади своей хозяйки. Квартуцения сложила крылья вдоль длинного тела. Свою голову с жутким длинным клювом Гаррова тварь положила на землю. Она шумно вдыхала и выдыхала воздух из широких ноздрей, образовывая клубы пыли. В черных, как омут, глазах твари плясал огонь. Жуть в сравнении с Квартуценией смотрелась миниатюрной. Никогда бы не подумала, что такое возможно. Обе Гарровы твари демонстративно друг друга игнорировали, выдерживая дистанцию.
На Таймарр опустилась ночь. В этот раз достаточно холодная, поэтому я уселась как можно ближе к костру, вытягивая и грея руки. Заметив это, страж снял с себя что — то наподобие камзола, накинув на мои плечи. При этом, сам остался с обнаженным торсом. Рубашка — то в расход пошла, на корм Гарровским рыбам. Хотела вернуть камзол обратно, в лесу, граничащем с территорией Сайгорма, было очень промозгло, но Ренольд настоял на своем. По виду стража нельзя было понять, что его каким — либо образом волнует холод. Он отрешенно что — то обдумывал, не обращая внимание на такие мелочи, как погодные условия.
— До сих пор не верится, что мы прошли Гаррову глушь, — первая прервала молчание Рэннэ, — я думала нас убьют эти Ширгены. Если бы не Квартуцения…
— Именно, — подхватил тему Крейг, — Квартуцения. Как вам удалось ее приручить?
— Спроси у Джинны, — только и ответил страж, продолжая обдумывать свое.
— И как же? — теперь взгляды, полные любопытства, обратились к чародейке.
— Эмис смогла приручить Жуть, чем я хуже? — отстраненно ответила Джинна, ковыряясь длинной палкой в углях.
— И все? — взволнованно спросил Свирк. — Все, что ты можешь нам сказать?
— Я плохой рассказчик, — чародейка тонко улыбнулась, продолжая швыряться в углях, словно это занятие было гораздо важнее, чем задаваемые вопросы.
— Мутные вы, чародеи, — сделал выводы Крейг, — никогда не знаешь, что вы выкинете в другой раз.
— Так жить интереснее, корх, — нашлась с ответом Лиллэ, — кстати, Гаррова Глушь все еще горит. — Чародейка ткнула пальцем в дымящийся горизонт.
— подарок от Эмис, напоследок, для тварей, что весь путь пытались нас убить, — изрекла Рэннэ, усмехнувшись, — наш отряд они запомнят.
— Ширгенам точно конец, — улыбнулся в ответ Угго, — они ж огня боятся. Но останутся другие. Такие как она, например, — командующий корхов указал на Квартуцению. — У нее кожа огнеупорная. Удручает другое — сгорает наш источник доходов.
— Ты про цветочки там всякие? — Лиллэ улеглась на спину, скрестив руки на затылке. — Неужто встреча с Ширгенами не отбила у тебя охоту их собирать? Я бы на твоем месте беспокоилась о другом.