Чародейка. Ходящая по грани (СИ)

— Они гипнотизируют жертву и забирают ее жизненную силу, — сквозь зубы ответил страж.
Странно, но стыдно мне не было, зато возникло ощущение правильности ситуации, а еще, я была уверенна, что та тень не собиралась причинять мне вред. Скорее, наоборот, хотела что — то показать. Дождавшись пока Франт остынет, решила задать очередной вопрос, не дававший мне покоя после полученной от стража информации:
— За счет чего магические миры таковыми являются?
Якоб посмотрел на меня укоризненно, в его понимании я должна была виновато молчать, но страж соизволил ответить:
— В магических мирах есть поддерживающие силу атрибуты.
Вот теперь мы с Якобом уставились на Ренольда вопросительно оба.
— Есть три измерения, наделенных магией и способных рождать чародеев двух разных полярностей. Изначально миры таковыми не были. Наши измерения как площадка для взаимодействия темной и светлой сторон. Жрецы принесли в них атрибуты, содержащие в себе три элемента, подпитывающие миры энергией света, хаоса и жизни. Атрибут представляет из себя нечто треугольной формы, где основание — трапеция обозначает жизнь, две верхних части — кристаллы, синтезирующие энергию агрессии и созидания.
— Жрецы? — переспросил удивленно Якоб. — Те, что объявили войну империи и всему живому?
— Именно, — кивнул страж, — жрецы есть у темной и светлой стороны. Избранные среди них обязались быть хранителями своей части атрибута и подпитывать ее извне. Тем самым они обеспечивали себе место для переговоров двух сторон без опаски быть поглощенными чужеродной энергией противоположной полярности. Живым существам, обитающих в таких мирах, за такую возможность дали привилегию рождаться одаренными. Не все становились чародеями, но многие.
— Получается, эти жрецы вольны расхаживать по магическим мирам? — Уточнил Якоб, несколько растерявшись от рассказа стража. — Тогда почему мы видели только тени? Где существа из света?
— Уже более двадцати лет, кристалл, синтезирующий светлую энергию, неумолимо иссякает… — тихо ответил Франт. — Последние года свет в нем был блеклым, и во всех мирах увеличилось количество рождаемых неудачников. Тогда как удачники появлялись все реже и слабее. Если одна часть атрибута иссякнет — погаснут и остальные. Кохар пытается восполнить кристаллы энергией хаоса, забирая ее в излишнем количестве с теневой стороны. Такое нарушение способствовало началу войны.
— Почему начала иссякать светлая часть атрибута? — Поинтересовалась я.
— Мы не знаем, — выдохнул страж. Но это непростое совпадение — истощение светлого кристалла, появление у императора странных капканов и объявление войны живым.
— Что станет с мирами, если атрибуты лишатся силы? — Якоб замедлил шаг, переваривая информацию. Он был ошарашен такими сведениями, так же, как и я.
— Магические измерения перестанут существовать, тени их уничтожат. Что станет с немагическими, неизвестно. Ничего хорошего, полагаю. Все измерения взаимосвязаны.
Чем больше информации о нашей миссии я узнавала, тем страшнее становилось. Не совершила ли я ошибку, когда в ту ночь попросила Ренольда отправить моих друзей на Таймарр вместе со мной? Наверняка, обладателям золотых атрибутов — истинным подготовленным чародеям было бы в сто крат проще проходить задание, касающееся магического мира. Утешала себя мыслью — Франт, должно быть, осознавал на что шел, согласившись выполнить мою просьбу. Я надеялась на это…
В мире теней неожиданно стало шумно и ветренно. Охристый песок мертвой пустыни, подбрасываемый потоками холодного воздуха, превращался в небольшие песчаные воронки. Они весело носились по хаосу, периодически соединяясь в одну большую круговерть и снова рассыпались, поднимали клубы пыли вверх. Теперь прикрывать лицо стало необходимостью, песчаные частицы, попадаемые на кожу, неприятно царапали. Я частенько посматривала на свой атрибут — часы. Хотелось понять — как долго мы были в пути, и сколько оставалось идти. Провела пальцем по стеклянному циферблату, освобождая от частиц песка, присмотрелась. В пути мы были всего пятнадцать минут, а казалось, что канули сутки. Да и информатор указывал о прохождении чуть более одного деления. Получается, большую часть дороги по пескам хаоса мы преодолели. Ничего сверх плохого не произошло. Неужели имперский воин был прав, и путь через мир теней безопаснее нахождения на Таймарре? Верилось с трудом. И предчувствие мое, не ошибающееся никогда, начало потихоньку давить на мои нервы. Пробежалась взволнованным взглядом по окружающему пространству. Ничего примечательного. Все тот же песок, равнодушные тени, встреченные случайно и пролетающие мимо. Лишь воздух стал напряженнее. Жуть размеренным шагом шла за Ренольдом, прикрывающим лицо рукой от песчаных частиц. Якоб неприязненно щурился, стараясь не отставать от стража. А мое чувство опасности уже вопило о грядущих проблемах. Сердце начало отбивать чечетку, я остановила Жуть, натянув поводья. Франт тут же обернулся, пытаясь уловить взглядом причину вынужденной остановки. Не найдя оправдания этому, посмотрел на меня вопросительно. В побелевших от напряжения ладонях, я сжимала золотой атрибут — информатор.
 
— Эмис? — заволновался Якоб, и не зря.
Наши атрибуты, все три, начали громко тикать в унисон.
— Вперед! — Приказал страж, запрыгивая на спину эппи. Якоб тут же подтянулся за стражем, быстро оказавшись на крупе.
Жуть, вместо того, чтобы резво сорваться в бег, встала на задние лапы, громко и предупреждающе зарычав на кого — то. Она поворачивала голову из стороны в сторону, ища спасительное направление, но не находила. Мы крутились на небольшом клочке песка, вцепившись в тварь из Глуши. Жуть боялась сделать лишний шаг в сторону, обреченно шипя и скаля зубы. Атрибуты продолжали выбивать дробь, а у нас так и не появилось оружия. К горлу подкатил страх, когда я осознала, что против того, с чем нам предстоит столкнуться, у нас не было никаких шансов.
В подтверждение моей догадки, что — то незримое и ужасающе мощное столкнуло нас со спины Жути и резко дернуло вниз. Вопреки моим ожиданиям— быть расплющенной о поверхность песков хаоса, я словно бесплотный призрак, просочилась сквозь их толщу и с бешенной скоростью неслась все ниже и ниже. Своих попутчиков я не видела, перед глазами все было размыто, в ушах стоял гул. Только сверху, над головой, послышался обреченный вой зверя.
***
— Я не стану это носить! — Брезгливо сморщила красивый нос Рэннэ, указав тоненьким пальчиком на имперскую форму, только снятую с успевшего промариноваться на солнышке трупа.
— Между прочим, мне пришлось доставать это для вас, — Лиллэ прикрыла нос платком. Пахло далеко не свежими только распустившимися цветами, — и если ты сейчас продолжишь меня уверять, что я зря битый час снимала одежду с мертвецов, я тебя сама убью!
— Хорошо, — Рэннэ проняло, связываться с воинственным равром не хотелось, но как же противно было ей притрагиваться к пропахшей одежде, — может, хоть в пруду каком ополоснуть?
— Великолепная идея, — согласилась лилово — кожая, — как только дойдем до Илейного озера, так и поступишь!
— Но ведь около двух дней пути до него! — Продолжала капризничать чародейка — удачница, удивленно наблюдая за тем, как Джинна натягивает имперскую форму.
И ни единый мускул лица ее не выдал пренебрежение к одежде, снятой с убиенных имперцев.
— Да, — широко улыбнулась Лиллэ, — если ты выживешь, добравшись до озера, оно будет для тебя приятным бонусом. И вон тот шлем надевай! — указала лилово — кожая на тряпичный убор из плотного материала с прорезями для глаз. Вокруг прорезей и по угловатым краям низа была вышивка с трапециевидным орнаментом.
— Это еще зачем? — Рэннэ, задержав дыхание, натягивала форму. Процесс затянулся, поэтому пришлось впустить в легкие воздух. Лицо чародейки позеленело, она еле сдерживала приступ рвоты.
— У тебя слишком симпатичная мордашка для равра. Хотя… для тебя у меня есть еще один вариант.
— Какой? — Чародейка удивленно осматривала свою имперскую форму, которая мгновение назад была ей ощутимо велика. Теперь же она сидела как влитая. И кажется, запах исчез.