Нити Судьбы (СИ)

— Пять минут, — наконец ответил Рон, хотя я уже и забыла, о чем спрашивала. — Я буду в норме.
Достав из сумки пару рубашек, попыталась хоть как-то зафиксировать сломанное крыло. Боль пройдет, но висящая конечность будет мешать, так как помню, что в первый раз она волочилась по полу, и лайши что есть силы, пытался придержать ее. Теперь же нам нужно, чтобы его руки были свободны, и он мог, не обращая внимания на крыло, держать в них меч, который как оказалось, не зря попался мне на глаза. Кстати, не мешает уже подготовиться!
Достав все необходимое, протянула удивленному лайши:
— Сейчас, когда настойка начнет действовать, — уточнила, положив руку на плече опуская болезного на землю, — медленно, но уверенно, продвигаемся в сторону игриса. — Поймав вопросительный взгляд, добавила: — Как хочешь, но подниматься нельзя! Так что пригибаемся, и вперед. Чем ближе окажемся к дереву до того, как эн-лайши сорвутся с места, тем больше шансов у нас выжить.
— Почему к дереву? — задал вопрос крылатый, при этом цепляя на пояс оружие. Да, неудобно, но хоть так. — Нужно уходить в лес, там есть шанс, что мы сможем затеряться, и они потеряют наш след.
— Поверь мне! — глядя в фиолетовые глаза, я понимала, что со стороны это звучит бредово, но до леса мы точно не успеем. А вот игрис нас примет с распростертыми объятьями… хотелось бы верить, что все будет именно так. — Объяснять долго, но я чувствую, что это единственный путь к спасению.
Манорос лишь прикрыл глаза в знак согласия. Кажется, в этот момент, он не только соглашался со мной — он отпускал все тревоги, все сомнения, всю боль, которая судя по всему, оставляла его тело. При этом цвет его глаз стал более насыщенным, и мне даже показалось, что внутри я заметила странные темные всполохи, которые наполняли его взгляд решимостью.
— Пора, — слова прозвучали глухо, но уверенно. Одно движение, и я оказываюсь в сильных объятьях, которые не делают мне больно, они лишь согревают мою душу и сердце. Нежное касание губ, вызывает противоречивые ощущения: хочется углубить поцелуй, продолжить весьма сладкую, томительную пытку, отдаться полностью этим ощущениям, и в то же время — отпрянуть, потому что мозг не дает забыть о том, где мы, и что может случиться в любую минуту. — Идем!
Тихо вздохнув, мысленно благодарю этого шикарного мужчину за то, что он сам прервал эту пытку. Мне не пришлось делать выбор, хотя понимаю, что он был очевиден — я бы остановилась, с трудом, но все же. Сейчас не время и не место для осмысливания всех этих чувств и желаний. Нужно быть собранной, и предельно внимательной, потому что от этого зависит моя жизнь… впрочем, не только моя, так как по моей вине может пострадать еще и Манорос. Все же, там, в городе, шансов выжить у него было бы больше. А тут…
Передвигаться на полусогнутых не очень удобно, но я молчала, так как Рону было сложнее. А как вы думаете? С его-то габаритами, и быть незаметным, вообще что-то нереальное. Но он старался, и не ныл, хотя и приходилось бедному местами лезть на четвереньках, поджав при этом второе крыло.
В очередной раз, выглянув из засады, так и застыла на месте, потому что уродливые твари, оказались уже на поляне. Они, сминая под своими огромными лапами высокую траву, неслись прямо в нашу сторону, игнорируя при этом крики и метания черных, будто зная, что сеа-лай сейчас не опасны.
— Бежим! — завопила я во все горло, при этом срываясь с места.
Да, было бы глупо думать, что мы сможем сбежать от этой своры. Но, я все же надеялась, и… молилась всем богам, чтобы они позволили нам добраться хотя бы до середины этой проклятой поляны. А что дальше? Будем биться до последнего вздоха, до последнего удара сердца, до последней крупицы жизни, вытекающей из наших ран, которые непременно будут ужасающими, так как я видела, что могут эти звери… я знаю, как остры их когти, я помню этот незабываемый оскал, и дикую вонь из уродливой пасти. Это непременный конец! Конец всему тому, что не случилось со мной, и никогда уже не случиться.
 
— Берегись! — дикий рев Манороса, и моему бегу прибавляют ускорения, так что я пролетаю метров пять, чудом приземляясь на четвереньки, умудрившись при этом не покалечиться.
— Рон! — ору я, поднимаясь с травы. — Рон, — почти шепотом, дабы не отвлечь крылатого от схватки с чудовищами, которые с разных сторон обступив его, сжимали кольцо.
Шаг, и двое из них бросаются на уже готового к бою лайши. Острые когти вспарывают одежду, слегка задевая кожу, и по оставшимся лохмотьям, начинают расплываться алые пятна, при виде которых внутри что-то заворочалось, зашебуршало, отозвалось злостью на несправедливость.
Один монстр отлетает в сторону, при этом, не подавая ни каких признаков жизни, второй изрезанный в клочья, так же исчез в высокой траве, третьего Рон распорол мечом… четвертый… пятый…
Дальше я не выдержала, и рванула ему на помощь, потому что все внутри просилось именно туда, в тот маленький круг, где сейчас стоит этот молодой, но сильный воин, который отчаянно пытается защитить меня. Да он жизнь бы отдал за то, чтобы я ушла, сбежала, осталась жива! Но, я не могу его бросить, так же, как и он меня! Если умирать, то вместе, потому что это моя вина, что мы оказались здесь! Это я позвала его! Это я…
Глаза заволокло туманом, но я отчетливо видела каждую цель. Каждую хрипящую и дохнувшую от моих когтей и мечей тушу, чувствовала зловонный запах этого отребья, подмечала самые уязвимые места, в которые незамедлительно летели ножи, появляющиеся в моих ладонях из ниоткуда. По крайней мере, в тот миг мне казалось, что это волшебство, но оказалось еще круче, потому что сила переполняла меня — я была парящим ветром… меткой стрелой… острием смерти.
Оглушающий хлопок, придавил всех к земле. Зазвенело в ушах, а перед глазами появились черные мушки, которые мешая сосредоточиться, медленно плавали по небу. Тфу ты… Тряхнув головой, попыталась встать, но почувствовав адскую боль в боку, со стоном вернулась в прежнее положение, при этом чувствуя, как по коже стекает горячая влага.
Сквозь звон в ушах прорывались еле слышимые звуки боя, ужасающие, приглушенные хрипы, дикий рев с разных сторон сотрясал округу, от чего казалось, что земля подо мной дрожит, стонет, плачет кровавыми слезами, оплакивая при этом каждую душу, ушедшую с этого места на перерождение. Все вокруг умирало… и я наверное тоже, потому что с каждым вздохом, я чувствовала, как силы мои испаряются. Азарт боя исчез — кровь остывает.
Кто-то трясет, но у меня нет сил открыть глаза. Веки стали настолько тяжелыми, что я перестала бороться с ними. «Пусть все так и будет! Зачем сопротивляться?»
Злобный рык, затронувший что-то внутри, позволил немного пробудиться, и почувствовать тепло, которое укутало мое угасающее тело. Стало не так одиноко, но и желания вырваться из этого плена не прибавилось. «Пусть все так и будет!»
Мерное покачивание убаюкивало, расслабляло, дарило ощущение легкости и спокойствия. «Я не хочу обратно! Здесь хорошо! Уютно!»
Горячие капли на моем лице обжигают кожу до боли! Хочется стереть их, потому что если я этого не сделаю, эта влага выжжет во мне дыру. Да и не только поэтому! Что-то раздражает! Колет! Воет! Пытаясь достучаться! Что это?
Открываю глаза и вижу, как Райс бежит в мою сторону, но на его пути появляются все те же гадкие монстры, убившие меня. Он не успеет! Судя по всему, это понял и мой страж, поэтому его глаза горят черным пламенем, а трансформированное лицо искажается в гримасу ярости и злости. Он рвет все, что попадается ему на пути, но, этого не достаточно…
— Держись, — шепчет до боли знакомый голос, — нам обещали помочь! Только держись! Пожалуйста!
Кажется, я видела иргусов… золотое сияние…
— Найду… — черное пламя обожгло, кольнуло в сердце, и пропало. Темнота.
Конец