Нити Судьбы (СИ)

— А если я не права, и на нас нападут? — беглый, не слишком уверенный взгляд, дал понять, что малышка действительно в сомнениях.
— Убью всех нападающих!
— Хм… Действительно… — словно просканировав меня, заключила жена. — С твоими то габаритами… и… эти крылья…
Маленькая словно не понимает, что таким взглядом, она разжигает пожар в моем сердце, поднимает из глубин все самые низменные желания, заставляет зверя царапать самую хрупкую оболочку, ведь полный оборот пока не доступен. Поэтому истинный облик лайши мечется внутри меня, пытаясь пробиться, наружу, желая при этом подмять под себя это нежное тельце, оставить на хрупкой, идеальной шейке свой знак, изучить все глубины, отдать самого себя, и потерять разум, взлетая вместе с ней, к звездному небу.
Боги! Дайте сил удержаться, и не сотворить непоправимого, ведь она точно не простит мне ошибки! Уйдет, не обернувшись! Будет страдать, но не попросит, и не вернется. Я чувствую, что должен подождать. Дать шанс самой решится, и сделать первый шаг. Она придет! Протянет руку, и…
— Хио, ты уснул что ли? — толкнув меня в бок, спросила та, которая занимает все мои мысли.
— Думал, — коротко бросил я, поднимаясь с горизонтальной поверхности. — Хватит зря тратить время, пора узнать, кто бродит по моему городу.
Летели мы не высоко, но на безопасном расстоянии от крыш и открытых поверхностей. Не хотелось бы все же попасть под атаку магических сфер, это штука серьезная, но не смертельная, по крайней мере, для меня, ну и соответственно для моей супруги, потому что я не дам, ее в обиду, да и сам не подставлюсь под удар. Хоть тело мое немного и запылилось, стоя под защитой игриса [22], но я был уверен в своих силах. Такое ощущение, что отдохнул, а не был в заточении.
Несколько теней мелькнуло прямо под нами, но они не остановились, и даже не подняли головы, чтобы убедиться, есть ли опасность с воздуха. «Все же не разумны, — мелькнула грустная мысль. — Очень жаль!» — я всеми фибрами души надеялся на то, что хоть кто-то из моего племени жив, но… нет… это пустые мечты, которым не суждено сбыться.
Направившись в сторону своего дома, все еще с надеждой всматривался в пустынные улочки, но больше, к сожалению, или к счастью, если это касается хищников, или эн-лайши, не заметил ни единого движения. Было тихо, и невероятно одиноко, последнее, наверное, касалось состояния моей души, потому что, не смотря на то, что я сейчас не один, мои мысли занимал весь исчезнувший в никуда народ.
Вот странно! Тут он есть, а спустя не слишком большой промежуток времени, его уже не существует. Точнее я так думаю, что промежуток не большой. Возможно, в том, замороженном состоянии, время нещадно исказилось, и я не смог его ощущать в полной мере. Но… если вспомнить о приходе всех иргов, которые явились одновременно, я могу смело сделать вывод, что весь мой народ просто исчез, при том бесследно, так как мои многочисленные спутники никого не обнаружили, даже после того, как обыскали весь южный материк.
Кому было нужно исчезновение всего, и так не многочисленного вида? Нас всего-то осталось около тысячи, а может и того меньше, после последнего боя, итоги которого я смог оценить за секунды до того, как мое время остановилось. А что было потом? Сколько народа осталось лежать там, на сырой земле, которая была залита кровью лайши, и тех, которые были изгнаны из Нейроха, за предательство своего рода.
Радует, и одновременно печалит то, что их вожака, и главного бунтаря всего нашего вида, я убил. Ну а его подобие армии, без предводителя и без магической подпитки, которой он же ее и наделял, стала лишь обычной, похожей на вторую-истинную форму лайши, после чего, истребить ее стало проще простого, по крайней мере, для меня, ведь я не просто рядовой житель Нейроха, я его правитель.
Да, эта нелегкая участь настигла меня после того, как я переступил рубеж своего первого совершеннолетия, которое наступило ровно в сорок лет. Что самое смешное, так это то, что в таком возрасте мы еще не задумываемся о будущем — это лишь первый шаг к взрослению, и принятию себя, мы все еще продолжаем жить, под крылом у родителей, которые относятся к нам как к еще совершенно не разумным детям. Но… все вышеперечисленное меня не касалось, я стал уникальным, во всех смыслах этого слова.
 
Моя сила решила проснуться именно в этом возрасте, чего скажу я вам, не было ни разу, за все существование самого Алеорна. Ни один представитель расы, не был награжден таким «подарком» в столь ранние годы, так как удержать в себе магию, было очень сложно, и для этого требовалась неимоверная выдержка, концентрация, и железная сила воли, которой молодые лайши не обладали.
Вместе с магической силой, на мою голову свалилось еще большее бремя, которое именовалось троном. Да… дар был настолько велик, что превзошел даже самого сильного представителя нашего народа — императора, которому были подвластны все четыре стороны света. И вот именно — были! Потому что я не смог противиться тому, что неизбежно.
Магия тянула меня на то место, где ей полагалось быть. И этим местом, она считала огромный, вылитый из белого золота трон, на котором восседал первый император всего объединенного ИТРО [23] — Сиарохос Аратео де Угаш. Я естественно сопротивлялся, но моя личная война, оказалась заранее проигранной, так как, не смотря на то, что магию мне удалось усмирить, совет, взбунтовавшись, сместил монарха, и мне пришлось занять его место, для того, чтоб подавить восстание.
Всех, кто был причастен к перевороту, даже не догадывались о том, что освободившееся место, являлось уже занятым, поэтому расслабившись, они продолжали сеять хаос, на подвластных уже мне землях, а этого я не смог стерпеть, и моя сила, тоже.
В тот год, как впрочем, и в последующие после него пять лет, состоялась не одна казнь, которую мне пришлось привести в исполнение лично. Так что в сорок лет, я был вынужден впервые лишить жизни разумное существо, а после, это происходило снова и снова, пока все предатели, не лишились голов, и не ушли на перерождение, которое я надеялся, случиться не в Алеорне.
К более мирной жизни мы пришли спустя год, после того, как все участники мятежа, были казнены. На пострадавших землях наводились порядки, велись беседы с местными жителями, которым в качестве моральной, и физической компенсации, отстраивали дома, и выдавали золото, для того, чтоб каждый из них мог приобрести не занятые земли, для ведения своего хозяйства, которое так же пострадало при бунте.
Дни и года летели, приходилось много работать, не смотря на то, что в мире практически все стало на свои места. Так, кое-где периодически вспыхивали небольшие беспорядки, но в итоге и они были устранены.
Вообще, с этими редкими восстаниями было что-то не то. Да, их мы подавляли быстро, но они все чаще разгорались в абсолютно разных местах, что абсолютно не логично. Не могло быть, чтоб все четыре правителя, которых я утвердил на их же занимаемые должности, сплотились, и пошли против меня. Что-то было не так, и я это чувствовал!
Кто вновь решил взбаламутить народ, я был не в курсе, но и вестись на все провокации не собирался, потому что за короткий срок своего правления, понял, что сам стал намного сильнее, да и в отношении к подданным, жестче. И это не означало, что я стал деспотом, просто я держал все четыре государства в мире, как и было, оговорено, и запечатлено в договоре.
Проявить ненужные дружеские отношения хотя бы к одному из правителей, означало только одно — сплочение остальных трех, и, к моему сожалению, это самое сплочение пошло бы не на пользу всему Алеорну. Да, я пробовал общаться с ними на равных, но при этом, с огорчением начинал понимать, что в моих жестах, словах, и делах, каждый из них, искал для себя хоть малейшую зацепку, или намек, на более лояльное отношение к другому. И если бы они нашли хоть что-то, то непременно после этого начались бы политические распри, которых я не мог допустить.