Детский сад - 12 (СИ)
И он тоже уставился на паром с рыболовами, наверное, вспоминая, как тоже, но только раз попробовал кровь, но в качестве исцеления. Кровь Селены. Но философски задумчивая тишина продержалась недолго. Коннор пробежался босыми ногами по кромке воды и сообщил, что вода всё ещё тёплая, если не нырять слишком глубоко. Так почему бы не искупаться?
И скоро, к негодованию рыболовов, пляж огласился радостно-испуганными воплями, хохотом и плеском потревоженной воды. Ничего, и рыболовов развлекли, когда Коннор предложил устроить плавание наперегонки до парома… Рыболовы удирали, как могли, но что такое трос против сильных пловцов? Виридин-то, как выяснилось, плавать умел неплохо.
…В храме некромагов не сразу хватились приехавшего из опасного путешествия и вдруг пропавшего по дороге студента. Примчались за ним только к вечеру.
За это время вырванный их храмового расписания в расписание неожиданного для себя места парнишка-вампир успел многое: не только искупаться в пруду (хотя это действо тоже оказалось для него ярким событием), но и полетать на дельтаплане — не самостоятельно, конечно, а на рукотворной птице Коннора. Успел научиться ездить на скейте и сыграть в домашнем пейнтболе. Успел пройти ритуал, приведший его в желанную для него эльфийскую библиотеку прошлого.
В общем, развлекаться на всю катушку.
И лишь к вечеру кое-что заподозрил.
Сидя в гостиной для старших ребят, отдыхая от игры, которая продолжилась без него (Виридин откровенно устал — ещё бы: после такого приключения — в игру!), и разглядывая фигурки, слепленные Камом, он поднял глаза на Коннора и сказал:
— Не понимаю.
— Чего?
— Почему вы так со мной… — Он замолчал, подыскивая слово. — Так обо мне заботитесь. Пусть я побывал с тобой в страшном месте, от которого мне до сих пор жутко и которое не забывается даже сейчас и здесь… Но…
— Заподозрил, да? — весело сказал Коннор и сообщил: — Виридин, не обижайся, но у нас к тебе меркантильный интерес.
Обалдевший парнишка-вампир открыл рот. И закрыл. Подумал немного и спросил:
— В чём? Моя семья богата. Вы хотите попросить что-то для своего приюта?
— Нет, это другое, — сказал Мирт, тоже вздыхая. — Нам нужно кое-что лично от тебя.
— В общем, вот тебе предисловие, — начал Коннор. — Ты слышал что-нибудь о школе-интернате для детей-некромагов в пригороде?
— Только мельком, — признался Виридин.
И ребята ему рассказали историю школы-интерната для некромагов и о внезапной войне с бывшим сотрудником из Старого города — Терном, который возжелал бессмертия за счёт жизней других.
— В нашей Тёплой Норе остались двое из этого интерната — Фиц и Синара. А в деревне теперь живёт Эден, тоже бывший ученик Перта. До недавнего времени мы думали, что Эден — круглый сирота. Но потом узнали, что он… проданный.
— Что это значит? — забеспокоился Виридин, всерьёз увлечённый новой страшной сказкой.
— Если бы Синара не подсказала, мы никогда не узнали бы, что у него есть семья. Эден был маленьким, но очень талантливым некромагом, и его продавали от одного мастера-некромага к другому. А когда продают ученика мага, ему стирают память.
— Это страшно, — покачал головой парнишка-вампир.
— Мы сумели расплести продажное заклинание Эдена, Синары и ещё одной девочки — тоже вампира, кстати. Но у нас осталась проблема. Перт забрал тех ребят, что пожелали учиться в храме Старого города. Один из них тоже вампир — Аметрин.Фиц думает, что, по крайней мере, из них двоих есть один, которого тоже не раз продавали и которому стёрли память. И это девочка-человек. Её зовут Лора. Фиц думает, что она стремилась в ваш храм не только потому, что хотела стать некромагом, но потому, что думала — она круглая сирота. Виридин, мы хотим, чтобы ты помог этой девочке.
— Но как?
— Мы передадим тебе записку для неё. В ней будет описание ритуала, который убирает метку продажности.
— Но ведь она уже ученица храма… — начал парнишка-вампир и замолчал.
— Пусть ею и остаётся, — заметил Мика. — Но мы думаем вот о чём… Даже если она и хочет дальше у вас обучаться, насколько же ей легче будет жить и учиться, если она узнает, что у неё есть родные. Вот ты. Мы знаем, что на старших курсах вам почти не разрешают видеться с родителями. Но ты знаешь, что они есть. Ты знаешь, что когда-нибудь увидишь их.
— А если тебе не захочется оставаться потом в храме, — подхватил Мирт, — ты всегда будешь знать, что тебе есть куда вернуться. Попробуй представить себе чувства девочки, которая считает, что она одна на свете… Попробуй представить её одиночество, которое она старается замять учёбой… А ведь у неё даже имя не её собственное…
— Я согласен, — неуверенно сказал Виридин. — А вы мне только описание дадите?
— Если хочешь — научим ритуальному расплетению, — предложил Коннор и, бросив взгляд на Мику, рассмеялся. — Пригодится в жизни.
Виридин посмеялся как-то смущённо, а потом покачал головой и сказал:
— Честно… я ожидал чего угодно, но не того, что вы хотите помочь кому-то. Хотя… всего пару дней знаю Коннора. Мог бы и догадаться, что для себя вы не попросите…
— А чего нам просить? Денег? — вопросил Мика. — Ты был в моей мастерской. Видел, чем занимаюсь я. Чем занимается Кам. Был в мастерской Александрита — видел, как наши ребята работают и зарабатывают. А с твоим появлением появилась возможность помочь ребятам-некромагам — вот мы и стараемся для них.
После полдника Виридин научился неожиданному для себя ритуалу расплетения, а когда закончил урок и понял, что у него всё получается, услышал странный звон с улицы.
— Что это?
— Это поют серебряные драконы нашей ограды, — объяснил Колин.
А Мика, улыбаясь, добавил:
— Пока тебя не хватились в храме, мы вызвали твоих родителей. Ты ведь и правда не видел их с прошлого года! Драконы поют, что их машина остановилась перед калиткой! Бежим?
И братство вместе с ошарашенным парнишкой-вампиром помчалось к Пригородной изгороди — встречать внезапных, но желанных гостей. Поскольку время и впрямь было к вечеру, то Виридин не стал звать родителей в деревню, а сидел вместе с ними в машине у ограды, хотя Селена и предложила им посидеть в гостевом кабинете.
Через час за парнишкой-вампиром приехали из Старого города, и Виридин уехал в свой храм, спрятав в одном из карманов сложенную вчетверо бумажку — с именами двух бывших учеников школы-интерната некромагов и с планом ритуала.
Братья постояли немного у изгороди, провожая две машины, спокойно уезжающие в пригород, а потом и в город.
Не глядя, Мирт сказал:
— Завтра снимают сторожевые посты и наши младшие снова поедут в школу. Стоит с ними заниматься чем-то, что им пригодится?
— А то ты не слышал, как жаловалась Ирма, что у них учебники примитивные, — отозвался Колин.
— Я устал, — сам пожаловался Мика. — Давайте как-нибудь так проведём вечер, чтобы не двигаться. Даже в мастерскую не хочется — так долго мы с этим Виридином возились.
— Виридин — х-хорош-ший парень, — заметил Хельми. — Ради него с-стоило повозитьс-ся. Вон как быс-стро с-соглас-сился помочь.
Они немного посмеялись над тем, как усердно старались сделать всё, чтобы парнишке-вампиру понравилось их гостеприимство.
— Как вы думаете, игра будет продолжена? — задумчиво спросил Колин. — Я имею в виду — с командами из Старого города?
— Не знаю, — признался Коннор и улыбнулся. — Хотя хотелось бы. А вдруг в следующей игре встретим Аметрина или Лору?
— И что? — скептически спросил Мика.
— Ничего. Узнаем, были ли они проданными и не вспомнили ли они своих родителей. Если вспомнят — попробуем найти их.
— Я устал, — недовольно повторил Мика. — До ужина далеко — может, посидим где-нибудь просто так? В гостевом кабинете хотя бы?
— Ну, в такую погоду сидеть в доме? — заметил Мирт. — Погуляем до лесной изгороди? А потом — назад. Вот и время ужина.
И они так и сделали.
А после ужина сидели в Цветочной беседке с ясельниками и потихоньку знакомились с новыми подопечными Вильмы.